Сладости Габриэля (сборник драбблов)

Сильное тело позади, тихие слова на ухо, не поддающиеся восприятию и равномерные поглаживая у основания члена. Дин не может. Он уже просто устал сопротивляться. Устал бояться и бороться с самим собой. Это было выше его сил, которые сейчас стремительно покидали тело вместе со способностью здраво мыслить. Он сдается и, запрокинув голову назад, с громким протяжным стоном буквально виснет на руках у Кастиэля. Тот ласково целует его в шею и, продолжая свою сладкую пытку, опускает своего мальчика на кровать. Дин чувствует, как под его обнаженным телом появляется чуть колючее одеяло и вцепляется в него пальцами, притягивая к себе. - Кааас, - протяжно стонет он хриплым голосом и удерживает в себе желание прикоснуться к своему возбужденному члену, резко провести по всей его длиннее. ЕМУ это не понравится. ОН останется неудовлетворенный, если Дин так сделает. - Кас, пожалуйста. Ему больно, очень больно. Внутри Дина все словно ломается, при каждом коротком, постоянно повторяющемся движении рук Кастиэля его словно обжигает, заставляет трястись в лихорадке. Этот невыносимый жар, наплывающие волнами боль и шок, звон в ушах и тело с надоевшей одеждой позади - все сводит его с ума, заставляет стонать до хрипоты, дергаться, как при конвульсиях, глотать слезы и беззвучно умолять прекратить... Ничего не прекращается. И, словно, никогда не прекратится. Но вдруг Кастиэль двигает рукой вверх и пару раз активно проводит по всей длиннее члена своего мальчика. Дин захлебывается в эмоциях и вжимается в сильное взрослое тело позади. В его голове взрываются миллионы маленьких лампочек, все мысли затмевает один неясный гул, пальцы судорожно сжимают одеяло... а потом снова проявляется картинка реальности. Он осознает, что Кас не дал ему кончить, и, видимо, не даст еще долго. Дин чувствует, как пальцы Кастиэля проталкиваются в его рот и послушно раскрывает его, принимаясь посасывать кончики и вылизывая их языком. Он чувствует на своей шее горячее дыхание и слышит тихий рык, когда пропускает пальцы глубже. - Дин, - короткий зов, произнесенный хриплым голосом, который мальчик будет вспоминать до конца своих дней. - Дин. Кас резко садится, дергая своего мальчика за собой, поворачивая к себе лицом и впиваясь грубым поцелуем в губы. Тот отвечает, вкладывая все силы, на которые бы способен, обхватывая дрожащими пальцами такое родное, любимое лицо мучителя. Этот поцелуй, в котором смешались беззвучные слезы, кровь из прокушенной губы, пот разгоряченных тел и стоны с тяжелым дыханием, стал решающим. Вся комната наполняется хрипами, вздохами и стонами, пока Дин пытается помочь Кастиэлю раздеться, но при этом, в основном, лишь мешает, постоянно целуя все, где видит оголенную кожу. Наконец, когда оба оказываются обнажены, Кас нависает сверху над Дином, прижимаясь губами к шее, итак уже покрытой засосами и укусами. Мальчик вцепляется в его спину, стараясь откинуть подальше мысли о неправильности. В голове, словно заевшая пластинка, долбится одна мысль: "Кас. Кас. Кас. Кас. Кас. Кас". Это было похоже на безумие. Безумие, наполненное жаром и красными тонами, звуками и эмоциями. Такое желанное безумие, дарящее сладкое забытье. Дин почти не чувствует, как Кастиэль растягивает его пальцами, подготавливая для себя, не помнит, как кусает его, когда Кас начинает входить в него своим членом, как кричит, когда тот задевает простату снова и снова. Все смешалось в одну сплошную горячую вспышку, в конце которой сильный и болезненный оргазм с именем Кастиэля, срывающимся с губ, опустошающий целиком и полностью. Тело и разум. Душу и эмоции... Последнее, что Дин успевает заметить перед тем, как провалиться в неспокойный сон - как Кас выходит из него и кончает на живот мальчика. Затем он осторожно ложится рядом, пристраиваясь к спине, и ласково целует шею. Наверное, он думает, что Дин уже спит, иначе бы не прошептал этих слов, которые стали вторым решающим моментом за этот вечер: - Люблю тебя, мальчик мой. (http://cs410220.vk.me/v410220672/9031/TSnFxIn5bAc.jpg - арт)