Be my sense...

За окнами стремительно темнело, в гостиной, которая была у ребят по совместительству и кухней, было совсем темно, не считая тускло светящейся настольной лампы. Роджер лежал на диване, свернувшись клубочком, и засыпал. Брайан был на дополнительных занятиях и обещал вернуться поздно, так что кругом была непривычная тишина. Раньше тишина была редким гостем в жизни барабанщика, ведь обычно в это время он находился в каком-нибудь клубе, в объятиях изрядно подвыпившей красотки, но не теперь. С приходом Джона Дикона, Роджер почувствовал, что может от этого отказаться. Улыбка Джона действовала на блондина иногда как анестезия, а иногда как глоток свежего воздуха. Почему? Тэйлор и сам не понимал, но очень хотел подружиться с этим парнем. И вот теперь, завтра они идут на концерт «Led Zeppelin». Роджеру было прекрасно слышно то, как Брайан открыл дверь, а потом и его суету. Но он не пошел встречать друга, как делал это обычно. Мэй оставил ботинки у входа, и, повесив пальто на крючок, прошел в гостиную, увидев лежащего на диване блондина. Было действительно темно, но Брайан не стал включать свет, он не хотел сильно тревожить Роджера. - Эй, Родж… - гитарист наклонился, потеребив друга за плечо. - Чего? – спросил Роджер, открыв один глаз. – У тебя капли спадают с волос мне прямо на лицо… - он забавно сморщил нос, отвернувшись. - На улице дождь, – улыбнулся Брайан и подвинув тушку Тэйлора, присел на край дивана, – ты чего так рано спишь? - Да вот, усталость кажется. Такая приятная… - губы Роджера растянулись в блаженной улыбке. Он слегка приподнялся на локтях, взглянув на потрепанного гитариста. – между прочим, к вечеру мне уже было нечего есть. Брайан рассмеялся, откинувшись на спинку дивана. Готовил всегда он, просто потому что умел, но раньше Роджера не бывало в это время дома, и готовить много не было необходимости. - Простите, ваше трезвейшее высочество. В следующий раз приготовлю больше салата и отбивных, идет? - Идет. – согласился Роджер, и протянул руку навстречу другу. Тот ловко пожал ее и забрался с ногами на диван. - Ну, теперь, когда твой профиль так прозаично выглядит в свете лампы, а вода с темных кудрей капает на обивку дивана… - пытаясь быть серьезным, хихикает Роджер, соприкасаясь кончиками пальцев ног с коленями Брайана, - Хочу тебе кое - что рассказать… - Что-то интересное? – хохотнул Мэй, поежившись. Иногда Роджеру удавалось смущать его, и вот сейчас удается. Что за прозаичный нахрен профиль? - Я завтра иду с Джоном на концерт «Led Zeppelin»! - О, поздравляю. Ты ведь просто обожаешь эту группу. - Ну… Да, группу. Обожаю. – слегка сконфузился Роджер, скрыв свою улыбку в полутьме. А что еще можно сказать? Роджер хоть и слыл дамским угодником, сам он давно признал для себя, что не предпочитает один пол другому. К чему эти границы? Главное быть честным с собой, а общество уж как-нибудь смирится. К тому же, у Дикона были потрясающей красоты глаза…– Ну, ладно, кудрявый. Я спать пошел. Блондин соскочил с дивана, оставив друга наедине. Лампочка в светильнике неизбежно перегорела, но Брайан продолжал сидеть в темноте минут пятнадцать, в тишине было удобно размышлять, ведь он на самом деле заметил неопределенность в голосе Тэйлора. Сердце кудрявого защемило, ему показалось, что он теряет того Роджера, который всегда был навеселе, который был открытым, пусть и выпивающим студентом мед.фака, ведь этому студенту можно было простить что угодно.