Сожженное сердце

Несмотря на слабость в теле, я попытался встать, но мягкая лапа остановила мои попытки. - Барсик, что ты творишь? Тебе пока нельзя. - Но я в туалет хочу. Это озеро лечебное, можешь сходить прямо в него, если можешь, и оно обновит воду само. - Я так не могу. Тогда у меня нет выхода. Я говорил, что Барсик хиленький волк? Забудьте. Барсик может поспорить силой с кузнецом и с мастером двуручного меча разом. Одна его лапа так и лежала на моем плече, а другой он притопил меня на дно озера, нажимая на голову. Сколько я трепыхался, не знаю. Просто в один прекрасный момент я... уснул. - Эй, проснись и пой. Знакомый голос Марика разбудил меня. Кажется, мне снилось что-то приятное. Казалось я проспал полгода, иначе почему я так хорошо выспался? - Марик... - Привет бедолага. - А как ты сюда попал? - В твою комнату? Вошел через дверь. - А как я сюда попал? - А тебя принес ночью молодой ведьмак, велел обтереть полотенцем и разбудить на рассвете. За окном действительно занимался рассвет, а я был в чистых белых штанах и пах сиренью. Кажется, он меня выкупал. - Ты меня выкупал. - Ну да. Почему он так покраснел? Мы же не раз уже бегали на озеро и купались там голышом, а теперь он краснеет. - Спасибо. Долго меня не было? - Четыре месяца. - Ого. Это что же получается? - Тот ведьмак сказал, что сначала ты принимал защиту месяц, а потом три месяца плавал. Что это значит, не знаю. - А у меня такое ощущение, что я сутки принимал защиту и плавал часа три. - Время течет по разному, когда ты являешься частью эксперимента. - Кто тебе это сказал? - Наш преподаватель по экспериментальной магии. - Ясно. А когда..? - Сегодня вечером. - Что сегодня вечером? - Выпускной у твоего эльфа сегодня вечером. Вампирчик грустно улыбнулся и молча вышел за дверь, даже не попрощавшись. А человек встрепенулся. Он теперь мог гораздо больше, он теперь был более выносливым, не боялся боли, но боялся не успеть. Не успеть сказать главные слова в своей жизни. Быстро встав и одевшись в ученический костюм, что показывает его принадлежность к ведьмакам второго круга, он вышел за дверь. Дорога ложилась под ноги легко и беззаботно, двери в комнату любимого казались заветной мечтой. Постучав в дубовые створки, Слен не услышал ответа, и тогда он попробовал толкнуть дверь. И на его удивление она оказалась не запертой в такой ранний час. - Соэлен. Эльф стоял спиной к двери и смотрел на встающее солнце, но при звуке своего имени он обернулся и расширенными глазами уставился на вошедшего. - Слен? Ты жив? Быстро преодолев небольшое расстояние, что отделяло их друг от друга, эльф провел пальцами по щеке мужчины. - Да. Ты сегодня выпускаешься. - Да. Занятия отменили, праздновать начнут с обеда. - Я выжил, только для того, чтоб тебе кое-что сказать. - Нет, давай сначала я. - Соэлен, пожалуйста, выслушай меня. - Хорошо. - Я хотел сказать, что такого как ты больше нет на свете, что ты лучшее, что со мной было, что ты стал для меня всем, светом, небом, водой, самой жизнью. Я знаю, что я всего лишь жалкий человек, я знаю, что недостоин тебя. Но я знаю, что со мной больше этого не повторится. Я люблю тебя. Как только я тебя увидел, полюбил сразу, утонув в твоих глазах, оглохнув от твоего смеха. Я любл... Руку, что держал человек в нежной хватке, ту, что он покрывал поцелуями, грубо вырвали. Подняв голову, Слен увидел ярость в любимых глазах. Ярость и презрение. Хлесткая пощечина была как наковальня, упавшая на голову. Удар в живот ногой и по лицу кулаком. Слен отпрянул от разъяренного эльфа, а тот начал говорить. Говорить такое, что человек не смог слушать, а быстро выбежал из комнаты. Как он оказался у себя, Слен и не помнил.