It is my obsession

- Принцесса Лиз, голову выше! – суровый голос гувернантки звучит так надоедливо, словно жужжащая муха. - Да, аджумонни. Как это унизительно! Ходить по несколько часов по тронному залу с прямой спиной, терпеть идиотские замечания от прислуги и носить ужасные длинные платья с кринолинами! Это даже глупо! Так уже повелось, что в моей стране шестнадцатилетних девушек уже стремятся выкинуть куда подальше от родительского дома, желательно – замуж. Особенно, если ты – третья, собственно говоря, ненужная дочь короля династии. Обычно жизнь у принцесс из королевских семей складывается трудная. Их либо готовят в наложницы к какому-нибудь влиятельному министру, как меня, либо оставляют коротать дни во дворце – среди роскоши, богатства и вычурности. Шаг влево, шаг вправо – наказание. Учитывая то, что я никогда не была желанным ребёнком, моё пребывание во дворце Алемдом было абсолютно пустым, муторным и жестоким. Мне всё равно, куда там меня выдадут замуж или (так будет правильнее) продадут. Лишь бы оставили в покое. Ноги после двух часов однотипной ходьбы с королевской осанкой (будто палку проглотила) и подбородком вверх уже начинают болеть. В лёгких не хватает воздуха, но кого это волнует? «Принцесса Лиз, не горбитесь!» «Принцесса Лиз, тяните шею!» Как же всё это достало… Я завидую даже тем нищенкам, которые гуляют под окнами нашего замка. Прогулки по расписанию, еда – строго миниатюрными порциями… Я не принцесса, я – узница! Моему отцу, королю Алемдом, был нужен сын-наследник, но… Три раза подряд – девочки. Как невыгодно! Только когда мне было восемь, родился Сандро – мой брат. Мамы к тому времени уже давно не было в живых… Сандро. Жестокий и властный ребёнок. В свои восемь лет он уже может влиять на самые важные решения двора и Господина. Никто не смеет называть короля папой. Не принято. Как же меня замучали эти условности… - Вы о чём-то задумались, сестра, - голос моей онни – наследной принцессы Сандары – звучит надменно. Вот вам истинный образец настоящей принцессы. Безумно красивая, холодная и умная. Старшая дочь Господина и его любимица. Та ещё штучка, хотя ко мне относится более-менее терпимо – нам делить нечего. Во дворце запрещены какие бы то ни было проявления эмоций. Принцесс и принца учат терпеть боль с не выражающим эмоций лицом. Никаких отношений «брат-сестра», и уж тем более «папа-дочка». Это – наша плата за жизнь в роскоши, за то, что мы якобы влияем на судьбы миллионов людей. - Нет, онни, - сохраняю неподвижное лицо, хотя готова уже расплакаться от боли в стопах. – Всё хорошо. - Эй, аджумма, помогите госпоже. Принцессе Лиз необходимо отдохнуть. Господин, - поклон в девяносто градусов отцу. Онни превзошла саму себя, - отпустите её на сегодня. Принцесса хорошо потрудилась. - Прошу, принцесса, - я подхожу к отцу и получаю поцелуй в лоб – хоть какое-то внимание! – Отдохни. - Конечно, Господин. Спасибо за заботу, – поклон, разворот, главное – ничего не перепутать… Левая, правая, подбородок выше… Фууух. Теперь я – вне поля зрения онни, отца и служанок, можно немного расслабиться. Прохожу по длинному коридору и влетаю в свою комнату, если так, конечно, можно назвать помещение размером с бальный зал. Скидываю опостылевшие туфли и распускаю длинные волосы, ослабляю корсет на платье. В саду, где я обычно гуляю, не ходят служанки или другие члены королевской семьи, так что я не боюсь упрёков с их стороны. Смотрюсь в зеркало… Девушки рода Алемдом славятся своей красотой и обаянием. Хоть что-то во мне есть от этой чопорной династии! Тёмные густые волосы, кошачий разрез глаз, длинные чёрные ресницы, губы с ярко-выраженным «бантиком» и прекрасные черты лица. Вот только… Счастья красота никогда не приносит. И я – не исключение. Накидываю прямо на длинное платье шёлковый кардиган и выхожу в сад через витую лестницу. Так уж здесь заведено – у каждой принцессы свой сад, где она «познаёт высокую культуру родной страны и обогащается духовной пищей». Большей ереси и придумать трудно. Иду по одной из извилистых тропинок и спускаюсь к небольшому ручью. Люблю приходить сюда, хотя моё одиночество и обостряется здесь в критической стадии. Тёмные тени деревьев, куда еле проникает яркое солнце, зелёная трава и переливы струящейся воды… Всё – как обычно. Если бы не одно «но». Я здесь не одна.