Формальность

Гилберт расхохотался почти в лицо России, спокойно стоящего перед ним. Их лица украшали схожие синяки под обоими глазами, чем и воспользовался Китай, ехидно отмечая их сходства с пандами. - Да вы достали! – бесился Артур. - А что не так, Англия? – Брагинский показательно вытащил только было убранный кран. Сей предмет сантехники пару минут назад был в поразительной близости от макушки Пруссии. Видно, теперь возжелал крови Кёркланда, раз не получил желаемого раньше. - Ничего. Убери. И перестаньте тут уже лупить друг друга. На серьёзном мероприятии находитесь, олухи. Один – великовозрастный ребёнок, другой – несуществующая страна с амбициями как у... – Артур осёкся и, взглянув на Америку, продолжил, – всяких тех, кто вечно жуёт. Может, продолжите вне собрания? - Но тут веселее. А ваша реакция ещё веселее, – Ивана по жизни мало могло что-то остановить. И чтобы представитель какого-то мелкого Британского острова сумел? Да сейчас, размечтались. Собственно, Кёркланд махнул рукой, жалея, что Людвиг не смог явиться на это собрание не особо анонимных стран. - Я за брата, – Гилберт будто прочитал мысли. А потом закинул ноги на стол, чем вызвал негодование государств-аккуратистов. - Если бы мозги ещё как у него были, – Россия улыбнулся, снова убирая кран в свой бездонный плащ. - Что ты, мы же братья. У нас одинаково блестящие мозги! Не чета тому, что у некоторых, – на лице воцарилось нескрываемое превосходство. - Правда ли? А краником между ушей не хочешь? – тёмная аура Брагинского покрыла зал и будто сковала горло всем присутствующим, – А если серьёзно, то, кажется, ваших мозгов вместе никогда не хватало, чтобы победить меня? Хочешь, засчитаю очередное поражение? В мою пользу, разумеется. Байльшмидт фыркнул и встал: - Это, конечно, всё великолепно, но ты огребаешь! - Рискни здоровьем, поганка. Англия закатил глаза и, прихватив остальных, исчез в зал подальше от этих двух придурков. Нет, Америка попытался помешать и прихватить с собой двух дерущихся, за что его прозвали мазохистом, махнули рукой и ретировались от предполагаемого места драки. Альфред покосился на уворачивающегося Пруссию от стремительно приближающегося краника, который только снова увидел свет, к белоснежной голове и, мысленно пожелав сдохнуть обоим, тоже испарился из зала, оставив записку. Гилберт остановился, отчего и схлопотал удар по почкам коронным ударом Ивана. - Ты… чего творишь, идиота кусок? – прохрипел несчастный, сгибаясь пополам. - А? – Россия обвёл глазами опустевшее помещение, – Обеденный перерыв? - Да хрен с ними, – альбинос встал, принимая руку помощи от Брагинского, – Ты бы на Америке так потренировался, козёл! Зубы тебе выбить мало! - Ладно, прости, – хмыкнул обидчик и, завидев на столе записку, направился к ней. По размашистому и непонятному почерку Иван признал каракули авторства Джонса и затих, пытаясь разобраться в содержании. Чуть шатаясь, подошёл Байльшмидт, тоже вникая в текст. А через пару минут, когда страны закончили дешифровку, тихо прыснули со смеху. - Итак, экспериментальным путём выяснилось, что актёрского мастерства мы не потеряли, – подвёл итог Пруссия. - Да, – согласился его собеседник, противник и жуткий человек, который потрогал место удара своего врага и заключил, – ты тоже в норме. Только синяки будут. Я повысил своё мастерство: бью и не калечу. Одни сплошные плюсы! - Эй, болит-то всё равно! – вскинулся Байльшмидт и начал душить Россию, которому от этого ничего не было. А потом, когда Гилберт удовлетворился своей местью, спросил: - Что делать будем с этими придурками наивными? Англия подозрительно быстро вскипел. - А ничего. Пойдём их искать. Попутно выбьем все двери тут, выясняя, где они, – в алых глазах сверкнули черти. - Артур нам этого не простит, у него же гостим! – рассмеялся Брагинский, – Но идея стоящая. Пойдём! Двери бывшего конференц-зала закрылись за двумя странами.