Месть.

Тело онемело, веки потяжелели, а пальцы рук будто кололо тысячью маленьких иголочек. Признаться, Ульяна ожидала гораздо большего, чем просто несколько неприятных ощущений и легкой головной боли. Пытаясь успокоить свое сбившееся от внезапного пробуждение дыхание, девушка невольно настороженно прислушалась, впрочем, быстро успокоившись. Сквозь веки пробивался мягкий солнечный свет, в поясницу неприятно упиралась знакомая пружина, слева слышался звон посуды, привычные тихие голоса. Было тепло, спокойно и… обычно. Несмотря на пульсирующую в виски кровь, голова Ульяны была пуста, ничего не тревожило, не беспокоило. Но… - Что с Феликсом? – прохрипела враз похолодевшая Ульяна, не поменяв ни позы, ни даже открыв глаза. По полу звонко процокали каблучки и на лоб успокаивающе легла теплая ладонь. - Все в порядке, переодевается у себя в кабинете, - прозвучал чуть издалека голос Виктора. - То есть… все? – уже тише переспросила она, поморщившись от попавшего в глаза яркого света. - Все, - мягко подтвердила Катя с улыбкой в голосе. Снова зацокали каблуки, тихо загремела посуда, шум мягко переместился вправо, где, кажется, находилась кухня, и приутих. Чья-то нависшая над Ульяной тень на мгновение перекрыла теплые лучи солнца и исчезла. Как только фантомная тяжесть спала, а руки перестало покалывать, девушка медленно села, на секунду замерев, ожидая, когда кровь отхлынет от головы. Привычный в своем кресле Феликс, спокойный и расслабленный, лишний раз доказывал, что все в порядке. Снова повисла легкая тишина, нарушаемая лишь шумами жизни офиса. - Не нужно было, - с уверенностью в голосе произнес вампир за секунду до того, как тишина стала бы неловкой. - Не нужно было?! – неожиданно даже для самой себя взревела Ульяна, громко хлопая кулаком по дивану. Феликс смотрел на нее все так же спокойно и… с осуждением? - У тебя был распорот живот, идиот! – прохрипела она с бессильной яростью. Со стороны кухни заинтересованно заблестела пара чужих глаз. Феликс продолжал смотреть на Ульяну свысока, так, будто ее помощь была вовсе и не помощью, а обузой. В горле девушки защекотало, веки задрожали. - Ульяна? – тихо спросила Катя выглянувшая из глубин офиса на шум. – Куда ты? - На улицу, - прокричали в ответ, – Не хочу видеть этого напыщенного кретина! Виктор осуждающе посмотрел на вампира, тот с вопросом посмотрел в ответ. *** - И все же не нужно было, - раздалось над головой Ульяны. Она сидела на заснеженной лавочке за углом от офиса, под наброшенной на землю не менее заснеженными деревьями тенью. В горле что-то неприятно щекотало, а глаза щипали скупые слезы. Феликс мягко присел рядом, так, что теперь они были совсем близко и касались коленями. Вампир посмотрел на сгорбленную Ульяну, неловко притоптывая туфлями снег. - А знаешь, нет, - произнесла Ульяна про себя. – Чего я тут, как маленькая девочка? Она утерла уголки глаз и решительно выпрямилась: - Я не буду скулить из-за того, что на меня смотрят сверху вниз. Я буду делать то, что умею. И даже ты не сможешь переубедить меня в том, что я делаю это напрасно. - Дело не в этом, - поспешил ответить Феликс, Ульяна растерянно моргнула. - Я не говорю, что твоя помощь была бесполезна. Вампир замолчал и не мигая смотрел в неизвестную точку впереди, девушка в нетерпении потрепала его по плечу. - Она была не бесполезна, она была глупа. - Что? - задохнулась Ульяна от возмущения и отпрянула. - Ты бросилась на оборотня. Ты - у которой нет ничего, кроме навыка работать с душами. - настойчиво повторил Феликс. - Процесс изгона души из тела отнимает чудовищное количество жизненных сил, особенно из оборотня. - Да я... - взмахнула руками девушка, очевидно, готовая выплеснуть целую целую волну ответов. - Я не дарил тебе физическую силу, ты всего лишь медиум. Ты. Могла. Погибнуть. - Ты, - прошептала Ульяна через целую вечность тишины. - Ты действительно... Последний кусочек мозайки, который Ульяна ошибочно посчитала фальшивым, на самом деле оказался настоящим золотым самородком. Феликс неловко отвел взгляд на играющих неподалеку детей и смущенно закашлял: - Ну, мне было бы не очень приятно не видеть своего помощника рядом. В груди потеплело, голове вдруг стало так легко, будто из нее выкинули весь ненужный сор. Неизвестно, как долго они еще просидели рядом, неизвестно, когда их пальцы переплелись, неизвестно, когда еще их губы сольются в столь нежном, долгожданном поцелуе. Но одно Ульяна знала наверняка - что какие бы трудности им не предстояли, труднее чем им было в этот раз никогда не будет.