Великолепный век. Новая эпоха.

- Султан мой? - Напугались сестры. - Назлыхан... Хуриджыхан... Сегодня же вечером вы убираетесь из этого дворца! Убираетесь так далеко, что бы мы с вами никогда больше не встретились. А иначе я вас своими руками придушу! - Закричал Селим. Назлыхан и Хуриджихан со страхом убежали, а Михримах проводила их победным взглядом. Селим обсмотрел каждую наложницу, развернулся и ушел. - Видите? Видите, что происходит с теми, кто смеет идти против меня! Ясно вам!? - Подняла голову Михримах. - Абсолютно, госпожа... - Поклонились кадын. - Вот вот! - Покивала султанша и ушла. Наложницы весь день только и делали, что обсуждали двух султанш. Они собрали свои вещи и приготовились к выезду. У выхода их встретил весь гарем и несколько остальных султанш. Михримах только и делала что все время усмехалась над ними. В конце Назлыхан не выдержала и напала на неё. Их быстро разняли. Наконец кареты султанш отъехали далеко, но султанши обещали вернуться. Вот в гареме наступила настоящая тишина и покой. Каждый день Михримах выходила в гарем и, смотря на наложниц кивала. Она понимала,что одержала победу, но все еще впереди. Теперь она действительно стала иметь такую власть, как у Валиде. Она сблизилась в общении со своим братом. Он доверял ей все дела. Верил ей во всем. Наконец кризис в Стамбуле был на исходе. Наконец султанша превратилась из злостной женщины, борющуюся за власть в великую султаншу. Теперь её боялась каждая наложница и каждая султанша. Они не хотели создавать лишние конфликты с султаншей, имеющей такую силу. Она пустила свои корни и в султанскую власть, наладила контакт с большинством из пашей заседания дивана. Все было ничего... Пока... - Что тут происходит, кадын!? - Вошла султанша. - Султанша... - Поклонилась кадын. - Мы тут просто... пытались... веселиться... - Вам что тут в гареме театр греческий, или цирк!? Что вы тут устроили? Идите и занимайтесь делами. Стража! Накажите эту кадын! 25 ударов розгами. - Госпожа! Нет! Нет! - Умоляла хатун. В гареме начались споры и ругань, а про Михримах пошли сплетни по всему Стамбулу, что она жизни не дает наложницам гарема. Слухи дошли и до султана... Михримах зашла в покои султана. Первым, что она увидела, это была белая ткань. А за ней она увидела силуэт Селима. Тут она вспомнила, что её покойного брата Мустафу так и казнили. Она, сдлав вид, что ничего не поняла начала плакать, говорить султану, что наложницы пускают слухи, и что она уже устала. А потом спрсоила, зачем же он её позвал. Она подошла нему, он обернулся. - Зачем же ты так жестко поступаешь с ними? Они тоже люди. - Господин... Хатун черт пойми что творят в гареме, совсем не следят за тем, что делают. - Михримах! Что бы они не делали такого, как ты смеешь выставлять четверых моих наложниц из дворца, не спросив моего разрешения!? - Повелитель. Это в моих полномочиях. - Михримах! Убирайся сейчас же! - Закричал Селим. - И впредь, что бы такого не было! Прежде, чем выкидывать из моего дворца моих наложниц! Через 5 дней... - Наргиз хатун? - Окликнула Михримах. - Слушаю, султанша. - Поклонилась кадын. - Скажи мне что в гареме говорят? - Шепнула Михримах. - Не дай Аллах, госпожа. Ничего не говорят. - Замотала головой наложница. - Говори живо! А то голову отрублю! - Давила Михримах. - Да как вы смеете!? Я любимица повелителя! - Поднялась Наргиз-кадын. - Что ты сказала!? - Михримах позволила себе пощечину. - Ты что с ума сошла? Звездной болезнью, небось заболела? А? Я немедленно доложу султану об этом! - Закричала кадын. - О, и о чем же!? - Наклонила голову Михримах. - О том, как ты мне угрожаешь, а я между прочем беременна! - Ответила Наргиз. - Ты что сказала, кадын? - Подскочила Нурбану. - Я сказала, что наложница и любимица султана беременна! - Ответила кадын. - Ах ты! - Закричала Нурбану и вдруг... *Ну что же, Михримах попала во влияние гордыни, и скоро за это поплатится. Наргиз кадын, как вскоре узнается не из тех, кто просто так себе сдается. Наступает новое время в гареме, а ветер может перемениться... Вас ждет: - Ах ты наглая нищанка! - Я не ваша Валиде, я хуже! - Михримах ты сама-то в это веришь? - А ты что скажешь, Мехмед? - Где это принято, султан мой, что бы в гареме управляла не жена, а сестра падишаха? - Михримах, ты разжалована! - Я все могу. Я крутая же! Ха! Еа, детка! - Убейте её. - Ну все, Селим. Умри! - Дорогу! Достопочтенный Господин Падишах Акбар! - Sultano mio. Siamo con voi per catturare Mosca. Se non soddisfano i requisiti condizioni. - Отныне в гареме всем будет заправлять...