You are not alone

Столетия проходят, а для некоторых ничего не меняется: с наступлением ночи дворец Конфетного Королевства засыпает. Даже банановая стража мирно дремлет на своих постах. Лишь Мятный Лакей совершает свои тёмные ритуалы, пытаясь получить власть над демонами, да принцесса Бубльгум проводит исследования, далеко не всегда приводящие к положительному результату. Она частенько задерживается едва ли не до рассвета, а порой и вовсе не покидает лабораторию неделями, будучи не в состоянии прервать эксперимент. Однако в эту ночь дела совершенно не клеятся: данные никак не желают сходиться, из-за чего весь опыт оказывается на грани провала, поэтому принцесса решает, что отдых ей не помешает. Хотя бы раз в несколько ночей можно и поспать. Звук шагов правительницы Конфетного Королевства эхом отдаётся от стен, пока та неторопливо направляется к собственным покоям. В её распоряжении имеется почти половина ночи, и она собирается провести её в собственной постели. Вот только слабый звук хлопающих крыльев сообщает, что с планами отдохнуть и надеждами на спокойный сон придётся попрощаться. Марселин никогда не приглашают в Конфетное Королевство. Она всегда является сама. Когда считает необходимым. Но каждый её визит неизменно заканчивается в спальне правительницы. – Ты выглядишь отвратительно, Боннибел, – с лёгкой усмешкой произносит незваная гостья, когда за принцессой закрываются двери спальни. До этого момента она не предприняла ни единой попытки привлечь внимание хозяйки. И так во время каждого ночного визита: вампирша предпочитает не открывать рот, пока они не останутся наедине. – Опять несколько ночей безвылазно просидела в своей лаборатории? Не боишься зачахнуть там? – С чего бы? У меня нет каких-либо проблем с чувством меры, – возражает девушка, снимая лабораторный халат и аккуратно складывая его в шкаф. Её тут же обнимают сильные крылья летучей мыши, а сзади прижимается мохнатое тело. Наверное, стоило бы испугаться, ощутив, прикосновения монстра к себе, но принцесса уже давно привыкла к тому, как часто Королева вампиров любит менять свой облик. – По тебе незаметно, – хмыкает Марселин, щекоча своим дыханием тонкую шею собеседницы, которую так и хочется укусить. Но она сдерживается, зная, что ещё не время. – Переборщила немного, с кем не бывает, – пожимает плечами Бубльгум и аккуратно высвобождается из объятий, чтобы вернуться к шкафу. – Ты могла бы принять нормальный вид. Хотя бы из вежливости. Разговаривать с огромным подобием летучей мыши не слишком приятно, знаешь ли… – замечает она, снимая лёгкое розовое платье и вешая его на вешалку. Вампирша тем временем подлетает к большой постели и, лишь зависнув в нескольких сантиметрах над ней, принимает человеческий облик. Подол короткого серого платья почти касается покрывала. Закинув руки за голову, Марси наблюдает за стриптизом и с самодовольной улыбкой комментирует: – Если ты продолжишь сидеть в четырёх стенах, то твоя розовая кожа посереет, волосы станут ломкими… Вон, у тебя уже круги под глазами. Такими темпами ты станешь похожей на одного из тех зомби, которых однажды создала, – сообщает любительница рока. – Кстати, могла бы и поэротичней раздеваться, а то не слишком интересно смотреть. Или хотя бы передом повернись. У тебя, разумеется, чудесная попка, но мне бы хотелось увидеть и остальное сегодня… – Никто тебя и не просит, – парирует правительница Конфетного Королевства, прикрывая тонкое обнаженное тело лёгкой ночной сорочкой. Конечно же, та розового цвета. Как и многие вещи во дворце. – К тому же, я не в настроении развлекать тебя. – Почему ты не надела мою футболку? – чуть прищурившись, интересуется Марселин, проигнорировав реплику девушки. – Ты же всегда используешь её вместо пижамы. Боннибел медленно подходит к постели, и на её щеках появляется едва заметный румянец. Она улыбается, чуть виновато, потому что совершенно забыла придумать оправдание – голова была забита иными, не менее важными проблемами. – Ну, она… – тянет принцесса, садясь на собственную кровать и усиленно стараясь подобрать слова. – Она… Пока что я не могу ей пользоваться… – Почему? – с явным недовольством спрашивает вампирша и, склонившись над уже успевшей лечь девушкой, скалится, демонстрируя острые белые клыки. – Я отдала её Небесной Ведьме… – тихо произносит Бубльгум, так ничего и не придумав. Она уже знает, какая последует реакция на подобные новости, но всё равно вздрагивает, когда Марси на несколько коротких мгновений вновь превращается в весьма неприятное на вид чудовище. – ТЫ ПОСМЕЛА ОТДАТЬ МОЙ ПОДАРОК НЕБЕСНОЙ ВЕДЬМЕ?! – восклицает Королева вампиров и царапает клыками любимую шею. – Я обменяла футболку на твоего Хамбо. Это был единственный способ вернуть важную для тебя вещь, – сознаётся правительница Конфетного Королевства, на несколько секунд прикрывая глаза и стараясь унять лёгкую дрожь. Она слишком устала за прошедший день, чтобы спорить или ругаться. В её взгляде отражаются искры вины, но на тонких губах играет улыбка. Она знает, что поступила правильно. – Ты так желала получить его обратно, и поэтому… У меня не осталось другого выхода. Нужно было отдать нечто равноценное. Прости меня, Марси. Марселин тяжело вздыхает и, прекратив парить в воздухе, ложится рядом с собеседницей, почти сразу же обнимая её. Она всё ещё немного злится на то, что до сих пор ни о чём не знала, хотя с визита к Небесной Ведьме прошёл почти месяц. Быть может, и хорошо, что Бубльгум ни о чём ей не рассказала тогда… Слишком тяжело было бы сделать выбор между подарком Саймона, которому уже немало столетий и который знает многие её тайны, и футболкой, которую она сначала подарила любимой, а после снимала с её изящного сладкого тела в их первый раз. В конце концов, футболка – это просто вещь. Без неё вполне можно прожить. Без неё принцессе даже лучше... – Пожалуй, я погорячилась, – мягко произносит вампирша, утыкаясь лицом в пахнущие жвачкой розовые волосы принцессы. – Но мне так нравилось смотреть на тебя в той футболке. Особенно сзади, – улыбается она, вспоминая, как сексуально Боннибел выглядела в её подарке. – Хотя без неё ты намного красивее… – руки брюнетки слегка задирают подол чужой ночной рубашки, стараясь коснуться кожи. – Не надо… – устало откликается принцесса, но не предпринимает попыток сопротивления, пребывая на грани между сном и явью. – Завтра слишком много дел. – Хорошо, – чересчур быстро соглашается Марселин, целуя почти уснувшую девушку в лоб. Иногда даже в ней просыпаются чувство такта и желание позаботиться о близких, в число которых уже не одну сотню лет входит Бубльгум. Поэтому она и не станет настаивать на близости, если может остаться и охранять сон любимой. – Главное, что ты у меня осталась. А футболка… Я подарю тебе другую. И она будет во много раз лучше. Она почти не сердится. Просто ей немного неприятно из-за того, что Небесной Ведьме в очередной раз удалось заполучить пропитанную воспоминаниями вещь. Пожалуй, Марселин поступила бы так же ради своей сладкой розовой девочки. Только ей об этом знать необязательно, а то подумает ещё, что главная хулиганка и рокерша в землях Ууу стала слишком сентиментальной…

13.11.13