Воспоминания наших сердец

– Ах, какая прелесть!! – отовсюду доносились восхищенные крики двуногих. Они хлопотали вокруг усталой, но счастливой кошки. Возле ее живота лежало трое котят, но больше всех двуногих нравилась одна из них, девочка. Ее светлая, золотистая шерстка поблескивала на неярком свете. Те двое, что лежали рядом с ней, возможно, были не менее прелестными, но это уже другая история... А–ха–ха, думаете, это обо мне? Значит, вы ошиблись, мои дорогие. Восхищенные восклицания вызывала вовсе не я.. Это все о моей сестреночке, пфф... Вы, наверное, слышали ее имя? Да, Юта, она самая. Та, которая «невольно» собирала вокруг себя толпы восхищенных двуногих, бродяг и просто прохожих. Завидую? Я?! О, вы меня смешите! Не уж то читаете мои мысли? Вы начинаете мне нравится.. Тогда мне стоит представиться.. Химера. Имя, которое говорит обо мне все.

***

Еще будучи совсем маленькой, наша мать, Берта, сбежала из Сумрачного племени. Точнее, она просто решила погулять за пределами лагеря без разрешения. И что из этого вышло? Совсем маленькая, только–только вышедшая из Яслей кошечка, попадает прямо в руки к Двуногим. Те случайно находят ее на улице ослабшую, голодную и обессилевшую. Трудно представить, как пятинедельный котенок сумел выжить в голоде и холоде в течении целых трех дней. Таким образом, она остается у своих новых хозяев, которые заботятся о ней и растят, как дочь. Ее старое имя Златоушка с тех пор больше никто не слышал, а Сумрачные коты так и не сумели отыскать потерянную. Берта быстро росла, и через месяц чувствовала себя так, будто всегда жила с Двуногими. У нее появились друзья, другие домашние коты и бродяги, а когда ей исполнилось 24 луны, она забеременела от бродячего кота, которого полюбила с первого взгляда. Только не говорите мне, что верите в такую любовь!! Часто ходили слухи, что этот бродяга, Айс, тоже был рожден в племени, и тоже в Сумрачном. После того, как Берта родила, Айс появлялся еще несколько раз, а потом приходил все реже и реже. Но сегодня мы говорим не о нем, и потому, вернемся к беременной Берте. Накануне нашего рождения, кошке ужасно захотелось уйти из дома на один денек. Она решила немного прогуляться по границам леса, а потом заглянуть в городские улочки. В тот день ее чуть не загрызли собаки, с которыми ей никогда еще не приходилось встречаться так близко, но все обошлось, и вечером Берта была дома. Двуногие настолько разволновались, что решили, будто она уже родила котят и оставила их где–то на улице, но были слишком глупы, раз решили, что их кошка настолько неразумна. Ни смотря на то, что мы были ее первым выводком, она была заботливой и любящей матерью, хоть и беспокоилась за нас так сильно, будто мы постоянно были при смерти. Итак, мы родились через два дня после возвращения Берты домой. Вокруг нас копошилось бесчисленное количество Двуногих, двое из которых были нашими хозяевами. То есть, их хозяевами, ибо я не считаю их таковыми.. В отличии от Юты и моего братца, Сириуса. Правда, он вскоре изменил свое мнение, ну а Юта.. Она навсегда осталась наивной, легкомысленной и беспечной киской. Впрочем, в душе она всегда была маленьким ребенком, брр. Сириус? А что с ним? Нет, к нему я питала большее уважение. Он не был таким наивным глупцом, даже наоборот, вырос умным и отважным, но в 15 лун сбежал из дому и начал жизнь одиночки. Я же начала уходить «постепенно», как бы поэтапно. Все началось тогда, когда мне было 10 месяцев. Я начала исследовать город, его улицы, жителей, порядки и правила. Эти знания здорово помогают мне и сейчас, и я благодарю себя за то, что мне в голову пришла такая идея. В 13 я могла свободно выходить из дому, ведь Двуногие знали, что я всегда возвращаюсь на закате. Это могло продолжаться долго, если бы не моя любовь к городу. Ровно в 17 я начала пропадать на целые недели, а потом и вовсе перестала приходить к ним. Изредка, раз в месяц или в два, я любила заглядывать туда, чтобы проведать мать. Берта волновала меня больше, чем, к примеру, Юта, и я была рада узнать о том, что у матери все в порядке. Теперь я полноправная одиночка, которая может делать то, что ей вздумается, и никто не посмеет меня остановить…

***

Блеклый свет полной луны освещал темную улицу просторного, серого города. Улица была большой, с множеством разных дорог и лазов. В ее конце лежала огромная глыба, на ее вершине сидела стройная, высокая кошка. Ее темная шерсть поблескивала в лунном свете, а два разноцветных глаза злобно сверкали. Взгляд, задумчивый и сосредоточенный, был устремлен вдаль, словно искал какой–то ответ. Наконец, она что–то негромко пробурчала себе под нос, и оглядела улицу. Хотя, вряд ли это можно назвать улицей, скорее, закоулком.. – Хантер! – прогремела кошка, – Приведи ее ко мне, – голос ее звучал повелевающе. Кот с темно–рыжей шерстью, сидящий у подножия Глыбы, спокойно поклонился и вышел за кирпичный забор, чтобы привести пленницу. Кошка довольно проводила его взглядом, и снова перевела взгляд на полную луну. Но Хантер вернулся почти сразу. Перед ним удрученно шагала кошка со светлой золотистой шерстью, направив взгляд своих янтарных глаз в землю. Когда двое котов подошли ближе к глыбе, пленница остановилась, а рыжий бродяга подошел к темной кошке и негромко произнес: – Она здесь.– просто сказал он и отошел в сторону. Сидящая на вершине глыбы бродяга, до последнего момента спокойно наблюдающая за луной, резко перевела взгляд на приведенную кошку. Ее прежде золотистая шерсть потемнела от грязи, а хвост волочился по земле. – Долго будешь молчать? – темная вопросительно уставилась на пленную, желая заставить ее поднять глаза. – Что тебе нужно, Химера?– исподлобья спросила она, чуть приподняв голову. – Ты спрашиваешь об этом меня?! – прошипела Химера, яростно размахивая хвостом. – Или ты забыла, о чем мы говорили с тобой месяц назад? Золотистая кошка подняла глаза на бродягу. В них читалась усталость и печаль. – Послушай, – голос бродяги зазвучал чуть мягче, – Это для твоего же блага, понимаешь? – Химера спокойно спустилась с глыбы поближе к пленнице, – Юта.. – устало вздохнула она, – Ты не должна бегать по ночным улицам. Твои котята вот–вот появятся на свет, а что с ними будет, если они родятся в холодном переулке? Я повторяла тебе это уже столько раз, неужели трудно запомнить? – строя из себя заботливую сестру, Химера присела с дерзкой ухмылкой, – Здесь тебя на каждом углу подстерегают опасности, и если какому–то бродяге взбредет в голову убить тебя, к тебе не прискачет твой возлюбленный, чтобы помочь!! – с явной насмешкой добавила она. Было видно, что она выражает всю свою ненависть к тому, кого полюбила ее сестра. На лице Юты появилось настоящее раздражение, которое можно было увидеть крайне редко. – Ты эгоистичная тварь!!– в сердцах сорвалось с ее уст, – Ты только и делаешь, что думаешь о себе!!! И постоянно настаиваешь на том, чтобы я вернулась домой.. Я больше никогда этого не сделаю, ясно тебе?!– ее голос звучал сейчас так грозно и злобно, как никогда, но Химеру это ничуть не испугало. – И почему же?– без особого интереса спросила она. Сестра бродяги ответила не сразу. На ее губах появилась горечь, а в глазах снова повисла печаль, глубокая и скорбящая. – Берта... Она умерла, – еле выговорила Юта. Больше она ничего не сказала. На миг золотистая кошка посмотрела сестре прямо в глаза, а потом резко отвела взгляд и развернулась. Ее усталые лапы начали идти вперед тяжелой поступью, но через несколько секунд она уже вышла за забор через узкий лаз. Осеннее солнце медленно поднималось к зениту. Его яркие лучи играли на деревьях и тусклой траве, но тепло было сравнимо с температурой в лесной реке. Химера медленно выбралась из своего убежища, зевая и потягиваясь. Лицо выражало решительность, а нахмуренные брови говорили о полнейшей серьезности. Даже не обратив внимания на свежую крысу, лежащую возле ее гнезда, кошка спокойно направилась прочь из закоулка. Лапы сами повели ее в нужное место, два ярких, как искры, глаза, неумолимо смотрели вперед, полные стойкости и сосредоточенности. Когда Химера нашла свой бывший дом, она замедлила шаг и подошла ближе к забору, ограждающему небольшой участок. Выпустив когти из под подушечек, она быстро забралась на деревянную ограду и оказалась на зеленой лужайке. Трава здесь была ярко–зеленой и коротко постриженной, а по краям участка росли красивые кусты и деревья. Немедля, темная кошка направилась к стеклянной двери и была поражена. Ее чуткий нос учуял свежий, родной и знакомый запах. Он был совсем близко, но Мирта никого не видела. Кошка, что есть силы, вгляделась в стеклянную дверь, и заметила там того, о ком как раз вспомнила. Это был Сириус, и он решительно шел к двери. Видимо, он тоже заметил сестру. Серый кот подпрыгнул вверх, лапами зацепившись за дверную ручку, и дверь со скрипом открылась. – Заходи, – ни о чем не спрашивая, Сириус пригласил кошку зайти внутрь. Она торопливо вошла, кивнув в знак благодарности и приветствия. – Я знал, что ты придешь, – тут же произнес он, будто бы так и должно было быть. Химера вновь устремила свой холодный взгляд в пустоту, готовясь ответить. Наступила глубокая пауза. – Почему? – просто спросила она, не переводя взгляда. – Болезнь. Кажется, у нее что–то было с сердцем.. – негромко ответил он, бросив сочувственный взгляд на сестру. Химера продолжала задумчиво смотреть вдаль. – Она была такой молодой... – прошептала кошка, сдерживая слезы злобы и отчаяния, – Мы во всем виноваты... Она ведь так страдала!! Страдала из–за нашей глупости, из–за того, что мы все ушли от нее.. С ней все это время была только Юта, а мы вдвоем совершенно забыли о матери! – чуть громче добавила Химера, чувствуя, как разрывается ее сердце от боли и жалости. Она винила, по большей части, именно себя. «Это мое наказание за ненависть к Юте..» – всплывало в ее голове. – Не кори себя, Мирта. Это не твоя вина, поверь мне, – будто прочитав ее мысли, Сириус ответил сестре спокойным, но сожалеющим голосом. Было видно, что он не меньше Химеры скучал по матери. В этот момент, они оба услышали на лестнице шум Двуногих. Они спускались на первый этаж, туда, где сидели Сириус и Химера. Коты несколько испуганно переглянулись, думая, что сделают с ними люди, ели увидят здесь. Они не успели даже шелохнуться, как поняли, что Двуногие уже стояли перед ними. Невозможно передать то удивление, которое было выражено их лицами. Они, словно вкопанные, с немым удивлением уставились на котов. Те сделали тоже самое, боясь двинуться. Двуногие начали постепенно «оживать», понимая, что видят тех, кого вырастили. И, похоже, даже догадались, почему они здесь...

***

Прошло четыре месяца. Химера продолжала развивать свою банду, а совсем недавно они воевали с бандой одиночек, живущих неподалеку. Обе «команды» понесли потери, но не такие большие, какие могли быть. Сириус изредка помогал сестре, но большую часть времени проводил в одиночестве, скитаясь по лесу и городу в поисках чего–нибудь нового. А что же было с Ютой? Три дня назад она родила троих котят, и спряталась в заброшенной норе. Здесь она могла спокойно ловить крыс (к которым еле–еле привыкла, как к пище) и кормить малышей. Но все бы хорошо, если б только не плохое предчувствие Мирты. Это случилось тогда, когда котятам шел седьмой день. Химера, как всегда, проснулась в своем убежище, но на сердце лежал тяжелый камень. Следуя интуиции, она решила отыскать сестру, чтобы разузнать о ее самочувствии. Юту долго искать не пришлось. Кошка сидела неподалеку от своей норы, где сладко спали маленькие, слепые котята. Юта была настолько увлечена умыванием, что даже не почувствовала, что рядом ее родная сестра. – Мне нужно срочно с тобой поговорить, – Химера начала разговор, даже не замедлив шаг. Золотистая кошечка испуганно оторвалась от умывания, внезапно услышав знакомый голос. – Поговорить? О чем?? – не поняла она. Химера быстро села напротив сестры. – У тебя все в порядке? У меня с утра плохое предчувствие, и лапы сами привели меня к тебе, – честно призналась та, нервно подергивая кончиком хвоста. – Странно, – Юта пожала плечами, – Все в полном порядке. Котятки растут, хорошо едят.. Да и я живу вполне приемлемо, – спокойно ответила она, смешно двигая белыми усиками. – Вот только.. Который день не могу найти Кратера. Мы разминулись с ним совсем недавно, а теперь я понятия не имею, где он. Наверное, тоже ищет меня.. – в голосе кошечке слышалась надежда. Мирта нахмурилась, не понимая, отчего ей так плохо, и поджав губы, она попрощалась с Ютой и пожелала удачи.

***

Я оказалась в непонятном темном месте. Единственным источником света была луна, но даже ее освещение не было способно помочь что либо разглядеть. Я спала клубком в самом центре «темной комнаты», но внезапно проснулась от тихого звука. Мои глаза сами собой открылись, и я резко подняла голову. Передо мной была лишь тьма и гробовая тишина. Я слышала стук собственного сердца, но меня мучил звук шагов. – Загляни в свою душу, – спокойно начал голос. Он был ужасно знакомым и заставлял меня скорбеть о недалеком прошлом, заставлял винить себя... Я резко обернулась, и увидела перед собой кошку. Она была почти прозрачной, а ее светлая шерсть сверкала, словно звездами. Мои глаза удивленно расширились. Я никогда не верила в Звездных котов, не верила в Звездное племя и не думала, что еще увижу ее... – Берта? – я одарила умершую своим пронзительным непонимающим взглядом, – Но.. Что с тобой? Почему я тебя вижу? Почему ты говоришь со мной?! – моя паника возрастала с каждым словом, которое я произносила. Но Берта, будто пронизанная ярким звездным светом, оставалась совершенно спокойной. – Дочь моя.. Я пришла, чтобы предупредить тебя, – казалось бы, она даже не заметила моих слов, – Если ты не спасешь свое сердце и душу, наполненные тьмой, ты потеряешь все, чем дорожишь, – закончила Берта и начала медленно растворятся во тьме. – Но я не понимаю... Что все это значит? И почему я вижу тебя? Ты должна мне ответить, Берта!! – я надрывала голос, но понимала, что это бесполезно. Мать не прилагала никаких усилий, чтобы не уходить, и я поняла, что это конец. Сразу после того, как кончился мой сон, я резко встала. В голове творился ужасный бардак, и я решила просто пройтись по улицам города. Выходя из закоулка, я отдала приказ Хантеру, своему советнику, и Джесс, одной из охотниц банды. Только после этого я могла спокойно покинуть пристанище своей банды. Я устало плелась по обочине возле гремящей тропы, чувствуя себя разбитой и бессильной противостоять собственной тьме. Я ощущала как она поглощает меня изнутри, как пытается убить.. духовно. Взгляд моих прежде пронзительных глаз был устремлен в землю, а ноги устало шагали вперед. Мне не хотелось ни о чем думать, но в голове все еще всплывал недавний кошмар. Слова, которые произнесла тогда Берта, внушали мне страх за тех, кого я любила. Хотя, если задуматься – мне было некого любить.. Берта умерла, Сириус, как всегда, бродит по городу, ну а Юта.. Именно мысли о ней и ее детях терзали мою душу. Вчера я была у нее, но она не сказала ничего подозрительного. И тут в моей голове будто бы прогремел гром. Я вспомнила ту фразу Берты, которую во сне пропустила мимо ушей. «Любовь погубит твою сестру!» говорила она. А ведь вчера Юта сама сказала о том, что который день пытается найти своего любимого. Какой же мышеголовой я была!!! Я уже давно должна была оказаться рядом с ней и спасти от ужасного пророчества, которое погубит и мою сестру, и мою душу. Резко вскинув голову, я почувствовала невероятный прилив энергии, который заставил меня ринуться вперед. Я бежала с такой скоростью, какую себе не представляла. Ничто не могло остановить меня, даже мысль о том, что я, возможно, уже опоздала.. Хотя именно эта мысль вскоре убила во мне все живое. Громкий звук, заставляющий замереть на месте, поглотил меня с головой. Я остановилась возле жилища сестры, и в этот же момент увидела, как мимо меня по гремящей тропе на огромной скорости проносится большое чудище.. Еще мгновение – и в моих ушах загремел пронзительный крик. Крик, который останавливал сердце... И только теперь я увидела то, что мучило меня который день подряд. Я увидела смерть. В следующий миг все словно остановилось, и тут же пришло в движение. Мои глаза «ухватили» ужасный кадр, когда тело Юты безжизненно отлетело к лесу. Там стоял крупный кот с темной коричневой шерстью. Его лицо выражало такой же ужас, который можно было увидеть у меня. Тело моей сестры резко опустилось на землю прямо у лап кота. Он опустил голову к ней и начал попытки оживить кошку, но по его глазам было ясно, что он и сам понимает всю бесполезность своих действий. По его щекам пробежались две немые слезы, а лицо выражало бесконечную печаль. Тогда я поняла, что это тот самый кот, которого так сильно полюбила Юта. Я приблизилась к нему, чтобы подойти к телу сестры. Кот что-то негромко шептал себе под нос, а заметив меня, удивленно поднял голову. – Ты ее знала? – негромко спросил он, готовясь отнести тело куда–то подальше. Я ответила сразу: – Она моя родная сестра.. А закончила жизнь так глупо, как я себе и не представляла, – объяснила я. Наверное, вы думаете, что я проклинала этого кота за то, что он так не вовремя «нашелся».. Нет. Я винила в этом лишь одну себя. – Ты действительно любил ее? – недоверчиво спросила я, – Можешь сказать правду, терять тебе уже нечего, – уже не так уверенно добавила я, и тут же вспомнила о котятах. Похоже, возлюбленный Юты заметил в моих глазах этот необычный страх, и его голос стал намного более дружелюбным. – Да... Больше всего на свете. Она была последней живой частичкой в моем сердце, – честно ответил тот, устало прикрыв глаза, – Меня зовут Кратер. – заключил коричневый кот. – Химера, – мне захотелось немедленно представиться ему, что, как правило, мне несвойственно. Ты ведь знаешь о том, что она недавно родила? Ее котята должны спать напротив, в той норе, – я указала на небольшую норку в углу своим хвостом, – Что ты будешь с ними делать? Сомневаюсь, что будешь самолично их воспитывать, им только восьмой день от роду.. – Моя родная сестра живет в Сумрачном племени, – поспешно перебил он, как будто боялся, что я заберу его детей, – Она целительница. Думаю, я смогу договориться с ней. Она будет за ними присматривать, а я – навещать их время от времени. Они еще слишком малы, чтобы вести самостоятельную жизнь, – решительно ответил Кратер. – Я посмотрю за котятами. Можешь.. Сам заняться ею... – не в силах подобрать нужных слов, я спокойно отошла к норе. Кратер успел окинуть меня своим полным благодарности взглядом, а затем направился в чащу леса, вскинув себе на спину бездыханное тело Юты. « Да улыбнуться ей небеса.. » – подумала я с ноющим от боли сердцем. Мне было настолько стыдно и больно, что я еле дышала от переполняющего меня кошмара. Хотелось кричать так, чтобы меня слышали даже в самых укромных углах этого мира. Теперь все, чем я дорожила, погибло. А вместе с жизнью моей семьи ушла и надежда... Самая дорогая. Самая последняя. Надежда... 3.043 слова, миди-рассказ. By focus 2013.