Неевклидова геометрия

1 Два открытых кабриолета стояли крылом к крылу, словно белые близнецы, пофыркивая мотором. Они сорвались с места одновременно, набирая скорость. Одинаковая приемистость не позволила ни одной из машин вырваться вперед. Дальше всё зависело только от навыков водителей. Тено Харуки с равной легкостью тронули руль, выравнивая автомобили. Харука помнила о предательском камне на подъезде к дому и больше не позволила ему вмешаться в её гонку. Феррари вырвались на простор шоссе, а затем и трассы, направляясь к горной вершине, что привела их в этот мир. Мичиру в последнее время тесно общалась со своим зеркалом, и то показывало ей странный замок, в котором прятался выход из этого мира, а сны Харуки обещали тот еще аттракцион по его покорению. Мичи с Хару выразили желание составить им компанию, и теперь две гонщицы с наслаждением испытывали друг друга. Около десяти минут гонка шла на полном серьезе, но в какой-то момент Мичиру заметила улыбку подруги, полную уважения и восхищения. Что-то подобное отметила и Мичи. Девушки за рулем отбросили ненужную браваду и наслаждались ездой, которую каждая хотела превратить в полет. Машины летели, красиво обгоняя друг друга, чертя по трассе выверенные узоры, которые некому было оценить кроме них самих. Иногда игра усложнялась. Это происходило на оживленных участках, когда к их игре невольно подключались другие водители. В этом случае два кабриолета казались стремительной каплей дождя на сухом стекле – свобода, ограниченная невидимыми законами. Две машины причудливыми зигзагами рассекали дорожное покрытие обходя препятствия и избегая аварий. Мичиру улыбнулась. Стоило оказаться в этом мире хотя бы ради этого мига невесомости. Плещущееся в глазах напарницы счастье компенсировало любые неприятности. Захотелось обнять её, но на такой скорости шалить не решалась даже она. Подножие гор открылось из-за поворота неожиданно, как и в прошлый раз, заставив вздрогнуть. Но сейчас это оправдывалось и другим обстоятельством. Плато не было. После кропотливого подъема по неприспособленной для езды на кабриолетах подобии дороги, Харука вышла из машины. На большей части плато возвышалась стена колючего кустарника высотой около трех метров. Девушка задумчиво глядела на него, задрав голову. - Ну и что? Чего мы стоим? – Хару не хотела вылезать из машины. Об этой цитадели ходили темные слухи о пропадающих людях. - Мы столько сюда ехали, чтобы любоваться на зеленые стены? - Хару, не шуми... - Мич наблюдала за выражениями лиц Харуки и Мичиру. Девушка обернулась к подруге и сказала. - По-моему, это и есть их плато. - Но эту зеленую штуку я помню ещё с детства. - Я тоже, но... Ты помнишь, мы любовались грозой? - Да. - Хару улыбнулась, вспоминая. - Красиво было, ты ещё тогда так возбудилась. - Ох, у тебя все мысли в одну сторону, - невинное личико подруги почти сбило с мысли, но Мичи нашла силы продолжить: - Я помню молнии. Но не помню цитадели. Точнее, я её помню... Черт. Я хотела сказать, что эти картинки накладываются друг на друга и противоречат. Молнии на фоне облаков и неба. Неба, а не этой махины. - Ты права. - К ним подошла Харука. - Когда мы отсюда спускались – здесь было ровно. Мичиру в это время изучала стены с помощью Глубоководного Зеркала. Девушка оторвала взгляд от только ей видимых отражений: - Оно как-то воздействует на подсознание, заставляя людей думать, как будто было тут всегда. Аура иномирья её буквально пропитывает. И нам, похоже, нужно именно туда. - Враг? - Хару, более не колеблясь, выскочила из машины, прихлопнула дверцу и метнулась вверх по склону, приближаясь к странной цитадели. Она подбежала к состоящей из плотной листвы стене и попыталась раздвинуть ветки. Неяркая вспышка осветила её лицо, и сознание девушки погасло. - Хару! – Мичи оказалась рядом, когда та даже еще не успела упасть на камни, и устроила голову подруги у себя на коленях. Лицо её озарилось радостью, когда девушка поняла, что у Хару всего лишь обморок. Глаза Харуки приобрели холодный стальной оттенок, а сердце заколотилось быстрее. - Враг – не враг, но не очень-то оно и дружелюбно. Мичиру лишь согласно кивнула, не размениваясь на слова, когда и так всё ясно. Её Зеркало показывало, что выход из этого мира прятался именно там. Дом... Увидят ли они его? Мичиру прищурилась, разглядывая зелёное и такое несерьезное на вид препятствие. Увидят, конечно, увидят! Девушка постаралась оценить масштаб задачи. Требовалось, как минимум, найти вход, а там уже действовать по обстоятельствам. Покорение этой цитадели обещало быть не самым легким делом. Харука раздумывала гораздо меньше. Она достала меч и провела им по кустам, чтобы срезать несколько веток для анализа. Сопротивление оказалось неожиданно сильным, и её добычей стал только один чуть подсохший лист. - Упирается, зараза. Ладно, на первый раз обойдемся этим. Лежащая на земле Хару начала приходить в себя. Она недоуменно повела головой, но улыбнулась, увидев склонённую над собой Мич. - Любимая... Я, наверное, упала. Извини, я такая неуклюжая. Поехали домой? Здесь как-то неуютно. Что-то не так? – Девушка обвела взглядом лица вокруг себя. - Хару? Тебя отбросила стена цитадели. - Мич старалась говорить спокойно. - Правда? С чего это стены у нас пинаться начали...? Хей, я что-то пропустила? – Девушка уже вскочила на ноги, готовая рассмеяться забавной шутке. - С какой стати этому травяному забору меня отбрасывать? Вы что, прикалываетесь? Мичиру, нахмурившись, подошла к ней и позволила отразиться в Зеркале. Хару взялась за оправу, вглядываясь в зеркальные глубины. - Цитадель подчистила тебе память, чтобы ты ею не интересовалась. Дурман неохотно покинул её голову, и Хару поглядела на цитадель с новым интересом, в котором явно проблескивала хирургическая сталь. Мич смотрела туда же. - Хитрый ход. - Ты права, Мичи. - Харука направилась к машине. - Но сейчас у нас слишком мало информации, чтобы делать выводы. Нужно вычислить волну, на которой она действует нам на голову. А затем мы вернемся. Нельзя было сказать, что обещание, прозвучавшее в её голосе, как-то задело торчащую вместо плато Цитадель, но остальные ей поверили безоговорочно. Отъезжая, девушки обернулись на стену, за которой смутно угадывались контуры то ли здания, то ли новой стены. Где-то высоко полыхнула безмолвная молния и мгновенно впиталась в зеленые стены. Пейзаж с заброшенным садом в центре сюжета вновь стал мирным и обыденным. Возвращались они в тишине, отбросив лихачество. Каждая обдумывала варианты развития событий и пыталась определить опасность, поджидающую за зелеными стенами. И то, как туда вообще попасть. Под ловкими пальцами звонко цокали клавиши клавиатуры, и Харука полностью погрузилась в мир Интернета. Мичиру устроилась рядом и пыталась следить за поисками подруги с помощью Зеркала. Получалось, но ей всё равно было отчаянно скучно. Бороздить виртуальность вдвоем не имело смысла, и Мичиру с легкостью уступила свежекупленный ноутбук Харуке. И та зависала в мировой паутине уже неприлично долго. Всё время что-то сохраняла, сопоставляла, анализировала... Обычно Мичиру это не напрягало, но сейчас работа в голову не шла: Харука лежала в весьма соблазнительной позе. Девушка в который раз проследила любимые линии не менее любимого тела и задумчиво облизнула губы. Легкие домашние брюки лежащей на животе Харуки не скрывали, а скорее подчеркивали не особо богатые, но весьма лакомые контуры заднего вида, а сосредоточенность в лице подруги всегда являлась лучшим катализатором для страсти. Свободная рубашка была небрежно застегнута на две нижние пуговицы и свисала с плеч опирающейся на локти девушки легкими эротичными складками. Харука задумавшись, шевелила губами и смешно двигала пальцами, формулируя для себя задачи дальнейшего поиска, а Мичиру боролась с собой. Вот уже два часа она стойко сдерживала атаку собственного желания, но её армия вела неравный бой и уже начинала выдыхаться. Харука легко почесала одну ногу о другую, и, не задумываясь, какую порождает бурю, начала шевелить пальцами. Не иначе, как для окончательной разгромной капитуляции противника, она ещё и поёрзала, устраиваясь удобнее. Мичиру закрыла глаза, шипя сквозь зубы. С каждой секундой в рядах её армии, девизом которой было "Если не помочь, то хотя бы не мешать!" нарастали пораженческие настроения. Враг был слишком силен. Желание не собиралось так легко сдаваться, изыскивая всё новые резервы, а свежих сил для сопротивления взять было неоткуда. Харука распрямила ноги, вытянув их во всю длину, и снова согнула, поднимая вверх и слегка раздвинув колени. Но эта поза показалась ей менее удобной, чем предыдущая и девушка вновь их свела. Мичиру из голого упрямства оставила всё это без внимания. Если она решила вести себя скромно, значит, будет, что бы там эта девчонка из себя не строила! Упрямство сработало, и художница почувствовала некоторое облегчение: она смогла удержаться и не напасть на Харуку, продолжающую не замечать её страданий. Гонщица, слегка нахмурившись, раздумывала над каким-то найденным фактом, в то время как её пальцы ласкали верхнюю часть ноутбука. Для Мичиру весь мир сжался до маленького окошка, в которое было видны исключительно только эти поглаживающие движения. Ленивые. Медленные. Полные неги. Такие задумчивые и невинные. Дыхание сбилось, и сопротивление армии Мичиру оказалось сметено превосходящими силами противника. С глухим стоном она прижалась к боку подруги и впилась в её губы, плавя их своим жаром. Харука на секунду замерла, столь неожиданно оторванная от полностью поглощавшего её занятия, но Мичиру уже стягивала с неё рубашку и явно не собиралась обходить своим вниманием остальную одежду. Горячее тело художницы вжалось в Харуку, распространяя на неё свой греческий огонь. Мичиру обхватила бедрами ногу подруги, и та вскрикнула, обжегшись. Такую температуру без присмотра оставлять опасно для жизни при любом раскладе, и Харука мгновенно забыла о компьютере, скинув его на пол. Кровать была нужна ей полностью. - И что ты нашла...? – нарушил продолжительную тишину негромкий игривый голос. - А тебе разве это интересно? Следила бы за поисками вместо того, чтобы отвлекать людей. - Бука. - Мичиру провела ноготком по шее напарницы. Мышцы на спине гонщицы двинулись, и Мичиру словно воочию увидела, как прикрылись глаза Харуки. Она такая падкая на ласку. Как кошка. Скрипачка улыбнулась и поцеловала любимое ухо, прошептав в него: - А кто просил тебя отвлекаться? - Это нечестный приём! Если тебе нужна святая вместо девушки, иди в монастырь. - В женский? – Мичиру, высунув насмешливый язычок, продолжила гладить спину подруги. Та расслабленно лежала на боку, уткнувшись в подушку и подставив затылок фантазии художницы, разве что не мурлыкая от удовольствия. "Ты у меня сейчас заурчишь, любимая...". К пальцам присоединились губы. Харука тихо вздохнула. Удовлетворенность ещё жила в ней, и девушка наслаждалась легкими прикосновениями. Но она знала, что это ненадолго. Уже совсем скоро Мичиру переступит невидимую грань, когда гонщица уже не сможет оставаться неподвижной. Но пока старт дан не был, она могла позволить немного нежности в свой адрес. Еще секунд десять. Девять. Восемь... 2 - Мичиру удалось поймать эту волну. В виде воинов блокировать её будет несложно. Мне тоже удалось откопать кое-что забавное. - Интересно-интересно, - протянула Мичиру, искоса глянув на подругу. Мичи подняла бровь: - А что, ты не в курсе? - Ну... Как-то времени не было спросить. Харука на это едва заметно покраснела, а Хару с трудом сдержала смех. Она знала и этот взгляд, и эту реакцию, и была рада за своих параллельных подруг. Гонщица снова, хоть и с некоторым трудом, сконцентрировалась на деле. - За последнюю неделю никаких пропаж или смертей среди людей сверх нормы не выявлено. Так же нет случаев внезапной потери энергии или эпидемий. О цитадели молчат все источники, с которыми я работала. Понимаю, что срок небольшой, поэтому я рассматривала всё очень придирчиво. - Харука... Хару положила руки на стол и опустилась на них подбородком. Харука недоуменно посмотрела на неё. - А почему ты постоянно меняешь рода? То говоришь, как парень, то как девушка. Ты что, еще не определилось? - Хару... - Мичи покачала головой. - Какая разница? Какое настроение, так и говорит. - Ты права, Мичи. Сегодня... Ну, сегодня мне слишком долго напоминали, что я женщина, и за это меня очень любят. - Говоря это, она даже смогла не покраснеть. Покраснела Мичиру. - Харука... - Всё-таки вы клёвые, - вынесла вердикт Хару и тут же сменила интонации и тему: - Так что же делает враг, если это никак не проявляется? - Ничего. Понаслаждавшись эффектом, девушка продолжила: - Абсолютно ничего, даже если экстраполировать результаты на более длительный срок Просто торчит на труднодоступном плато и пугает народ, не подпуская никого близко. Или правит мозги тем, кто всё же подберется ближе, как тебе. - Харука посмотрела на своего двойника и та почесала макушку. - А какая ей от этого радость? - Вот этого, увы, не знаю. Но мы можем узнать у неё самой. - У Цитадели? - В Цитадели. Ещё там явно прощупывается фон смешения параллельных миров. Неевклидова геометрия в действии. Эвклид бы умер на месте, узнай об этом. - Он и так мёртв, Харука, - хихикнула Мичиру. - Правда? - Ага, я тоже где-то об этом слышала. Жаль. Прикольно было бы, наверное, посмотреть на его лицо, - присоединилась к развлечению Хару. А Мичи задумчиво обняла пальцами подбородок. - И выбраться из нашего мира в ваш можно только через неё? - Да. Это единственная точка, где ощущается этот фон, - ответила Харука, а Мичиру добавила: - Хочешь-нехочешь, но нам туда. А что удалось узнать вам? Хару потянулась назад и достала банку с сиротливо валяющимся на дне странной формы листом. Кухня была достаточно большая, и девушке пришлось изрядно вытянуться даже при её росте и длине рук. Скрипачки проследили глазами совершенные линии и синхронно сглотнули. Хару поставила пленное "нечто" на стол, и все ещё раз посмотрели в лицо "врага". - Эта хрень... - Хару! - Эта... штуковина..., - Хару глянула на Мич, но больше возражений не последовало, и она продолжила, - внеземного происхождения. Точнее, она имеет земные аналоги, но они заключаются лишь в том, что это – растение. Фотосинтез и всё такое. - Оно забирает энергию? - Н..нет... а с чего? - Да так, - Мичиру снова откинулась на спинку стула. - Думала, старые знакомые. Сейлор Мун приходилось когда-то бороться с чем-то подобным. - А. Нет, энергию оно не берет. Оно берет в себя электричество и какое-то непонятное излучение, которое, насколько мы поняли, идет от Цитадели. Если его долбануть электрошокером, то полученный разряд полностью поглощается и уходит в никуда, не отражаясь на состоянии самого листа. Предположительно – в сторону Цитадели. Так что сейчас, вдали от своей любимой высокогорной изгороди это, фактически, просто вялый лист. Хару достала кусок зелени из колбы и демонстративно оторвала черенок. Надорванные края листа показывали, что эксперимент листовредительства уже проводился ранее. Харука нахмурилась, и Хару кивнула: - Верно. Там, в зеленой стене он не был бы столь податливым. - Да уж. Чтобы космический меч срезал лишь один жалкий лист! – Харука оскорблено фыркнула и материализовала свой талисман, подняла его над столом и разжала руку. Меч падал лезвием вниз как-то очень медленно, плавно рассекая воздух. Не замедляясь и не ускоряясь, он прошил столешницу и величаво замер, упираясь в стол витым эфесом. Хару и Мичи моргнули, а Харука уже вытащила меч из поверхности стола, и незаметным движением отправила туда, откуда достала несколькими секундами ранее. Хару тихо сползла на пол, чтобы рассмотреть потолок в щель, оставленную мечом, а Мичи пыталась разглядеть пол и Хару под столом. - Он целый, - девушки ничего не понимали. - Возьми, - Мичиру протянула Мич свое Зеркало. Та поймала отражение стола и скорее почувствовала, чем увидела, микрон разреза в плотной структуре столешницы. А Мичиру прокомментировала голосом диктора в планетарии: - Космический меч рассекает всё. От банальных камней до пространства. Но ему не под силу просторы параллельных измерений и листва живой изгороди вокруг Цитадели. Хару и Мичи нервно хихикнули под аккомпанемент в унисон подергивающихся глаз. Так выпендриваться не могли даже они. 3 Хару, высунув язычок, писала письмо Сетц. Она подробно описывала все события, свидетелями которых стали они с Мичи. Про листву, которую не режут космические мечи, про космические мечи, которые возникают из воздуха и кристаллов сердец, про кристаллы сердец и прочую дребедень, которой, по словам Харуки и Мичиру, человеческое тело неуловимо для науки нашпиговано сильнее, чем мышцами, кишками и костями. Иногда она останавливалась в описании и потрясенно перечитывала текст. Местами она сама отказывалась верить написанному. Особенно тому, что у них по дому разгуливают их двойники из другого измерения. В замутненном фантастическими боевиками мозгу девушки смутно проблескивала мысль о невозможности заполнения одного пространства двумя идентичными наборами генов, или как-то так, точнее сформулировать не получалось. Смысл в том, что если она хотя бы слегка прикоснется к Харуке, они превратятся в первичную протоплазму или что-то другое, ещё менее симпатичное. Но она дотрагивалась до Харуки! Целовалась даже. В этом месте размышлений Хару порозовела, хотя стать более розовой было сложно. Поцелуй Харуки... Девушке трудно было сформулировать свои мысли. В её жизни была только одна женщина, да что уж там, всего один человек, который привлекал её сексуально. Мичи. С самой первой встречи. А тут... «Я её хочу?!» Поймав себя на крамольной мысли, Хару смутилась. Она по умолчанию не может хотеть никого, кроме Мич. Точка. Но Мичи тоже целовалась с Харукой. Значит, они квиты. «И ревновать я права не имею!» Но Мичи целовалась с Харукой... Не совсем здоровое воображение подкинуло живописную картинку: широкая кровать, Харука в центре, Хару интимно прижимается к ней с одного бока, а Мичи ласкает чужачку с другого. Мичиру в это время стоит, задумчиво выпутываясь из пеньюара, и оценивает, в какое место кровати лучше примоститься. Хару смутно удивилась, кто же ею займется? Мичи? Образ двух Кайо на какое-то время завис перед её зажмуренными глазами, и девушка поймала себя на том, что постанывает. Воображение продолжало свою атаку на страждущее тело, и Хару захлебнулась своим хриплым дыханием, с огромным трудом сдерживая руки. Мичи не любила, когда Хару тянула свои пальчики к кому-то кроме самой Мичи. Дверь приоткрылась и Харука некоторое время молча смотрела на бьющуюся в истерике девушку. Когда она подошла ближе, Хару простонала её имя. Гонщица нахмурилась. Потом донеслись имена Мичи и Мичиру вместе. Удивленно покачав головой, Харука быстро покинула комнату. Хару проклинала свою больную фантазию, но Мичи там уже доводила до оргазма Харуку, причем, Харукой была она сама. Девушка почти ощущала руки на своих бедрах, и не поняла, когда это произошло в действительности. - Мичи, - выдохнула она. - Я здесь, родная. - Я хочу тебя, Мичи! Сейчас же! Немедленно! Горячая кожа подруги и её слезы под веками подняли Мичи на вершину ожидания. - Мичи! Мичи! Я люблю тебя, Мичи! - Я тоже только твоя, моя Хару... - Харука, как ты считаешь, я и Мичи в постели – это инцест? – Мичиру уютно лежала на груди у Харуки. Та лениво наклонила голову и посмотрела на подругу: - Нет. Думаю, это хуже. Вы же одинаковые до последней молекулы. - Но это же только для генома детей важно, разве нет? – Продолжала допытываться зеленовласка, с невинным видом полируя подушечку указательного пальца о руку гонщицы. - А у нас, девушек, что предпочитают девушек, детей быть не может. - Тебя послушать, так я должна была не бежать за Мичи, а остаться с Хару на том ковре.– Харука стрельнула взглядом в сторону вскинувшейся на её слова художницы. - А что? Прекрасно было бы, и чего я ушла? Много нового бы о себе узнала. - Харука! - Мягкое прикосновение пальца сменилось лезвием ногтя, впившегося в кожу. Мичиру злобной гарпией нависла над безмятежной любовницей, продолжающей невозмутимо мечтать, кивая самой себе: - Хорошая идея. А ты бы в это время очаровала Мичи... Здорово, ты с Мичи, я с Хару. - ХА-РУ-КА! Больше гонщица не могла делать вид, что не замечает настроения Мичиру, поскольку та явно материализовывала свое зеркало, и по её лицу можно было прочесть сожаление, что оно размером не со сковородку. Харука проворно спеленала напарницу объятием, прижимая к постели: - Ты все ещё хочешь Мичи? – блондинка лукаво улыбнулась гневным искрам в глазах напротив и, не дав ответить, закрыла ей рот поцелуем. - Харука..., - просительные интонации выдернули гонщицу из сна, в который она только-только успела погрузиться после завершающей атаки на несопротивляющуюся цитадель любви и счастья. - Мм? – вразумительно отреагировала блондинка. - Я хочу домой. Харука с трудом, но разлепила веки. Мичиру лежала рядом, рассматривая потолок, словно сквозь него были видны звезды. - Хару и Мичи просто замечательные и всё такое, но я хочу домой. Или, хотя бы, узнать, что это невозможно. И тогда я привыкну, и мы ещё не один раз поспорим, кто с кем должен спать. - Девушка улыбнулась воспоминанию о Харукиной воспитательной работе. - То есть, просто стариться в тишине и покое ты не согласна, тебе обязательно подавай штурм Цитадели и наш мир с вопящей Сейлор Мун и загоняющим по любому поводу нуднючие речи Такседо? Мичиру в ответ попыталась придушить насмешницу, но та почему-то не давалась. Будучи снова спеленатой любимыми руками, скрипачка легко дотронулась губами до шеи Харуки. - Да. - Я тоже скучаю. - Красавица, я хочу закрыть счет. - О, мисс Тено! Который? - "Незавитый", пожалуйста. - Вы им не особо пользовались, - сверив подписи, девушка улыбнулась знакомой спортивной сумке. - Да, так уж вышло. Может, ещё верну всё обратно. - Мы будем рады. Со стоянки донесся нетерпеливый автомобильный гудок, и Харука застегнула над деньгами молнию. Прощаясь, она махнула девушке рукой. Та, покраснев, ответила тем же. Бросая сумку в багажник, Харука заглянула в глаза Мичиру. Сложность поставленной задачи не просчитывалась, и девушки готовились, как всегда, к худшему. Что там за зеленой стеной? Крепости делают неприступными, чтобы сохранить что-то. Что-то, что позволяет связывать непересекающиеся пространства в клубок и перемещаться из одного в другое? Или что-то ещё? Вопросов много, ответов нет. Однако такой расклад был привычен. Плюс, сегодня они были не одни или в компании застревающего в печени детского сада иннеров. На их стороне были они сами. Ни Хару, ни Мичи не могли пропустить такого приключения, и рядом с белым кабриолетом сыто урчал мотором золотой. Хару снова посигналила, торопя подруг, и Харука повернула в замке ключ зажигания. Сдержанный гул моторов наполнил стоянку, и машины сорвались с места, двигаясь по известному маршруту. Две Харуки, две Мичиру и общая цель. И одна-то их пара была силой, а вдвойне и подавно. Штурм начался. Цитадель на полном основании могла считать себя осажденной. Зеленая громада встретила их тишиной, в которой не слышалось ни стремительного полета птиц, ни монотонного жужжания насекомых. Скорее всего, этого не было и в прошлый раз, но тогда это место не было противником. Травяные стены гордо поднимались куда-то вверх, отражая свет тысячами глянцевых зеленых поверхностей. Харука прищурила глаза, защищая их от бликов: заходящее солнце было жестоко. Мичиру за её спиной достала зеркало. Пора было перевоплощаться и вступать в бой с неизвестностью. «Измени!» Два голоса и ещё два отозвались слаженной полифонией. Они были готовы. Нептун выглядывала в отражении Глубоководного зеркала малейшие просветы в обороне зеленой крепости. И её пальчик указал в одну из точек поверхности стены. Уранус недобро улыбнулась. Тут же рядом оказался её двойник – Сейлор Уран. Пламя боя озаряло их лица одинаковым узором, когда они поднимали руки в единой атаке. Словно фокус с зеркалами, две атаки неожиданно переплелись, втягиваясь друг в друга, и, с новой силой вспыхнув нестерпимо золотым, вгрызлись в подножие Цитадели. Стена дрогнула. - Я, Сейлор Нептунус... - И я, Сейлор Нептун... - ДОБАВЛЯЕМ!!! Аквамариновые всполохи накрыли стену, смывая её, уже покореженную силой землетрясения. Когда ворох сорванных листьев перестал крутиться диким калейдоскопом, перед отважной четверкой зиял геометрически правильными гранями квадрат провала. Его размены позволяли пройти среднего размера армии. Воины Урана и Нептуна замерли в секундном замешательстве. Но тут же бросились вперед. Их приглашали. Что ж. Они были бы не они, если бы не приняли приглашения.