Храбрых ждет удача

- Уже темнеет. – проговорила Тисс, поеживаясь. Собираясь на слежку за вампиром, она постаралась одеться совершенно отлично от прошлого раза. Юбка, сапожки, куртка - она и не помнила, когда в последний раз так одевалась. Вдобавок она повязала на голову давно подаренный Пат шарф и накрасила губы . Мария-Элена наверняка решила, что Тисс решила очаровать ее сыночка, но она просто не хотела быть узнанной. - Он точно здесь? - Да, он рядом. – кивнула женщина. - Я его чувствую. У него какие-то проблемы. - Ты и это чувствуешь? - Я могу видеть эмоции и чувства. Он злится, у него что-то пошло не так. – Мария-Элена взглянула на девушку. – А ты боишься. И сомневаешься. - Это нормально - я иду на опасное дело. - Он очень хороший. Его стоит вернуть. - Я верю. Александр появился на площади совершенно неожиданно – Тисс еле успела отвернуться, делая вид, что изучает дворец. - Ну, чтож. – прошептала она. – Нужно идти. За мной не ходи – попытаюсь справиться сама. - Но… - Так надо. Останься. - девушка задумалась. – Хотя постой. Скажи – что за песня, которую ты всегда поешь? - Колыбельная. – ответила женщина. - Я пела ее, когда Александр был совсем маленький. Это была конкретно его колыбельная. И даже большим он ее очень любил. Но, думаю, сейчас уже забыл. - Да, наверняка. – кивнула Тисс. Развернувшись, она направилась к переулку, в котором скрылся вампир. Он, очевидно, любил тесные, малоосвещенные, безлюдные улочки. Вдогонку ей улетело тихое «Удачи». - Я смелая, я все могу. – бормотала девушка, шагая по брусчатке. – Я ходила в час ночи провожать Пат домой, после всех частей «Пункта назначения», «Звонка» и сезона «Сверхъестественного». Что мне какой-то парень..пфф. Сейчас найду, велю вести себя хорошо и пойду домой смотреть телик. Нет, точно, скачаю «Дракулу 2000» , давно не смотрела. Или «Ван Хельсинга»! Хотела бы я быть Анной, у нее крутой корсет и брюки. Боже, о чем я думаю… Звонок телефона заставил ее подпрыгнуть от неожиданности. - Стеф. – выдохнула Тисс, читая отправителя сообщения. – «Задерживаюсь в библиотеке, как ты?» Обалдеть как я! Я Баффи! Собравшись, она написала ответ: «Сижу у Пат, смотрим страшилки. Подумываю о том, чтобы остаться. Передумаю и соберусь домой – позвоню. Люблю. Целую» Она никогда не заканчивала так свои сообщения, но сейчас ей ужасно захотелось, чтобы брат знал как она его любит. Девушка отправила сообщение и едва успела сунуть телефон в сумку, когда кто-то схватил ее сзади. - Ты меня нашла. – прошипел голос возле ее уха. – Какая молодец. Теперь тебя поищут. И Тисс окутала тьма. ***************************** - Ну же, Белоснежка, пора просыпаться. – донесся до нее насмешливый голос. Тисс с трудом смогла разлепить глаза и осмотреться, но это не помогло. Она совершенно точно не знала, где находится – единственным знакомым персонажем был Александр, деловито рассматривающий содержимое ее сумки. - Наконец-то. – проговорил он, усмехаясь. – Надо же, умудрилась хлопнуться в обморок, находясь без чувств. Это нонсенс. - Вы… Я хотела. - Летисия. – констатировал парень, просматривая документы. – Правильно, на такие дела нужно брать удостоверение личности. Чтобы потом, когда труп найдут, возможно даже обезображенный, не было проблем с опознанием. А так сразу понятно: вот этот обрубок – Летисия Мария Петрелли и никаких вопросов. Мама? – спросил он, показывая снимок. – Красивая. Ты на нее похожа. - Она умерла. – выдавила из себя Тисс. - О нет, неужели? – изумился вампир. – Кошмар. Ты скоро с ней увидишься. - Александр, мне нужно... – начала девушка, но закашлялась. - Ух ты, да мы хорошо осведомлены. - парень отбросил сумку и встал. – Я переборю свое любопытство и не буду спрашивать откуда. - По-чему? В следующий момент Тисс была сильной рукой пригвождена к стене. Смертельно не хватало воздуха – тонкие, но сильные пальцы сдавливали горло. - Потому что я не Александр. - проговорил вампир. – Я Алек. Но то, что ты меня спутала с каким-то знакомым, тебя не спасет. - Алек-сандр, я…- снова попыталась объяснить девушка, но он ударил ее головой об стену. - Алек. – прошипел парень, заставляя ее поднять лицо, дернув за волосы. – Слышишь - Алек! Придется сделать так, чтобы запомнила. Тисс показалось, что ее одежда просто испарилась. В комнате было холодно, а тело вампира на проверку оказалось ледяным. А потом низ ее живота пронзила боль и девушка зажмурилась. - Не смей закрывать глаза! – на ее скулу пришелся удар, и уверенная рука, встряхнув ее за подбородок, заставила Тисс взглянуть на него. – Смотри на меня! Таким ты себе представляла своего первого? Девушка едва заметно покачала головой. Боль не утихала, а наоборот разгоралась с каждым его движением. - Это не то, что я хочу услышать. - Алек сжал ее руку и девушка вскрикнула. – А теперь еще раз. И вслух. - Да…- тихо ответила Тисс. - Молодец. - похвалил ее вампир. – Придется наградить тебя. Он сильно прижался к ее губам. Это мало походило на поцелуй – парень прикусывал ее губы, и Тисс казалось, что кроме вкуса слез, она чувствует привкус крови – своей и чужой. - А ты не так плоха. - хищно улыбнулся Александр. - Даже не учитывая невинность… а ты все-таки молодец, что до меня потерпела. Сейчас это большая редкость. - Раньше было по-другому? – выдохнула девушка. Вампир в ответ осуждающе цокнул языком. - Ну разве я просил тебя говорить? Просил?! Он швырнул ее на пол и сам опустился следом. - Убьешь? – тихо спросила Тисс. - Ну что за вопросы? Убью, конечно, но не сейчас.- парень провел пальцами по ее телу. – Знаешь, мне очень скучно. – он опустился ниже и зашептал ей на ухо. – Не стесняйся стонать, Летисия. Можешь даже кричать – соседи ничего не услышат. И снова пронзающая боль и его губы, вперемешку с укусами, на ее груди. Тисс плакала не от боли – ей было страшно представить, что будет с папой, когда он увидит ее изуродованное тело в морге. Стеф...он с ума сойдет. И Пат. А у нее будет белый крест – она ясно видела каменное изваяние с золотистой надписью «Летисия Петрелли», жаль, что она не успела дописать в завещании, чтобы ее похоронили с мамой и Нат. Нет ничего проще - просто открыть могилу и поставить в нее второй гроб. «Нет» - сразу запротестовала Тисс внутри. – «Откроют могилу…и папа со Стефом увидят, что за шесть лет стало с мамой. Ни в коем случае! Урна, урна с прахом – идеально. А на памятнике просто добавят имя. Ее похоронят в свадебном платье, если конечно Александр любезно оставит ее тело. А отпевать ее будет Франческо, отец Франческо. А мирская его часть будет переживать, что не смог отговорить». - Кажется, ты отвлеклась. – вырвал ее из размышлений едкий голос Александра. – Я чувствую себя покинутым. Ты задумалась о нашей счастливой старости в окружении внуков? - У тебя не будет внуков. – прошептала Тисс. – И старости. И у меня тоже. - Умная девочка. Нам с тобой действительно ничего такое не светит. - вампир вздохнул. – А ты сладкая… везде сладкая. А я такой сластена. Он с чрезмерной откровенностью лизнул мочку ее уха, скользя губами вниз по шее. Почувствовав укус, Тисс застонала. -Ну наконец-то. – парень мгновенно оторвался от нее, с триумфом разглядывая ее лицо. – Я уж думал не дождусь, но…как ты, оказывается, соблазнительно стонешь. Он аккуратно прикоснулся к ее губам, лаская пальцами ее исстрадавшееся тело. Спустился с поцелуями к ее шее и груди. - Заслужила. – шепнул Александр, перебирая ее короткие волосы. - А теперь мне положена награда. Девушка снова почувствовала укус на своей шее, но, закусив губу, сдержалась. Она чувствовала, как из рук и ног, пульсируя, уходит кровь и готовилась к тому, что скоро боль пройдет. - Стоп. - вампир отстранился от нее и сплюнул на пол. – А вот это ты не заслужила. Бессмертие – удовольствие дорогое. Он приподнялся на руках, нависая над Тисс. Снова опустился, чтобы поцеловать ее, в этот раз без укусов и лишней жесткости. - Отдыхай, Летисия. Я решил продлить наше знакомство. Он встал и, собрав свою одежду, подошел к окну. Тисс, с трудом двигаясь, переползла в угол, сворачиваясь там в клубок. - Малышка, а как тебя называют родные? – поинтересовался Александр. – Лети? Девушка промолчала, сжимаясь ее плотнее. - Брось, малышка, мы теперь близкие люди. Я для тебя вообще должен быть особенным. Ну, так как? Тисс всхлипнула. - Ладно, ты не в настроении. – сдался вампир. – Отдыхай. Скоро продолжим. Он скрылся за дверью и Тисс тихо заплакала. Все оказалось еще страшнее – он не только убьет ее, но и продолжит издеваться. Она не вернется утром, и тела ее не найдут. Кто знает, сколько вампир еще захочет развлекаться здесь, могут пройти недели, месяцы… У Тисс не укладывалось в голове, как тихая, робкая Мария-Элена смогла произвести на свет такого монстра. Или все так его таким сделала жизнь…. «Мой мальчик, мой сыночек». – звучал в голове голос призрака. – «Мой уголечек». Девушка начала понимать, что она не врала - у ее сына отобрали сердце, душу, глаза и имя. Ее радость, ее сын – сероглазый Александр погиб, уступив место жестокому и хладнокровному монстру Алеку, с презрением смотрящему на мир ярко-алым взглядом. И изменить это уже невозможно. «Судьба благоволит храбрым» - говорил ей когда-то Стеф. Девиз Александра Македонского, ставшего великим и умершим в самом расцвете сил. Может в этом и есть улыбка судьбы – умереть быстро, без мучений. Просто нужно быть смелой. - Ну, как себя чувствуешь? - в комнату вернулся вампир в полотенце, завязанном на бедрах. Он плюхнулся на диван, с интересом рассматривая лежащую в углу девушку. - Уже готова продолжить? Хочешь чего-нибудь особенного? - В небе, как орлы, летать. – шептала Тисс, успокаивая себя. - Каждый сын мечтает. Храбрым быть, отцу под стать… боги верно знают…. - Что ты там пищишь? – нахмурился Алек. - Тем, кто любит, верен будь… - по щекам девушки струились слезы, смешиваясь с кровью из разбитых скул и губ. - …жить ты только начал… - Что ты сказала?! – мигом переместившийся к ней парень дернул ее за руку, переворачивая на спину. – Отвечай, тварь! - Вверх орлы укажут путь… - из последних сил улыбнувшись, пропела Тисс. – Храбрых ждет удача…. - Заткнись! – завопил вампир, с силой ударяя ее по лицу. – Не смей! Мразь! Его кулак врезался в ее скулу, и голова девушки безвольно откинулась, но глаза все еще слепо смотрели на него. - Не смей..нет.. – дрожащим голосом выговаривал Алек, безумно осматривая ее лицо. Его била крупная дрожь – впервые за долгую жизнь. Последний раз парня так трясло, когда лично сжигал живого вампира – убийцу его матери. Он не понимал зачем пытается одеть недвижимое тело девушки, но все же упорно пытался это сделать, он не осознавал, что тащит ее в ближайший парк, вместо того, чтобы бросить, а лучше сжечь. Уложив девушку под деревом, Алек зачем-то оставил рядом ее документы, сумку и телефон, прежде чем уйти. За следующие два дня он убил столько, сколько, казалось, не убивал за всю жизнь. Перемещаясь из города в город, вампир уничтожал практически все, что попадалось ему на глаза, не заботясь ни о маскировке, ни о безопасности. Он не мог точно сказать, когда разрушились линзы и по скольким городам он шатался с красными глазами. Этого никто не заметил или просто не посчитал нужным замечать - в нынешнее время даже человек с рогами не вызовет удивления. Он совершенно не контролировал себя – кажется, он даже пил, но зачем... Когда на третий день после исчезновения (а парень упорно сбрасывал все звонки и не отвечал на сотни сообщений) Алек появился, в Вольтерре все были близки к панике. - Алек, ты где был? – спросил встретивший его в коридоре Феликс. – Мы… - Все потом. – не останавливаясь бросил вампир. - Но Джейн… - Я сказал – потом. - Зайди к старейшинам, они велели. - Пусть идут к черту. - Алек! – выдохнул в изумлении Феликс. - Можешь прямо так и передать. - вампир взялся за ручку двери. – И сказать, что это мои слова. Он резко дернул дверь и вошел, оставляя друга в коридоре. Не включая свет, Алек сбросил куртку на диван, и только потом заметил, что у окна кто-то стоит. Незнакомец обернулся и глаза привыкшие к темноте распознали, что для мужчины фигура слишком хрупкая. Блеснули голубые глаза и знакомые губы расползлись в улыбке. - Здравствуй, Александр. – проговорила Летисия. Совершенно невредимая, в той же курточке и коротенькой юбке, что и в тот день, она стояла у окна и, улыбаясь, издевательски растягивала имя – А-лек-сандр. - Ты умерла. – пробормотал вампир. – Тебя нет, я убил тебя. Ты мертва. - Ты тоже. - Что ты несешь? Я жив. - Да что ты? – девушка хитро прищурилась. – Ну тебе виднее, Александр. - Я Алек. – жестко ответил парень. – Алек Вольтури. - А, ну да. – Летисия понимающе кивнула. – Вот интересно, насиловал меня Алек. А убил? Кто? Кто именно? - Не дави мне на совесть. - Не буду. Тебе просто не нравится эта песня. Слишком много воспоминаний, и они слишком сильные, а ты так стараешься их забыть. – девушка отошла от окна, приближаясь к нему. – Но не получается. - Не подходи ко мне. – зашипел Алек. – Ты мне только чудишься, тебя нет. - Брось, Алек, тебе понравилось со мной. - Ты думаешь, что ты первая? - Нет. Это ты был у меня первый. А у тебя таких, как я, были сотни, тысячи. Тебе это нравится. – Летисия подошла совсем близко, практически касаясь его лица и, дотянувшись до его уха, зашептала.- Но ведь я – совершенно другой случай. – ее шепот стал шипящим. – Тебе нравилось, ты хотел растянуть удовольствие. Ты не хотел меня убивать как остальных. Тебе нужно было мое тело, живое… Вампир поднял руку и боязливо прикоснулся к ее лицу. Он ничего не почувствовал, гладя воздух, но из под его пальцев неожиданно потекла кровь. - Вот видишь, что ты делаешь. – проговорила Летисия отшатываясь от него. Ее голос становился выше, мягче, а черты лица менялись. Темные, вьющиеся, стриженные волосы водопадом рухнули на плечи, выпрямляясь и светлея.- Ты уничтожаешь все, сыночек. - улыбаясь, проговорила появившаяся на ее месте женщина. – Вот во что ты превратился. - Мама. – выдохнул парень. - Мама? Ты убил моего сына. – по щеке женщины потекла кровавая слеза. – Ты уничтожил все, что было для него дорого. Александр никогда бы не опустился до твоего уровня, Алек. - Я не выбирал это, ты же знаешь. - зашептал вампир. - Ты не выбирал? Ты не хотел убивать? – голос раздвоился и теперь уже перед ним стояли два призрака. - Ты не хотел того, что сделал со мной? – спросила Летисия. – Не хотел чувствовать мою кровь, слышать мои крики? Тысячи криков твоих жертв, ты ведь наслаждаешься ими. - Мы мертвы, Александр. – продолжила Мария-Элена. – И ты тоже. Ты чужой в этом мире. Идем с нами. - Я..я не хочу. – замотал головой Алек. – Я не могу… - Идем, мамочка. – зазвучал в комнате поразительно похожий на его голос и из тьмы выступил его двойник. Не совсем точный: не такой идеальный, смуглый, сероглазый – живой. Он подошел к матери, и она обняла его, прижимаясь к его плечу. - Тебя никто не зовет, Алек. – проговорил двойник улыбаясь. – Ты останешься здесь, в своем бессмертии, пока от тебя не отвернутся все, даже самые близкие. Даже Джейн. И тогда ты сойдешь с ума и будешь умолять о смерти. Но она не придет. А у меня будет покой, семья. - «Александр» протянул руку и привлек к себе Летисию, целуя ее волосы. – И любовь. - Существуй, Алек. – улыбнулась женщина. – Скоро тебе даже твое существование будет невыносимо. Очень скоро…. Они исчезли, а Алек, схватив со стола вазу, запустил ее в то место, где они только что стояли. Сосуд со звоном разлетелся на куски и дверь в комнату распахнулась. - Алек, что случилось? – взволнованно спросила Джейн, влетая в комнату. - Ничего. – грубо отозвался вампир. – Просто решил побить посуду. - Просто так? – нахмурился вошедший вслед за блондинкой Деметрий. - Просто так. Неужели я не заработал право расколотить одну несчастную вазу! - Нет… ну конечно. – пожала плечами девушка. – Разбей, если хочется. У тебя проблемы? - Нет. – отозвался Алек. – У меня все замечательно. Можете идти к себе. - Но, Алек… - Оставьте меня в покое. Оба. - Джен, пойдем. – блондин потянул ее к двери. - С ним все в порядке. Он увел ее, слабо сопротивляющуюся, и Алек остался один. Через мгновение в дверь снова постучали. - Что еще? – вампир распахнул дверь и увидел стоящего на пороге Деметрия. – Я что-то неясно сказал – я не хочу никого видеть. - Вот, возьми. - блондин сунул ему в руки стопку блюдечек и вазу. – Переколоти их и больше не срывайся на сестру. Она не виновата, что ты психопат. Развернувшись, он ушел к себе, а брюнет остался, держа посуду в руках. Хотелось последовать совету Дема и разнести тарелки в пыль… и хотелось пойти к Джейн, извиниться, объяснить все. Но что-то внутри сдавливало, не давало свободы. Вампир не хотел, чтобы его любили. Он хотел только крови.