Дьявол Хранитель.

Одиноко стоит кровать в дальнем углу комнаты. Здесь нет ни окон, ни дверей. Здесь есть только белые стены, белый потолок и белый пол. Кровать, кстати, тоже белая. Слишком ярко, что аж глаза болят. Тут таких комнат две. Два человека. Две комнаты. Парень и девушка не знают, что они рядом друг с другом. Их тянет к одной и той же стене, к одному и тому же месту. Они смотрят друг на друга будто знают, что за стеной кто-то есть, будто этой стены вообще нет, будто глаза в глаза, душа к душе, слово в слово. Он царапает своё лицо, а она тихо напевает детские колыбельные песни и прижимает к себе куклу. Он отказывается от еды, а она постоянно ест и ест, но при этом даже не толстеет. Её губы искусаны, а его стены изрисованы. - Белиар, ты опять ничего не съел, - сказал Ангел и погладил парня по голове. - Меня зовут Луи, меня зовут Луи, меня зовут Луи, - нервозно-тихо шептал демон, он смотрел в стену. В этот же момент с другой стороны туда смотрела девушка. - Хорошо, Луи, как ты себя чувствуешь? У тебя глаза посветлели. Стали светло-светло-голубые. Парень разразился диким истерическим смехом. – У зла голубые глаза. У Её зла голубые глаза, - парень начал быстро бегать по комнате и смеяться. - Виктория, а зачем ты вырвала у куклы глаза? - Ангел подошёл к девушке и сел рядом. - Его зовут Луи, и вырвала я, потому что у Луи глаза голубые, а у куклы карие. Голубые, голубые, голубые… - девушка начала раскачиваться и биться головой об стену. Кукла была сжата в её руках так, что костяшки рук стали белыми. Она совершенно не чувствовала боли, ей уже было всё равно. С носа и подбородка капала кровь на белый пол, белые стены. Чистым остался только белый потолок. Они медленно сходили друг без друга с ума. Викторию перевели сюда из Рая, а Белиара нашли таким. Им уже невозможно помочь. Глаза были слишком безумны, а речь прерывалась истерическим смехом. Они твердили свои имена и имена друг друга, забыв о существовании своих друзей, семьи. Главное, чтобы они никогда не встретились. Иначе, они убьют друг друга от дикой любви.