Любовь на четверых

Первые дни "рабства" были невыносимы для Гарри, но так сладостны для Малфоя, ведь он мог поделать все, что угодно. От самого простого, до самого... пошлого. - Потти, для начала, просто принеси винограда. Он на кухне. Гарри послушно принес гроздь. Малфой, развалившись на диване, запрокинул голову и приоткрыл рот. Гриффиндорец обреченно вздохнул. Издевается. Он подошел к дивану, оторвал одну виноградинку и поднес когда рту Малфоя. Тот аккуратно взял ее белоснежными зубками и начал жевать. - Ммм... На протяжении всего кормления Драко тихонько удовлетворенно постанывал, от чего Гарри краснел, как гриффиндорские знамена. Эти сладостные стоны он не мог вынести. Они так возбуждали... Боже. Гарри не понимал, зачем Малфой делает это. - А ты еще обвинял меня в том, что я гей. - Что ты хочешь этим сказать? - Ну... ты так себя ведешь... - Как? Возбуждаю? - он улыбнулся Поттеру. - Конечно. Я сделаю •все•, чтобы получить удовольствие. Если надо, даже пересплю с тобой. - Ой. - Испугался? Не бойся. У меня на тебя другие планы... пока что. Он послал Поттеру поцелуй, встал и сказал, уходя: - Я в душ. Заходи, если хочешь. - Обязательно, - сказал позже, чем понял, что сказал. А ведь он был не прочь сходить к Малфою в душ... и он пошел! Он слышал, как за дверью льется вода.Робко постучал и вошел, мгновенно устремив глаза в потолок. - Малфой, я хотел спросить,… что мне делать дальше? - Я знал, что ты зайдешь, - ухмылка. Сука. – Посмотри мне в глаза. Гарри начал мысленно себя успокаивать и убеждать в том, что это совсем не сложно. И он посмотрел ему в глаза. Взгляд сам опускается ниже. Шея, грудь, талия и… - О мой Бог… - Релаксируй, Поттер. Я сейчас выйду и пойду в кабинет работать. В это время дом в твоем распоряжении. Я позову тебя, если понадобишься. - Хорошо… То есть, ты отдаешь свой дом в мое полное распоряжение? - Да, Потти. Я не монстр, которым ты себе меня вообразил. - Нет, что ты, я никогда… - Иди, а то еще сознание потеряешь. Гарри энергично закивал, не отрывая взгляда от… Малфоя. Тот повернулся спиной. Боже. Поттер уже подумывал о побеге. Он не выдержит этого «наказания» целый месяц. *** Прошло пять дней. Малфой явно заигрывает с Гарри. Сложно было это не понять. Гарри был не против. Даже «за». - Потти. - Ты перестанешь так меня называть? – улыбка. - А тебе не нравится? Хорошо, тогда просто Поттер. - Мерлин, называй, как хочешь! - Я хочу, чтобы ты сделал мне массаж. - Что?! Но я… я не умею! - Это легко. Давай же, не трусь. Драко стянул с себя футболку, сбросил на пол и лег на живот. - Садись. - На тебя?! Да ты что? Я же… я же тяжелее тебя. - Я не боюсь боли. Мне все равно. Поттер занервничал. Но ему пришлось. Он сел в ноги Малфоя. Твою мать, какая же у него задница. - Начинай. Гарри прогнулся вперед, чтобы доставать до плечей и начал медленно массировать расслабленные мышцы. - Жестче. Сильнее. - А ты, Малфой, мазохист. - Типа того. Я уже рассказывал, что не боюсь боли, как другие. - Почему? - Ты действительно хочешь знать? - Да. Я обещаю, что никому не расскажу. - С детства… мой отец, за непослушание, применял ко мне Круциатус. Эдвин тоже применял его к Люциусу, но, в отличие от меня, он не умел терпеть боль. И боялся ее. Я не такой. Я не боюсь боли. Первые несколько раз мне было жутко больно, я кричал, плакал… Но потом, когда отец «мучал» меня, я был… свободным. Я чувствовал легкость… но никак не боль. Мне нравилось это ощущение. И поэтому иногда я сам нарывался на неприятности. Когда Люциусу было семнадцать, его боялись и уважали только из-за влияния его отца. В мои семнадцать меня действительно боялись. Не из-за имени и предков. Я умею наводить страх, даже ужас. Меня уважают. Я никогда не теряю самообладания, даже когда дохожу до «точки кипения». Меня учили с детства. - Ты совсем не боишься? - Совсем. - Мне так тебя жалко, Драко. - Ты назвал меня по имени? – удивление, даже шок. - Да. - Привстань немного. Гарри послушно выполнил действие. Драко перевернулся на спину. - Садись обратно. - Малфой… - Садись! Поттер сел на талию бывшего слизеринца. - Поттер? - Что? - Сейчас ты должен ответить максимально честно. Договорились? - Хорошо. - Ты хочешь меня? Драко поднял корпус тела и приблизился к лицу Гарри, у которого сердце было готово вырваться из груди – так сильно оно билось. - Нет, - сказал он. Зачем? Неизвестно. Драко закусил губу. - Жаль. Лег обратно. А ведь он так сексуально смотрится в таком положении и с этого ракурса…