Продавец Сердец.

- А тут ничего так, миленько, - протянул Дилан, пиная осколки и идя вглубь города. – Принцесса, у меня уже плечо немеет от твоей хватки, - ойкнул он. - Прости, - прошептала в ответ Дакота. – И прекрати звать меня «принцессой». - А давайте по магазинам пробежимся? – весело предложил Дилан. - Зачем? – одновременно выдали друзья. - Ну, за едой там… - немного растерялся самый младший. – Не знаю… - Ты серьезно? – усмехнулась Дакота. – Через девять то лет, среди всего этого яда? - Ну, хотя бы за водой… - совсем тихо произнес Дилан. - Ладно, - соглашается Леон. – Сходим. - О, а как вы думаете, тут бродят мутанты? – воодушевляется Дилан. - Если ты будешь так шуметь, то они первым тебя съедят, - усмехается Дакота. Дилан тут же усмиряет свой пыл и пытается быть тише воды, ниже травы, что весьма плохо получается (с его-то шумным рюкзаком и не менее шумными шагами). - Не бойся, - смеется Леон. – Даже если тут и были мутанты, думаю, они давно умерли. Среди этого тумана долго не проживешь. - А вдруг они адаптировались? – не отстает Дилан. - Значит, первым они съедят тебя, - смеясь, повторяет слова Дакоты Леон. - Ну вас, - обиженно фыркает Дилан. Раньше чуть ли не каждый год выходили фильмы, вещавшие об апокалипсисе. Будто бы люди только и делали, что мечтали о будущей катастрофе. Тут и там появлялись новости о грядущем Конце, и постоянно объявлялись пророки, подробно описывающие последние дни человечества. И вот конец настал, и мир перед людьми теперь совсем такой же, как и в фильмах. Мертвый, брошенный, забытый. Как и само человечество. Забавно? Лучи трех блеклых светил с трудом пробивались сквозь густой туман. Что тут говорить о силе их света? Раз уж они даже верхний город кое-как освещают. Создавалось чувство, будто бы ребята попали в фильм ужасов, некий город призраков, и само собой казалось, что откуда ни возьмись, в любой момент, может выпрыгнуть неведомое создание. Больше всех это казалось, наверно, Дилан. Да, точно. Именно Дилан. При каждом шорохе, он отскакивал на шаг, и бормотал под нос молитву за молитвой. А уж если он наступал на что-то странное, то случался маленький апокалипсис. Только это ни капли не мешало ему подшучивать над Дакотой. Спокойным был только Леон. Не из-за смелости или чего-то еще, чем обычно описывают лидеров групп, просто он часто время от времени утопал в своих мыслях. Сейчас он, наверняка, думает, о том, как бы поскорее найти Продавца и договориться с ним на не слишком большую цену, ведь тех денег, что он смог найти может не хватить. А впереди их ждала первая ночь в старом городе, резкий упадок температуры и отсутствие ночлежки. - Дилан, - тихо позвал Леон. - М? – немного высоким тоном отозвался друг. - Что ты обещал старику за информацию? - О, а это военная тайна, друг мой, - усмехнулся Дилан. - Надеюсь, ничего не законного? – прищурился Леон. - Я, конечно, безумен, - на этих словах Дилан гордо вздернул подбородок, - Но не глуп. Леон только усмехнулся и потрепал друга по голове, от чего тот только нахмурился, говоря, что «вот теперь шапку и очки поправлять, а от этого, между прочим, зависит моя связь с внешним миром!». Обстановка тишины и осторожности немного разрядилась, поэтому даже Дакота стала немного разговорчивее, прекращая так сильно опасаться молчаливых мертвых зданий. Казалось, будто в этом городе даже ветер умер. - О, смотрите, - Дилан поднял с земли растрепанный журнал и пролистал несколько страниц. – Я такие собирал в детстве. Тут комиксы были интересные. - А мы с мамой всегда ходили по этому бульвару, - вспомнила Дакота. – Я любила разглядывать витрины магазинов и обсуждать что-нибудь с мамой. - Без ностальгии в этом городе не обойтись, - усмехнулся Леон. – Я шел по этой дороге, когда мир изменился. Только что беззаботная, разряженная шутками Дилан атмосфера вмиг угасла, а в память друзей врезались моменты рокового дня. Как людей охватил паника, как новости пестрили о внезапной катастрофе, как дети плакали и кричали, пытаясь найти родителей. Как Леон не мог пробраться к дому из-за блокады, как на глазах Дакоты умерла ее мать, как Дилан сообщили о том, что его родителям не удалось выбраться. Не вольно по щекам Дакоты побежали слезы, что она не сразу поняла. С того самого дня она редко давала себе волю. Всегда держалась сильной, и не позволяла слезами так бездумно литься из глаз. - Ты плачешь? – удивился Гери, подойдя к девушке и заботливо стирая влажные следы со щек. – Дурочка, не позволяй воспоминаниям тебя схватить. - Простите, - послышалось от Грея, совсем тихо. – Я слишком безрассудный и эгоист какой-то. - О, вот только не надо мне всех этих соплей тут разводить, - протараторил Дилан. – Все у нас отлично. У нас есть мы. Мы справимся. Дакота тихо рассмеялась, потянув Дилан за щеку. - Я тут среди вас самый мозговитый, - усмехнулся он, натягивая очки на глаза, чтобы скрыть собственную грусть. - Эй, вы слышали? – прошептал Леон, быстро подбегая к друзьям и хватая их за руки, чтобы отвести к стене. - Что слышали? – шепнула Дакота, пытаясь прислушаться. - Не слышали? – спросил Леон. – Какой-то шум, вдалеке. Мне показалось? - Нет-нет, - нахмурился Дилан. – Кажется… - стянув очки на шею, он постарался прислушаться. – Это ветер? – спросил он, протягивая руку вперед, пытаясь ощупать потоки воздуха. - Туман рассеивается, - прищурился Леон. Собравшись, Дилан схватил друзей за руки и потащил в ближайшее помещение, которым оказался супермаркет (тот самый, о котором говорил Дилан). - Эй, почему мы бежим? – спросила Дакота, не решаясь перейти с шепота на нормальный тон голоса. – Это же просто ветер. - Нет, это не ветер, - ответил Дилан. – Зуб даю, не ветер. Леон не отставай, - скомандовал он, пробегая между стойками продуктов, точнее того, что от них осталось, и пытаясь не упасть. - А вдруг это люди? – спросил Леон, остановившись. - Даже если это люди, почему мы не должны бежать от них? – слегка разозлился Дилан. - А почему должны? – вопросом на вопрос ответил друг. - Леон, чтоб тебя! – взорвался Дилан. – Прекрати быть таким тормозом! Прекрати витать в своих мыслях, будь нормальным! - Не кричите, - всполошилась Дакота, прислушиваясь к звукам на улице. В повисшей тишине послышался хруст, будто бы кто-то наступил на разбитое стекло. Совсем близко к ребятам. Дилан тут же схватил Грея за рукав куртки и потянул за стеллаж. - Кто это? – одними губами произнесла Дакота, вжавшись спиной в стеллаж. Дилан лишь мотнул головой, давая понять, что сам не понимает. Послышался еще один тихий хруст, ребята задержали дыхание. Шаг за шагом, звуки раздавались теперь совсем близко, и не выдержав, Дилан с криком «бежим!» помчался к черному выходу из магазина, потянув за собой друзей. Из-за разбитых зданий, стекол, машин и прочего брошенного людьми мусора, бежать было сложно, то и дело ноги подкашивались, и можно было в любой момент упасть, наткнувшись на какую-нибудь железку с летальным исходом. Позади не было слышно ни криков, ни голосов, ни шагов, ни любого другого звука, но останавливаться все-таки было пока опасно. Из последних сил добежав до безопасного пункта, коим оказался дом вдали от супермаркета, Дилан тут же рухнул на землю, в надежде отдышаться. - Кто-нибудь видел, кто это? – сквозь отдышку спросил он. - Нет, - хмуро ответил Леон. – А вдруг это были люди, знающие о Продавце. - Да у тебя разум от этого Продавца помутнился! - Нам надо найти убежище, - предложила Дакота, пресекая новую ссору друзей. - Переночуем в этом доме, - предложил Дилан. - Вполне неплохое убежище, - задумался Леон, забыв о недавнем конфликте. – Дежурить будем по очереди. Я первый. - Только в мысли глубоко не уходи, - предупредил Дилан, отправляясь в одну из комнат. - Все в порядке? – поинтересовалась Дакота, оставшись с Греем. - Да, - отстраненно кивнул парень. – Дилан прав из-за мыслей о Продавце я совсем ни о чем не забочусь. - Но ведь и тебя можно понять, - попыталась его подбодрить Дакота. - Слушай, прости меня за ту ссору в Агнеме, - произнес Леон. – Я действительно так хочу найти Продавца и спасти отца, что даже не думаю о друзьях. - Все нормально, - улыбнулась Дакота. – Я все понимаю. - Иди, отдохни, - улыбнувшись, попросил ее Леон. Дакота кивнула, и отправилась в комнату, в которой недавно скрылся Дилан. В городе начало темнеть, туман сгущался, и становилось холоднее. Ветер снова пропал, и было до жути тихо. Дом ребятам попался вполне себе сносный, не сильно разрушенный и захламленный мусором. Дилан нашел несколько бутылок воды и две банки консервы, которую все же побоялся попробовать. «Мало ли, - хмыкнул он. – Вдруг я зомби-мутантом стану. Лучше не рисковать моей священной жизнью». На стенах висели фотографии семьи этого дома, несколько детских рисунков и еле живые, но все же очень красивые картины. На снимках были улыбающиеся люди, смеющиеся и играющие во что-то дети, новогодний стол, праздники и столько счастья, что казалось, что вот-вот в ушах заиграет знакомая мелодия, и послышатся радостные голоса, перемешанные со смехом. Дакота нашла детские альбомы наполненные рисунками вроде «мама, папа, я», а странным комком был кот. И детскую комнату со множеством разбросанных игрушек. Девять лет назад в этом городе бурлила жизнь, пока люди сами не испортили свое будущее. - Как он? – спросил Дилан, усаживаясь на скрипящую кровать. - Грустный очень, - ответила Дакота. – Поговоришь с ним? - А стоит? – усмехнулся парень. – Никогда не умел мозги вправлять, могу только вспылить и наорать в порыве бешенства. - Может, это и поможет? – с надеждой, произнесла Дакота. Дилан шумно выдохнул и, встав с кровати, все-таки направился к другу. Дакота мысленно пожелала удачи. - Эй, друг, чего вялый такой? – протянул Дилан, заваливаясь Грею на плечо. - А ты развеселить меня пришел? – усмехнулся Леон. - Что-то вроде этого, - ответил Дилан, принимая нормальное сидячее положение. – Я ведь Дилан. - Дилан, я, - начал было Леон, но тот сразу же зажал его рот рукой. - Вот только не надо всех этих «прости, извини, я плохой, больше не буду», - перебил его Дилан. – Просто посидим и переосмыслим нашу жизнь, ладно? - Ты серьезно? – удивился Леон. - Шучу, конечно, - улыбнулся друг. – Просто не закрывайся от нас, ты же всегда был нашим лидером. Что было истинной правдой. Даже когда им троим ударило в голову украсть у пекаря несколько булочек, на которые у них всегда не хватало денег, план кражи составил никто иной, как Леон, и все прошло удачно. Не очень хороший пример для гордости лидерства, но ведь было весело. И Леон всегда вытаскивал друзей из передряг. Когда Дилан связался не с теми людьми, защищал его Леон. Когда Дакота ввязалась в драку с каким-то парнем, спасал ее тоже Леон. Когда друзьям нужны были деньги, Леон снова помогал, подрабатывая в любом месте, где только мог. И так всегда. Потому что Леон был сильным, и мог вынести что угодно. Только друзья отлично понимали, как тяжело ему внутри и как он мечтает сбежать от всего. Дакота и Дилан всячески его поддерживали, но Леон будто бы был совсем не с ними. Постоянно утопая в прошлом, он уходил все дальше и дальше. Дилан продолжал рассказывать какие-то смешные истории со времен его детства, пока Леон внимательно наблюдал за периметром, а Дакота со спокойной душой решила поспать. Но как по закону подлости идиллия снова была нарушена. Вдали раздавался какой-то сигнал. - Слышишь? – прошептал Леон. - Слышу, - тихо ответил Дилан. – Дакоту не буди только, пусть отдыхает. - Выйдем проверить? – предложил Леон. - Хотелось бы, но Дакоту страшно оставлять одну. - Ты прав, - согласился Леон. – Звук становится громче? - Он доносится не с земли, - всполошился Дилан, вскакивая со своего места. – Он с неба! - Это сигнал тревоги Агнема, - послышалось со стороны спальни. – Нас ищут солдаты, - произнесла Дакота. - Они могут прочесать каждое здание, - протараторил Дилан. – Зачем мы им? - Мы нарушители, - ответил Леон, собирая вещи. – Скорее всего, они нас казнят, если поймают. И это только минимум того, что они могут сделать. Уходим, - скомандовал он. Дакота мигом кинулась за вещами, в то время как Дилан вспомнив что-то начал копошиться в своем рюкзаке. - Куда мы пойдем? – спросил он. - Спустимся в подвал, - ответил Леон. – Если они действительно начнут прочесывать дома, то сбежим с другого входа. - Нашел, - радостно заявил Дилан, меняя очки на другие. - Что это? – удивился вернувшаяся Дакота. - Очки ночного видения, - заявил Дилан, явно гордясь ими. – Остались от отца. - Пригодится, - улыбнулся Леон. – Идем, - скомандовал он, направляясь к двери подвала. - А крысы-мутанты существуют? – поинтересовался Дилан, открывая дверь. - Я натравлю их на тебя, - шикнула Дакота, вздрогнув от сигнала, который стал совсем громким. Леон отпустив руку Дакоты, быстро вернулся назад, от чего она было подумала, что тот хочет отправиться прямиком к солдатам (если они уже в городе). Но Леон тут же вернулся с парой кухонных ножей в руке, которые вручил друзьям. - На случай драки, - сообщил он. Друзья кивнули, крепко сжав ножи в руках. Какое никакое оружие им все равно понадобилось бы. - А у меня есть бита, - радостно заявил Дилан, спустившись в подвал. Сигнал внезапно стих, Леон захлопнул дверь и закрыл ее на засов, тут же включая фонарик. - Солдатов не слышно? – шепотом спросила Дакота. - Пока нет, - так же тихо ответил Леон. - Живем в подвале, едим старые консервы, ищем странного Продавца, моя жизнь катится под откос от дружбы с вами, - усмехнулся Леон, проходя вглубь и падая на старый диван. – Но мне это нравится. - Идиот, - усмехнулись друзья, но тут же замолкли, прислушиваясь к звукам. Где-то вдали послышались шаги нескольких людей и голоса, только было непонятно о чем они говорят, как бы ребята не старались прислушаться. Судья по звукам солдаты разбежались по нескольким зданиям, но было что-то странное. Какие-то посторонние звуки, не похожие на голоса людей. Леон и Дакота отступили к мирно сидевшему на диване Дилан и принялись ждать. Пульс отбивал в висках с такой силой, что кроме него не было слышно почти ничего. Дакота крепко вцепилась в обивку дивана, в то время как Леон был наготове вступить в драку, а Дилан сохраняя невиданное спокойствие, продолжал прислушиваться к солдатам. В это время в Агнеме творилась паника, солдаты сновали тут и там в поисках троицы, а Мэр города давал новые указания, и запреты. Комендантский час продлился, и теперь чтобы выйти из дома, нужно было тщательно обосновывать причину в письменном виде, после чего давать на печать солдатам, рассредоточенным по всем жилым кварталам города. Следуя этой выписке, людям давалось несколько часов на все нужды, и если они опоздают хотя бы на минуту – их казнят, прилюдно. Жизнь в Агнеме превратилась в сплошной кошмар. Хуже всего то, что отца Грея перевели в солдатские казармы, а сестру Дакоты заключили под стражу. Оставалось только гадать, живы ли они. - Жители Агнема, - вещало местное радио голосом Мэра. – Повторяю, если кто либо из вас обладает какой либо информацией о Леоне Кроссмане, Дилане Лау и Дакоте Мансфилд, настоятельно вас прошу выдать ее нам добровольно. В противных случаях, мы будем вынуждены применить силу. - Силу? – выкрикнула женщина на площади. – А по-вашему вы ее еще не применяли? Она не успела сказать что-либо еще, так как выстрел в голову лишил ее этих возможностей. - Люди, последовавшие примеру это женщины, пойдут по ее стопам, - сообщил Мэр. – В городе действовало лишь одно правило: «Ни в коме случае не покидать его границы». Ни один человек не должен спускаться вниз. Будьте добры впредь не нарушать моих приказов. Удачного дня, мои дорогие жители. Над трупом женщины заливались слезами ее дети – совсем маленькие близнецы, а муж с криками кидался на солдат. Благо его успели оттащить, иначе дети остались бы сиротами. Тут и там слышался плачь, город наполнился криками и болью. А стены пестрили яркими листовками, гласившими: «Разыскиваются: Леон Кроссман, Дилан Лау, Дакота Мансфилд». «За измену Родине». «Предатели». «Враги Народа». «Революционеры». «Казнить».