Сборник драббликов.

Сегодня отменили занятия. Карантин. Рицка неспешно брёл по улице, разглядывая солнце сквозь узорчатые створки кленового листа. От Юйко сбегать не пришлось, Яёй уволок девушку в кино ещё у школьных ворот. Его друзья взрослеют, да и сам он давно уже не коротышка. Вот только с Соби он по-прежнему чувствует себя маленьким и беспомощным. И самое ужасное,ему это почти нравится - чувствовать... так. Мама не хватится его раньше окончания занятий, значит он с полным правом может навестить Соби в неурочное время. В конце-концов, разве не сам Агатсума назвал свой дом и домом Рицки тоже? Рицка пошарил рукой под дверью, доставая ключ, и осторожно провернул в замочной скважине. Дверь открылась. Рицка громко чихнул и принюхался. С кухни отчётливо доносился запах гари. - Соби, у нас отменили занятия, и я... Соби? Рицка сделал ещё несколько торопливых шагов и замер. Кухонный апокалипсис. Рицка, конечно же видел такое, когда на кухне Агатсумы пытались хозяйничать Зеро, или Кио, но Нулей вызвала Нагиса по какому-то срочному делу, а Кайдо в университете. Это ведь не мог сотворить Соби, правда? Прилипшие к потолку макароны - они же, живописно свисающие из кастрюли, небрежно залитые кетчупом; пучок салата, наспех засунутый в микроволновку, опрокинутая баночка краски на полу. Лихо расхераченная столешница с вонзённым в деревяшку тесаком. Жалобно накренилась полка с посудой, обнажая закопчённый лоскут обоев. Ну нет, он ни за что не поверит в то, что это мог быть его Соби, его Соби никогда бы не... Рицка мечтательно прикрыл веки, вспоминая нежно порхающие над кастрюльками ловкие пальцы. У Соби никогда не выкипало на плиту даже кофе! - Эй,мелкий, ты часом не заснул? - голос Кайдо грубо вырвал Рицку из прекрасных мечтаний. - Кио? Что это? - Рицка изумлённо обвёл глазами кухню, чуть задержавшись на пятнах кетчупа, украшающих потолок. - Так это Со-тян себе завтрак готовил. Он всегда так, когда проспит. Особенно после того, как мы обмоем сессию.... Живописно, правда? Талантливый человек талантлив во всём... С каждым новым откровением Кио глаза Рицки становились всё огромнее. - Не может быть.... - Может, он всю ночь бормотал что-то про трудное выражение твоих глаз, рисует даже во сне... - Что значит "трудное"? - нахмурился мальчик. - Ну, ему просто хочется нарисовать все твои эмоции сразу, а это невозможно. - Значиит, этот апокалипсис действительно устроил Соби? - Апокалипсис, говоришь? Соби может. Кстати, почему ты не в школе? - Карантин. - Везунчик. А мне вот тащиться ко второй паре, залетел на пару минут проведать холодильник, может он уничтожил ещё не все припасы, не то мне придётся отдирать макароны от потолка. Подумав пару минут, Кайдо сообразил себе нехитрый полдник из булки с сыром и яблока, и поспешил в институт, оставляя Рицку переваривать информацию в одиночестве. Больше переваривать было нечего. - О-ох... - громыхнула входная дверь. Рицка уже собирался радостно ринуться Соби навстречу, но что-то удержало его от этого шага. Когда ещё предоставится возможность увидеть Бойца таким... необычным? Соби прошёл в комнату, на ходу спинывая ботинки, и первым долгом посмотрел на часы, прикидывая время до визита к Рицкиной школе. Протяжно зевнув, подошёл к зеркалу, скептично оттянув к низу синюшное веко. Мда. - Жуть... - констатировал Агатсума. Рицка мысленно с ним согласился. Соби достал тональник и тщательно замазал синяки под глазами, вернув очки на законное место. Так-то лучше. Загадочно улыбнувшись свисающей макаронине, Агатсума отлепил её от потолка и смачно "затянулся". Макаронина издала жалобный хлюп, и стремительно исчезла во рту. Рицка только охнул, когда его утончённый, воспитанный Соби одним движением локтя смахнул в мусорку вместе с тарелками, палочками и кастрюльками всё, что являлось несостоявшимся завтраком. Завершив уборку отдиранием со стены испорченных обоев, Боец взвалил поклажу на плечо, и просто отнёс в мусор. Рицка мысленно возмутился подобной расточительности, но выдавать себя не хотелось. Тем более, что на кухне начиналось уже настоящее волшебство. Щелчок пальцами, и следов вакханалии будто не было. Сияют начищенные до блеска тарелки, чашки. Вернулась на место утраченная утварь. Агатсума нежно щурится на пробивающиеся из окна солнечные лучи и с его губ срывается заветное имя. - Рицка... Ему должно понравиться. Вот же он, тот самый Соби, его Соби - идеальный Боец, влюблённый художник, у которого на всё хватает времени и сил, и всё схвачено, и каждый миг жизни наполнен мыслями о любимой Жертве. Соби ставит в центр стола огромную тарелку карри и замирает. - Рицка, - выдох, изумление. - Соби, - слабая улыбка. - Давно ты здесь? - Занятия отменили, ну я и вспомнил о твоём предложении... Ты же не возражаешь? - тревога. - Нет, что ты! Я люблю тебя, Рицка. - Соби, успокойся, всё хорошо. - Но... - Я только одного не могу понять, почему... Рицка обвёл комнату взглядом. Ничто больше не напоминало об утреннем апокалипсисе.. - Ах,ты об этом, - Соби улыбнулся и сел напротив Рицки, забирая в свои его маленькие ладошки, задумчиво перебирая его пальцы, - я не трачу Силу на себя, Рицка. Это глупо, бессмысленно и... У меня просто нет вдохновения делать что-то для себя, понимаешь? - И ты не умеешь готовить, совсем-совсем? - Я ничего не умею, Рицка. Только сражаться. Но вот сейчас, ты же приготовил эту чудесную штуку... Она вкусная и вполне настоящая! - Рицка подумал и положил себе в тарелку ещё одну порцию. - Да, Рицка. Для тебя, ради тебя и во имя тебя, я могу всё. - А ради себя, Соби? - Я нуждаюсь только в тебе, Рицка. У меня нет иных желаний для себя лично. - Есть. Рицка приподнялся на цыпочки и осторожно стёр салфеткой тональный крем с лица Агатсумы. - Сколько ты уже не спишь? Правду. - Это приказ? - Соби! - Две недели, Рицка. - Отныне я буду кормить тебя завтраком, а ты меня обедом, понял? - Но Рицка... - Разносолов не обещаю, но на бутерброды меня хватит. - Ты такой милый... - Никакой я не милый, и чтобы выспался, понял?! - Это приказ? - Если не понимаешь по-человечески,то да, приказ! - Я люблю тебя, Рицка. Но согласится ли Мисаки-сан? - Мама! Я же совсем забыл! Мне пора бежать, Соби. - Конечно, Рицка... Мальчик тормознул у самой двери и обернулся. - Соби, а почему ты сказал Кио, что у меня лицо сложное? - Он тебе такое сказал? - Да. - Кио не должен был. - И всё же.... - Оно не сложое,Рицка. Выразительное. Ты такой разный, но я могу запечатлеть в одном рисунке только одну сторону тебя. Это грустно. - Делай ставку на главное. А про бутерброды я не шутил. Соби постоял ещё немного, провожая взглядом порывистого подростка и закрыл дверь. - На главное? Надо было спросить поподробнее, но Рицка уже убежал. Соби даже не успел поцеловать свою любимую Жертву, настроение медленно, но верно стремилось к нулю. Агатсуму едва хватило на то,чтобы дойти до кровати. На подушке лежала записка с крупным шрифтом "Лучшее средство от синяков под глазами, рекомендую" Соби обнял подушку так крепко, как обнимал бы Рицку, и погрузился в сон. - ....совесть, заткнись, я есть хочу, но Со-тян расстроится.... будить не хочется,так крепко спит... - Уже не сплю... Какой час, Кио? - Два часа дня, ты сегодня просто просто превзошёл себя, Со-тян. - Мне приказал Рицка. - Спать? - Не просто спать, выспаться. - Хм, собственно, приказ хороший, может я изменю о нём своё мнение.... когда-нибудь. - А ты? - М? - Ты никогда не спрашивал разрешение, чтобы залезть в холодильник, да и еда там, преимущественно, принесённая тобой. - Ещё бы, твоя воля, ты бы питался одними чупа-чупсами! - Ты сам ими питаешься. - Нет, Со-тян, я перебиваюсь ими, а ты их ешь и портишь зубы! Кио молча вынул из холодильника огромное блюдо с бутербродами. Некоторые из них были многоэтажными и напоминали небольшие торты. "Ты должен это съесть, глупый Взрослый." - гласила растяжка на деревянных палочках. - Вот потому и не могу, - тяжкий вздох. - Рицка... - Агатсума расплылся в улыбке и бережно скрутил маленький пергамент, положив в левый карман рубашки, - мой милый Рицка. - Милый... Я тоже милый. Между прочим, мне теперь нечего есть. - Я не жадный, Кио, к тому же Рицка не уточнил, буду ли я есть это один, или в компании. - Приглашаешь? Соби выбрал себе небольшую пирамидку из ветчины с зеленью и кивнул Кайдо. - Позволяю. ********** Только обещав, что будет кормить Соби завтраком, Рицка осознал всю сложность своего положения. На приготовление пищи, даже такой простой,как бутерброды, требовалось время, а времени у него, как и у Агатсумы, категорически не было. Напрасно Соби отговаривал Рицку от безрассудной идеи, давши слово - держись. А вот сам Агатсума заметно похорошел, исчезли синюшные тени под глазами. Рука с кистью больше не дрожала, рискуя испортить рисунок. - Доброе-утро-Соби. Мазнув губами по щеке мирно спящего Взрослого, Рицка отправлялся на кухню, старательно пытаясь греметь поменьше. Первые дни чувство долга Бойца заставляло того подниматься не в шесть, а в четыре утра, чтобы встретить Рицку, но такой расклад совершенно не устраивал его маленькую Жертву, ведь тогда все усилия Рицки оказывались напрасны. И потому Агатсуме было официально приказано просыпаться с таким расчётом, чтобы хватало времени только на дорогу и еду. А Рицка взлетал на подножку последнего автобуса, уезжая в школу. Через неделю такой активной заботы, Агатсума ожил и воспрял, а вот Рицка, напротив, обзавёлся синяками под глазами и парочкой прогулов в школе. Так продолжалось ровно до тех пор, пока одним чудесным утром Боец обнаружил, что причина его дивного пробуждения - Рицка, шумно сопящий ему в ухо и обнимающий за шею. Мальчик спал так крепко, что не проснулся даже от поцелуя. Бережно уложив Жертву в свою кровать, Боец покачал головой и нахмурился. Его личный рай оборачивался адовыми перегрузками для его мальчика - Доброе утро, Рицка, - Соби улыбнулся Рицкиным потягушам и протянул чашку тёплого какао.. - Прости, Соби, я кажется заснул. И пропустил занятия, - вздох. - Меня беспокоит твоё состояние. Ты не должен так истязать себя. Даже ради меня. Хотя обнаружить тебя в своих объятьях этим утром было бесспорно самым большим счастьем, которое только можно желать. - Прости, я собирался уйти, просто мне стало холодно, и я.... - Рицка густо покраснел и громко чихнул. - Зато мне было невероятно тепло. Да и сейчас... меньше всего на свете я хочу отпускать тебя куда-либо. Но я Взрослый, я привык выживать в таких условиях. - Соби, я нужен тебе. Ты же пропадёшь тут без меня... Эти спагетти на потолке... - Я спешил, Рицка. - И не умеешь ничего. - Умею, когда хочу. А хочу я только ради Рицки, - улыбка, Соби треплет волосы Рицки между возмущёнными ушками, - для себя стараться не обязательно. - Обязательно! Мне важно, чтобы ты был... в порядке. - Спасибо, Рицка. - Дело не в благодарности, Соби. Это как две ноги. И на второй не завязан шнурок. - Хм, вот как? Но правая нога не завяжет шнурок на левой. Им помогают руки. - Голова, - Соби, - руками и ногами управляет голова. И иногда мне кажется, что у нас она на двоих одна. Моя. - Прости меня, Рицка. Я очень постараюсь грамотнее распределять своё время. - Ничем не жертвуя? - Придётся урезать время на рисование, чтобы успевать высыпаться. - Нет, Соби, ты - художник. Так тоже нельзя. - Кио вполне справляется с функцией "головы", так что от голода я не умру. - Тебе нравится Кио? - Тебе нравится мой дом, Рицка? - Да, но ты не ответил. - А если здесь будет жить только Кио, он будет тебе нравиться? - Ты куда-то уезжаешь?! - тревога. - Нет, конечно нет! Просто вопрос. - Без тебя мне тут делать нечего, Соби. - Я чувствую себя здесь также, Рицка. Когда без тебя. Но вопреки своему эгоистичному желанию, я должен попросить тебя перестать заботиться обо мне. Ты серьёзно ослаб и не можешь... - Не решай за меня! - Прости, Рицка, но я не могу причинять вред твоему здоровью. - Неделя в месяц. - Что? - "Тот Рицка" спокойно мог позволить себе жить у своих друзей. Мама разрешит. - Рицка! - счастье. - Соби,заду-шишь.... - Я люблю тебя, Рицка. - Дурак. - Тебя правда отпустят? - А вот сейчас и проверим. Рицка достаёт мобильный и жмёт кнопку вызова. Минута разговора, на лице мальчика расплывается довольная улыбка. Мисаки разрешила. ************* Мальчик сполз с кровати, и, отсчитав десятую книгу на второй полке, раскрыл на первой попавшейся странице. - Кулинария? - Да, Соби, сегодня мы будем делать заливную рыбу. - Мы?! - в глазах Соби заиграли лукавые огоньки. - Ну, я буду тебе помогать. - Ты чудо, Рицка. Что бы я без тебя делал? - Просвечивал! Соби целует, Рицка старательно взбивает белковую смесь с мукой, усердно сопя, когда губы Соби касаются его шеи, ключицы, щеки, исследуют человеческое, потом кошачье ухо.. - Соби, - выдох, - что ты творишь? - Помогаю Рицке готовить. Ты так очарователен в моём переднике. - Режь лук! - Но я буду плакать, Рицка. - Тогда займись рыбой. - Слушаюсь. - А лук? - Лук вместе резать будем. Так будет честно. Казалось бы, что необычного в простом завтраке в четыре руки? Ловкость рук и никакой магии. Но магия всё-таки была. Она лучилась в глазах Соби, в случайных прикосновениях, взглядах. Вовремя подхваченной миске с мукой, которую Соби зачем-то решил смести со стола. Но главное, Соби мог рисовать Рицку. Грустного, весёлого, сердитого, меняя и не меняя его выражение лица. Рицка просто был рядом, и этого оказалось достаточно, чтобы мир Соби снова заиграл яркими красками. Боец сделал ставку на главное. Он любил Рицку. Сердитого и грустного, весёлого и беспечного, бесконечно любимого. Агатсума открывал его каждую секунду, прописывая на портрете всё новые и новые штрихи. ******* Однажды утром Рицка проснулся от страшного грохота. Мальчика накрыло чувство дежавю. - Соби? Боец, с лицом, которому позавидовал бы любой шахтёр, слегка дымился. Обугленная сигарета кусочком спрессованного пепла осыпалась на деревянный пол. - Всё в порядке, Р-рицка. - Соби! Рицка схватил мокрое полотенце, снял закопчёные очки со своего Стража и хорошенько умыл. - Что тут произошло? То есть, такое с тобой часто случается? - Рицка с тревогой вглядывался в расфокусированные зрачки. - Кофе выкипело на плиту, газ продолжал идти. А я рисовал и не заметил. Подошёл, расстроился... Закурил. - Соби, ты идиот, абсолютный! - Эй, что тут у вас? Со-тян, сколько раз тебе говорить, микроволновка и фольга - вещи несовместимые! - Кио, мне завтра домой. Как я его оставлю? - с ужасом прошептал Рицка. - Художники всегда немного рассеяннные. Но дуракам везёт. Рицка и Кио многозначительно воззрились на Агатсуму. - Не знаю как, но я должен быть с ним круглосуточно. Боец протёр очки тряпочкой, водрузив на нос, поднёс к губам чашку кофе, и в тишине раздалось непривычно громкое "сюп".