Сборник драббликов.

Это унылое нечто могло быть на порядок веселее, у меня же получился жалкий пересказ. Но идея Аойханы мне очень нравится, пусть кто-нибудь распишет её лучше))) Никогда ещё Минами Ритсу не марал рук работой. Это удел черни, - считал высокородный директор, посвящая всё своё время только своему любимому хобби, накалыванию бабочек на иглу. Конечно, он куда охотнее посвещал бы его воспитанию своего ученика Агатсумы Соби, но время неостановимо, мальчик вырос, окреп и теперь сам может позаботиться о том, чтобы его лужёная шкурка не позволила пробиться под неё острым словам противника. Минами прекрасно понимал свою ошибку, но сделать уже было ничего нельзя. Теперь его Соби комсомолец и по заданию компартии отправлен на совершенно гнилое задание - перевоспитание тунеядцев. Одного не учёл сенсей, что совет "Семи Лун", поддавшись общей блажи, решит раскулачить его, лишит всех благородных привилегий, шёлковых одежд и имущества. Бабочек сдадут в музей энтомологии, а самого Ритсу, как тунеядца, отправят к Соби - на перевоспитание. Агатсума старался держаться уверенно, но прошлое не позволяло ему относиться к Ритсу, как к подчинённому. Марать руки работой учитель решительно не желал. На предложение встать и начать работать - пригрозил, что если встанет, то Соби под него ляжет и многообещающе попытался положить Агатсуму на обе лопатки, чтобы хорошенько отъяоить его. Не получилось. В-общем, Соби понял всего за несколько часов, что перевоспитание Ритсу штука сложная и фактически невозможная. Однако у Бойца остался козырь, о котором не знал его учитель. Ему передали на поруки Ритсу не просто так, а потому что сам Соби походатайствовал за своего сенсея, здраво рассудив, что учитель предпочтёт пострадать от его руки, чем от чужого человека. На руки студенту, как почётному и ответственному комсомольцу, выдали под личную ответственность самое лучшее и самое мотивирующее средство по перевоспитанию, кнут учителя. Сначала художник пытался заставить сенсея проникнуться архитектурой древнего Рима. Вдохновенно расписывал ампир, барокко, рококо. Увы, сенсея занимали только бабочки, одна из которых как раз сейчас мирно расположилась на носу уснувшего сенсея. Когда Соби убедился, что тот спит достаточно крепко, то завернул Минами в рулон обоев с бабочками и аккуратно вырезал отверстия в двух самых важных местах: Там где было лицо и там, где должна была располагаться филейная часть директора Семи Лун. Сенсей дёрнулся лишь когда Агатсума аккуратно придал его телу вертикальное положение. - Что ты делаешь, Соби-кун? - От имени всех комсомольцев Японии, я собираюсь смотивировать вас к общественно-полезному труду, учитель! - Работа для черни, я не стану марать руки о лопату. - Что ж, тогда мне придётся замарать свой кнут о ваш зад, сенсей. - Подожди, Соби, это же не наш метод! Это непедагогично! - Вам не мешало пользоваться им, когда я был маленьким. - Бить будешь? - Нет. - А что? - Вести разъяснительную работу. Он сказал "поехали!" и взмахнул кнутом. Ритсу оставалось только охать, считая удары по раскалённому заду. Агатсума щадил седины сенсея и бил не до крови, но весьма чувствительно для воспитательных целей. Бойцу выдали медаль за успешное перевоспитание буржуазии. Ритсу надолго запомнит это Агатсумовское "надо, Ритсу, надо!"