Ну и кто теперь ничтожество?

Ночные встречи в море с незваными гостями никогда не приводили ни к чему хорошему. Особенно если это очередной набег испанских пиратов. Гроза бушует уже третий день, сбежать не выйдет. Да и позволишь ли ты мне скрыться? В прошлый раз я проиграл, беру реванш. Словно из свирепых волн вырос знакомый фрегат. Я не сомневался, нет, даже надеялся, что ты появишься, Антонио. Ты знаешь, где меня искать, а я знаю, где искать тебя. Не удивительно, уже сколько лет не угасает желание вывернуть друг другу кишки. Шторм нещадно швыряет наши корабли, бьёт волнами о киль, норовит сорвать мачту, но какое нам дело, верно? Рокотом прокатилась по миру пиратская слава, слава сорвиголов, которые готовы сражаться хоть в Аду. Команда суетится на палубе в ожидании нападения, подставляя спины беспощадному ливню, боцманы разворачивают корабли борт к борту. "На абордаж!" - послышалось с вражеского судна. Этот голос... О, я готов рассечь твою глотку, дабы никогда его не слышать! Вынимаю шпагу, присоединяюсь к команде, уже отбивающей испанскую атаку. Один, другой. Не в первый раз считать павших от моей руки. Но вот в гуще сражающихся вижу тебя: нещадно кромсаешь моих людей, и, видимо, беглым взглядом тоже ищёшь меня. Зверски оскаливаюсь, окликаю. Стоит мне тебя увидеть, как сносит крышу. Это бесконечное противостояние и война - мой наркотик, зависимость. Завидев давнего соперника, надменно ухмыляешься, гордой поступью приближаешься. Ни приветствия, ни броских реплик, к чему трепаться? Мы оба знаем, чего хотим от всей этой мясорубки, уже не нужны слова. Скрещиваем шпаги. Вот, тот самый момент, когда ярость, азарт и эйфория сливаются во что-то единое. И весь мир подождёт. Лязг стали, как музыка, ласкает слух, знакомый стиль боя, как ни странно, никогда не надоест. Наоборот, хочется сражаться вновь и вновь. Но что это? Сегодня ты какой-то весёлый. Атаки грубее и точнее, ситуация становится опасно . Всё как в прошлый раз. Пропускаю удар, шпага с силой вонзается в плечо. Чёрт, неужели опять поражение? Плащ, и без того красный, наливается кровью, рука дрожит. Придётся отступить. Всё ещё отражая атаки, спускаюсь в трюм, следуешь за мной. Не про тебя оставлять соперника в покое! Продолжаем. Кровь предательски струится из раны, хватка ослабла. Очередной удар выбивает шпагу из рук. И вот я стою, раненый и обезоруженный, готовый от досады провалиться под киль. Но в твоих ядовито-изумрудных глазах вместо гордости и удовлетворения искрится презрение и огорчение. Весь кайф обломал таким быстрым проигрышем, да? Вдруг грубо толкаешь, ударяюсь о стену, прижимаешься ненормально близко. Что ты задумал? "Ничтожество," - хриплым голосом сказал в самые губы. Разворачиваешься, уходишь. В оцепенении продолжаю стоять, сгорая от стыда и позора. Лучше бы убил. Начинаю материться. Как не по-джентльменски! Но чувство бесконечной досады глушит всё благородное. -Капитан, мы... - начал было юнга, спускающийся в трюм. -Пошёл вон! - брошено в ответ. Не настаивая на своём, юнга поспешно скрылся. Снова поражение! Сколько можно?! Но меня не так-то просто сломать. Не надейся, что в следующий раз причалишь к пиренейским берегам с победой. Чего бы мне это не стоило, я должен победить!