Ради тебя

Она спала. Так сладко… так нежно, что в первый момент Шиничи даже не захотел ее будить. Подумал о том, что лучше пусть Ран спит. Но на ресницах девушки, завозившейся во сне, заметавшейся на кровати, появились капельки соленой влаги, и парень просто не смог уйти. Тихие шаги не могли ее разбудить, как не могло разбудить девушку и то, как немного просела кровать, на которой она спала. Шиничи еще одну, драгоценную минуту смотрел на лицо любимой девушки, рядом с которой он был всегда, ее незримым ангелом-хранителем, готовым на все, только чтобы она не плакала… И вольно-невольно сам причиняющий ей боль. Он даже не мог сказать ей о своих чувствах. Он не мог коснуться ее по-настоящему, потому что Конан-кун не более чем маленький мальчик. Но ночь… все можно было списать на сумасшедший дурман этой ночи. Чувства накрыли молодого человека с головой, и он не стал им сопротивляться. Бережно-бережно, самыми кончиками пальцев отодвинул с лица влажные пряди челки. А затем, когда Шиничи стер влажную дорожку с щеки своей девушки, ресницы Ран затрепетали. Едва-едва уловимо, словно крылья бабочки… А потом девушка открыла глаза. Неуверенно посмотрела на Шиничи и улыбнулась. Так жалобно, что у парня защемило сердце. - Ты мне снишься? – спросила Ран. Шиничи задумался, потом отрицательно покачал головой, хотя в какой-то момент у него возник соблазн сказать, что да – она спит, но… Не в этот раз. - Нет, - коснулся щеки Ран парень. – Я тебе не снюсь. Ран… Тепло ладони, тепло пальцев, такая нежная улыбка… Девушка блаженно прикрыла глаза. Она забыла о том, что стоит на краю смерти и сама не знает почему. Она забыла о том, что за ней идет охота и сама она неизвестно где подвергает опасности маленького Конана, который ведет себя иногда как Шиничи. Она забыла о том, что сама болеет и не знает, где встретит завтра. Весь мир собрался в этой ладони, которая обхватывала ее щеку. Весь мир и даже немного больше. - Шиничи… - хриплый шепот, сорвавшийся с губ девушки, стал спусковым крючком для нее самой. Распахнув глаза, она привстала. И тут же сильные руки обхватили ее за талию, удерживая, поддерживая, оберегая. - Шиничи… - еще до конца не веря себе, Ран прислонилась лбом к плечу парня. – Ты действительно здесь… ты действительно рядом со мной… - Я всегда рядом, - губы парня коснулись щеки девушки, пощекотали теплым дыханием заалевшее ушко. – Даже когда ты меня не видишь, даже когда ты меня не слышишь. Даже когда я исчезаю, и тебе кажется, что я исчез навсегда. Я всегда рядом с тобой. Я никому… Я никогда. Тебя не отдам. Никому не позволю тебя обидеть. - Шиничи… Я… - Ран вскинула голову, надеясь в темноте разглядеть его лицо, но парень покачал головой, придерживая девушку за плечи, первым отметив, как побледнело ее лицо в темноте, и как выступила испарина у нее на всиках. – Ты… Ты сейчас уйдешь? - Да, - не стал скрывать очевидного парень. – Уйду. Надо сообщить Мори-сану, что ты жива, и инспектору Мегуре то, что я уже успел узнать. Может быть, это поможет хотя бы найти что-то, что позволит спасти тебя от опасности. - Шиничи… - глаза девушки начали закрываться. Все-таки болезнь и последующий побег оставили Ран слишком слабой, и цепляясь за остатки сил, она еще пыталась не выпустить из вида своего любимого человека. Девушке казалось, что ей надо о многом рассказать или сказать хотя бы о самом важном… но все было напрасно. Силы ускользали, сон, словно теплое покрывало, обнимал, обматывал вокруг. И когда он победил, Ран еще ощутила нежное касание губ к своему виску и еще услышала нежные слова: - Спи… Мы еще увидимся…