Mr. Ena's Freakshow

      Оборотень в сопровождении Ёру и Ями покинул арену, и Нэлли подал знак Римусу. Пожиратель кинжалов кивнул и приглушил свет в шатре.       - Ну а теперь, дорогие гости, - заговорщицким тоном произнес Эна, - теперь десерт! Вы когда-нибудь видели феникса?       Зрители отрицательно загудели, Элеонора и Лиза напряглись. Даже спящие на задних рядах разлепили глаза и устремили взор на директора цирка.       - Что ж, в таком случае, вы его сейчас увидите, - Эна хищно улыбнулся, обнажив почти что звериные клыки и громко свистнул.       Тяжелый бархат занавеса слегка отодвинулся, и из-за кулис вышли мертвые дрессировщицы, ведя закованного в цепи человека, облаченного в черное трико и с огненной шевелюрой. Кожа его была бледная, почти прозрачная, а глаза завязаны черной тряпицей. По шатру пронесся шёпот. Человек поднял голову и устремил взор в толпу. В какой-то момент Лизе почудилось, что так называемый феникс смотрит прямо на нее.       - Наверное, многие сейчас разочаровались. - Эна развернулся на каблуках к дрессировщицам и "фениксу" и щелкнул пальцами. Ёру и Ями тревожно переглянулись, но ослушаться хозяина не посмели. Цепи со звоном упали на дощатый пол арены, а мертвые девочки поспешили отойти от человека на добрые пару метров.       - Разочаровались, а очень зря. - Нэлли вновь повернулся к толпе и звучно стукнул каблуком. В тот же момент два огромных крюка вонзились в плечи феникса и подняли его на несколько метров над землей. Толпа заверещала.       - Ну-ну, право. Фениксы любят летать. - Эна поднял руку вверх, призывая к нескольким минутам тишины. - Думаю, многие из вас знают, что, когда приходит пора умирать, фениксы сгорают, а потом восстают из пепла, так? - Толпа согласно загудела. - Вам представился редкий шанс лицезреть последний полет феникса! - Парень раскинул руки и засмеялся. Человек, висящий на крюках, вспыхнул пламенем. По шатру пронесся крик, больше птичий, нежели человеческий, а толпа восхищенно залепетала. Эна прекрасно знал, что в них просыпается жажда крови в такие моменты.       Повязка, скрывавшая глаза феникса, слетела с лица, догорая в воздухе. Два ярко-зеленых огонька со смесью ярости, боли и злобы взирали на восторженно кричащих людей.       - Лети, Феникс!

***

      Этот номер действительно был десертом. Гибкая фигура, охваченная огнем, носилась под куполом цирка на крюках, предусмотрительно спущенных Римусом. Черное трико, алое пламя, зеленые глаза, рыжая шевелюра - Элизабет неотрывно смотрела на Феникса, запоминая каждое его движение. Сердце щемило каждый раз, когда он отрывался от одного крюка, и, совершив сальто в воздухе, легко насаживался на другой, не издавая ни звука при этом. И, как не странно, девушка все время ловила себя на мысли, что знает этого человека, и знает довольно близко.       Внезапно воспоминания заполонили сознание, а сердце учащенно забилось в груди. Воздуха стало не хватать, глаза начали слезиться, а перед глазами возникло лицо Феникса. Бледное, с выступающими венами на висках, а глаза, несмотря на зелень радужки, оставались пустыми и было ясно, что он слепой. Щеки испещрены шрамами, а хрящевая часть носа и вовсе была срезана. Феникс оскалился, показав остро заточенные белые зубы. В следующий миг крюки унесли его в другую часть шатра, и Элизабет судорожно выдохнула. Она определенно узнала этого человека. И Феникс узнал свою бывшую хозяйку.       Ёру с тревогой наблюдала за представлением. Холод прошел по гниющему хребту, когда Феникс подлетел почти вплотную к одному из зрителей. Девушка дернула сестру за рукав и указала на толпу. Ями хрипло обреченно выдохнула и метнулась за занавес.       - Хром, ты обязана взглянуть на это!       Девушка поднялась с пола и неторопливо, почти что лениво поплелась за мертвой. Однако вся нерасторопность мгновенно улетучилась, стоило Хром узнать в гостье Элизабет.       - Матерь Божья! Скажи Эне, что бы он прекращал все это! Иначе все закончится плохо.       Ёру с Ями синхронно кивнули и юркой тенью подобрались к Нэлли. Говорить в таком шуме не представлялось возможным, поэтому близняшки вкратце обрисовали ситуацию знаками. Эна вздрогнул, посмотрев на девушку в зале.       - Я ничего не могу сделать. Феникс игнорирует телепатические приказы.       - И что теперь делать? - Всплеснула руками подошедшая Хром.       - Срочно эвакуируйте всю труппу. Я попытаюсь остановить Фердинанда. - Нэлли помрачнел и снова попытался мысленно достучаться до брата. Безуспешно.       - Черт бы тебя подрал, Корсар, не время. - Сквозь зубы тихо прошипел старший.

***

      Взгляды зрителей были прикованы к парящей на высоте фигуре, словно их загипнотизировали. Среди пламени блеснула сталь, и вот уже Феникс обрезает языки пламени кинжалами, привязанными к рукавам его трико. Парень легко и грациозно взлетел под купол, зацепившись за самые высокие крюки. Он продолжал играться с кинжалами, попутно отрезая канаты и спадая все ниже. Наконец, в двух метрах над землей, Феникс остановился. Он бросил на толпу невидящий взгляд, и, прежде чем кто-либо успел что-либо понять, метнул кинжалы в сидевших в первых рядах зрителей. Все оцепенели. Феникс дернул за веревки и кинжалы с легкостью вышли из тел, попутно утаскивая какой-либо орган или часть кожи. Маленькая девочка, оставшаяся без одного легкого, упала на дощатый пол арены, содрогаясь в предсмертных конвульсиях. Животный ужас сковал людей. Девочка закашлялась, выплевывая подступающую к горлу кровь, и затихла. Феникс обратил взор на Элизабет, хищно оскалившись и поигрывая кинжалами. В душе его закипала ярость и обида так же скоро, как и сгорала его кожа, не покрытая огнеупорной тканью трико. Послышался вопль пришедшей в себя мамаши умершей девочки. Люди, избавившись от оцепенения, повскакивали со своих мест и ринулись к выходу из шатра. Феникс снова метнул кинжалы в толпу, раздались крики и хохот, вторивший им.       - Фердинанд, остановись. - Эна с ужасом смотрел на распростертое на арене тело.       "Нет, братец. Ты посмотри на них! Они же ужасны! Разве тебе не хочется вцепиться в их горла, забирая остатки их никчемной жизни? Не сдерживай голода, чувак"       В душе Нэлли проснулась жалость к брату. Он прекрасно понимал, что Фердинанд по-своему прав. Но и он, и сам Эна оставались какой-то частью людьми, и парень понимал, что так убивать людей - нельзя, это неправильно, преступно.       Мимо Нэлли, бросая обезумевшие от ужаса взгляды на огненную фигуру Феникса, пробежала девушка. Эна уловил запах страха с тонким привкусом вины: девушка в панике оставила своего парня, потерявшего сознание при виде крови. В мгновение все морали были стерты, и Нэлли с удовольствием вонзил клыки в шею девки. Одной мразью меньше.       Хотя, кто еще тут мразь.