Эротические фантазии Эдварда Элрика

— Стальной, не мучайся, возьми табуретку, — в который раз предложил Полковник, глядя, как его подчинённый бегает вокруг ёлки, выискивая свободное место для игрушек на нижних ветках. Верхние же, до которых Эд не мог дотянуться, были пусты. — Ещё раз намекнёте на мой рост, и я Вам эту звезду знаете куда запихаю? — пригрозил Элрик. Вообще-то звезде было место на верхушке ёлки, но она была почти под самым потолком и бесконечно недосягаема для мальчишки. — Какие странные эротические фантазии, однако, — рассмеялся Мустанг. Он весь вечер целенаправленно доводил Эдварда до белого каления и, наконец, добился своего. Элрик на эту пошлость жутко покраснел, чем обрадовал начальника ещё больше. — Да Вы... Вы только об этом и можете думать, извращенец! Полковник уже смеялся в голос: — Не беспокойся, Стальной, ты не в моём вкусе. Хотя, распусти-ка волосы... — Да пошли Вы в за... Нахрен пошли! — крикнул Эд, швырнув в начальника зелёным ёлочным шаром. Промахнулся, послышался звук бьющегося стекла, и Элрик пулей вылетел из кабинета Мустанга, оставив того утирать выступившие от смеха слёзы. — Какая впечатлительная нынче молодёжь пошла, — успокоившись, проговорил Рой. — Говоришь так, будто самому уже лет пятьдесят, — усмехнулся Хьюз, прикрывая за собой дверь кабинета. — А чувствую себя на все восемьдесят — годовой отчёт Фюреру это тебе не формальные записочки для галочки, — с грустью посмотрев на разложенные перед ним документы, сказал Полковник. — Ты ещё не сдал его?! Завтра же Новый Год — ты ведь придёшь к нам в гости? Элисия по тебе соскучилась. — Боюсь, не получится — все мои помощники уже смотались, у всех семьи, друзья... Даже лейтенант Хоукай уехала в Ист-сити к Ребекке, так что Новый Год я встречу в штабе, в компании печатей и документов, — зевнув, проговорил Рой. — Господи, как же я устал... — А Эд не хочет тебе помочь? Кстати, чего такого ты ему наговорил — никогда не видел, чтобы дети так страшно матерились, — усмехнулся Маэс. Полковник сложил руки на столе, лёг на них щекой и улыбнулся, прикрыв глаза. — Да ничего особенного. Ты посмотри, как он ёлку нарядил, — Мустанг кивнул на несчастное дерево, нижние ветки которого под тяжестью игрушек опустились почти до пола. — Н-да, любите же вы доводить друг друга, — протянул Хьюз. — Ладно, он ещё ребёнок, но тебе-то какая радость от этих нервотрёпок? — Не знаю, просто нравится... — Нравится злить его или же сам Эд? — Так, подполковник, что за намёки? — Рой даже поднял голову со стола, чтобы строго посмотреть на хихикающего друга. — Просто ты ему уделяешь больше внимания, чем даже лейтенанту Хоукай, — заметил Маэс. — Боюсь, что если скажу что-то подобное лейтенанту, она меня на месте пристрелит. — А Эда, значит, не боишься? Тогда, на вашей дуэли, он только и кричал о том, что хочет надрать тебе зад. — Ага, а ещё звезду запихнуть, — усмехнулся Мустанг. — Это же Стальной, чего его бояться? — как само собой разумеющееся сказал Полковник. Хьюз только понимающе улыбнулся — людей, которым Рой настолько доверял, можно по пальцам пересчитать. — Ладно, господин Большой Начальник, у меня дома тоже ёлка ненаряженная стоит, так что пойду-ка я. Если всё же освободишься, знай — мы тебя ждём. Махнув на прощанье рукой, Маэс вышел из кабинета, оставив друга наедине с годовым отчётом. *** Хавок сидел в комнате отдыха и с наслаждением курил. Это уже было как ритуал — курить здесь перед уходом с работы. Главное — не попасться сейчас Полковнику, иначе родители могут не ждать его на праздник. Дверь распахнулась, шарахнувшись об стену, и в комнату влетел злой, как чёрт, и красный, как помидор, Стальной алхимик. Джин молча следил, как мальчишка ходит кругами по комнате и бормочет себе под нос что-то про звёзды, задницу и сволочное начальство. — Что, Полковник снова довёл? — спросил-таки Хавок, когда Эд, матернувшись, пнул диван стальной ногой. Зря, наверное, заговорил — Элрик злобно зыркнул на него, потом скинул плащ, стянул резинку с волос и растрепал косу. — Ну-у-у? — протянул он, уставившись на лейтенанта. — Я привлекательный? Хавок едва успел захлопнуть открывающийся сам собой рот, чтоб из него не вывалилась сигарета. — Чего?.. — переспросил Джин. — Я спросил: я привлекательный? Для мужиков? Тут до Хавока дошло, что Полковник, скорее всего, практиковал на нём свои шуточки "ниже пояса", и он усмехнулся, оглядывая Элрика. Нахмурился, повернул голову набок, прищурился, посмотрел в вопрошающие золотые глаза. — Знаешь, если бы вот тут, — он описал руками в воздухе два внушительных размеров шара на уровне груди Эда, — немножко добавить, то будешь очень даже ничего... — задумчиво сказал лейтенант. — И не делай такое страшное лицо, иначе не сможешь очаровать нашего Полковника — он любит миленьких, — с довольной улыбкой на лице закончил он. — А, мать вашу, и Вы туда же?! — взревел Эдвард. — Меня окружают извращенцы! Кое-как собрав волосы в хвост и схватив свой плащ, он вылетел из комнаты отдыха, матеря Полковника, Хавока и свою нелёгкую судьбу, которая запихнула его в этот ужасный рабочий коллектив. *** — Куда это ты собрался, Стальной? — Полковник перехватил его у самого выхода из штаба. — Я, кажется, дал тебе ответственное задание. — Сами свои ёлки наряжайте, достали уже! — Я тебя ещё больше достану, и ни в какой Ризенбург ты тогда не поедешь, — пригрозил Мустанг. — В кабинет, живо! Это приказ, — уточнил он. Элрику ничего не оставалось, кроме как последовать за начальником. — Вот ведь педофил, нет бы до других домогался... — Ты что-то сказал? — с ласковой улыбкой спросил Рой. — Никак нет, сэр, — скривившись, ответил Эд. — Вот и хорошо, — закрыв за собой дверь, сказал Полковник. — А теперь возьми табуретку и наряди ёлку нормально. Мальчишка только хотел огрызнуться, но начальник наклонился и проговорил ему в тут же покрасневшее ухо: — И фантазии свои оставь при себе.