- Сколько лет, сколько зим! - Я на шестом месяце!

Больше к этому разговору они не возвращались. Почему? Да потому, что оба молчали. Каждый думал о своем и боялся первым прервать воцарившуюся тишину. Крис предался своему обычному занятию - самобичеванию, а Кенсу корил себя за острый язык. Уже вечером, лежа в кровати и листая книгу, омега поглядывал в сторону двери, ожидая старшего. Через несколько минут в проеме показалась высокая фигура, прошедшая по комнате и опустившаяся рядом. И опять тишина, прерываемая спокойным дыханием. Кенсу жутко хотелось извиниться, но как начать разговор просто не представлял. Отложив книгу и выключив свет, улегся на бок и стал судорожно соображать, подбирая слова. По бокам проскользнули ладони и сомкнулись на плечах, спиной прижали к твердой и вздымающейся груди, а в волосы уткнулись лицом, жадно вдыхая и опаляя горячим дыханием затылок. - Крис? - тихо спросил младший, удобнее укладываясь в объятьях. - Кен-а, выслушай меня, не перебивая и не останавливая. Я должен все тебе сказать, иначе, чувствую, что это разорвет меня изнутри. Прости меня. Прости, что так получилось, прости за трусость, за побег и неожиданное появление, прости, что не был рядом, когда тебе было так плохо, прости, что тогда на вечеринке подошел познакомиться, прости, что не сдержался, прости, за то, что я твой альфа... И спасибо. Спасибо, что оставил ребенка, спасибо за то, что не отталкиваешь меня и позволяешь быть рядом, спасибо, что доверяешь, хотя должен ненавидеть... - Должен, - прошептал омега, чувствуя, как тело позади напряглось, а чужое сердце через грудь стучало по лопатке, - но не буду. Не хочу... Если я буду ненавидеть, то другим чувствам не останется места... Хотя ты прав, как никогда, есть за что... За все это время понял одну простую истину, которая преследует меня до сих пор: плакать перестану, а от имени вздрагивать буду. И это так... Я думал, что смогу забыть, смогу от себя убежать, смогу убить удушающее чувство и твой запах на своем теле, который, как шлейф, следовал за мной и окутывал, как омут, в котором я тонул, задыхаясь... Думал, что ты легко без меня дышишь, смогу точно также дышать и я... Но только сейчас я понимаю, как был глуп... Вдохнуть полной грудью, наполняя легкие воздухом, смог только сейчас, когда твои руки лежат на моих плечах, прижимая ближе к себе, давая ощутить стук твоего сердца, а дыхание над ухом дарит спокойствие... Я дышу полной грудью, и этот живительный воздух наполнен тобой... - Я думал о тебе все время. Думаю о тебе утром, идя по холодку. Нарочно шагаю помедленнее, чтобы думать о тебе подольше. Я думаю о тебе, когда тебя вижу, когда не вижу, думаю тоже. Мне так хотелось бы найти другое занятие, но я не могу.* И даже сейчас все мои мысли наполнены тобой. Каждый час, минуту, секунду не мог прекратить. Каждую ночь перед глазами стоял твой образ и нежная улыбка, от которой по телу растекается тепло, которого мне так не хватало, а сейчас так хорошо... Теперь я понимаю, что без тебя я просто замерзну... Кенсу, может это поздно и неуместно, я люблю тебя и хочу, чтоб ты согласился стать моим мужем... - шептал альфа в затылок застывшего омеги, не знающего, что сказать. - Давай не будем торопиться... - промямлил он, пряча горящие щеки. Не понимая причину такого уклончивого ответа, Крис аккуратно повернул его к себе и попытался заглянуть в лицо, которое так старательно прятали в подушку. Убрав мягкую преграду и взяв его лицо за подбородок, повернул голову к себе. - Ты любишь меня? - тихо и несдержанно, глядя в глаза напротив. - Это не главное... - А что же? - Я согласен состариться с тобой, - так же тихо прошептал Кенсу, придвигаясь ближе и обвивая тонкими руками шею альфы, прижимаясь как можно ближе и утыкаясь носом в острые ключицы, вдыхая такой желанный запах и смазано касаясь губами кожи. - Тогда я не понимаю причину отказа, - пробубнил китаец, обнимая в ответ и целуя макушку. - Не хочу на свадьбе быть с пузом... Все будут думать, что ты женился на мне по залету. - Тогда давай просто распишемся, у меня знакомый может организовать это в течение часа, а свадьбу потом. Как тебе? - ответом его не удостоили. - Эй! Ты меня слышишь? Эй, не спать!!! - повысил голос старший, отодвигаясь. - Тихо ты! Ребенок толкается! - ложась на спину, произнес Дио. - Можно? - прошептал старший, протягивая руку. - Конечно... - засмеялся младший, поднимая край футболки. Ифань приложил ладошку к коже, чувствуя под ней несильные удары. Придвинувшись ближе, приложил ухо к животу и прислушался. - Ты не чувствуешь? - Чего? - Твой запах изменился... - В каком смысле? - не понимал беременный. - Ну теперь кроме нашего общего, ты пахнешь шоколадом и малиной. - серьезно произнес Ву. - Ну, ему уже седьмой месяц, а значит появился свой запах. Постой, ты его чувствуешь??? - Да, очень четко малина и шоколад. - Шоколад и малина, у нашего малыша будет двойной запах, это же так редко бывает... - Он будет необычным... - протянул он, ложась на свое место и притягивая омегу к себе. - Спокойной ночи. - Спокойной. Крис проснулся довольно рано и, аккуратно выбравшись из кровати, поплелся на кухню. На столе стоял забытый пакет из аптеки и часы, показывавшие ровно восемь. Достав все и внимательно проштудировав брошюры, потренировавшись на подушке в меткости, открыл шприц, набрал пять кубиков витаминов из ампулы, следуя рецепту, спрятал укол за спиной и поднялся на верх. Омега уже проснулся и, раскинувшись на кровати в виде звездочки, наслаждался теплыми лучами солнца, пробивавшимся через стекло. - Доброе утро, - заметив старшего в дверях. - Доброе. Кен-а, у меня для тебя кое-что есть, - загадочно протянул он, садясь на край. Кенсу, надеясь на долгожданный завтрак, открыл рот. - А ты чего рот открыл, штаны снимай. - Чего?? - опешил беременный. - Чего-чего, укол тебе будем делать, тебе же назначили курс витаминов, так что давай, поворачивайся на бок или вставай, - говорил альфа, снимая с иголки колпачок и выпуская в потолок тонкую струйку лекарства. На кровати завозились, заохали, и тушка, наперевес с огромным животом, помчалась прочь из комнаты, истошно вопя. Крис улыбнулся и спокойно пошел следом. - Кен-а, не бойся, я аккуратно. - НЕЕЕЕЕТ!!! Уйди прочь, садист! - Иди сюда, - звал сладким голосам старший, шагая вслед убегающему бегемотику. - Живым не дамся!!! - был ответ, и громко хлопнувшая дверь гостиной. - Кенсу, не веди себя как маленький и не капризничай, - загоняя в угол запыхавшегося и усталого "спринтера". - Руки прочь от сокровища нации!!! - кричал тот, кидаясь подушками с дивана. В коридоре хлопнула входная дверь, Крис отвлекся, а Дио, воспользовавшись моментом, смылся, но его остановили сильные руки незнакомца, который схватил этот маленький вихрь и пытался остановить и прекратить попытки выбраться. - Чего стоишь?! Коли быстрей, я его не удержу! - крикнул пришелец. Крис пришел в себя и, подлетев к парочке, спустил немного спальные штаны и уколол. Раздался душераздирающей визг, от которого уши в трубочку скрутились. - Я вас ненавижу!!! - выл кореец, растирая кулачками слезы по щекам. - Чтоб вас диарея всю жизнь преследовала!!! Садисты!!! Изверги!!! Пошли прочь, я обиделся!!! Чертовы альфы!!! Моя попочка... - причитал он, удаляясь. - Привет. Я Исин, рад с тобой познакомиться, - представился гость, выводя из ступора Криса. - А ты молодец, хорошо справился... Мне Сухо сказал, что ему витамины нужно колоть и отправил меня на помощь тебе. - А это всегда так? - Сегодня он еще спокойней был, в прошлый раз мы вдвоем не могли его скрутить. Кенсу жуть, как боится делать уколы. За прошлый курс он меня развел на генеральную уборку, а Сухо пришлось окна мыть во всем доме и цветы в саду пересаживать. А тебя какая участь ждет? - Пока не знаю, но думаю это будут семь кругов ада, если не четырнадцать... - протянул он, и альфы рассмеялись, идя на кухню. Парни быстро подружились, и, как оказалось, не такой уж он неприятный, как думал Ву. Исин тоже китаец и работает в той же больнице, что и его муж, у них есть годовалый альфа и много интересного компромата на До. - Алло, Сухо-щи, привет, не желаешь ли ты забрать своего благоверного? Что случилось? - в дверях стоял надутый омега, прижимая к уху телефон. - Он против меня с Крисом дружить начал, - посылая испепеляющий взгляд старшим. - Что, ты уже подъезжаешь? Хорошо жду. Буквально через пять минут раздался звонок, и на пороге стоял омега с ребенком на руках. - Привет. Ну как, вы справились? - Да, Крис молодец. Теперь можно не беспокоиться, а потом не батрачить, - улыбнулся Исин. - Хорошо. Крис, если что, звони, мы поможем. - Только попробуй, я тебя ночью на лысо побрею, - раздался грозный вопль из кухни. - Вверяем "сокровище нации" в твои сильные руки и удаляемся, - улыбнулся Лей. - А вы что, не останетесь? - в коридоре показался беременный. - Нет, мы к нашим родителям торопимся. - Тогда пока. - Пока. - и парочка удалилась. - Кенсу, тебе осталось еще девятнадцать уколов, и я надеюсь, что больше эти догонялки не начнутся, ведь это вредно и тебе, и ребенку, - строго сказал Ифань, попивая свежесваренный кофе. - Надейся, шпала блондинистая. - не для того папа ягодку растил, чтобы быстро обиды забывал. - Предлагаю сделку. Ты мужественно принимаешь все уколы, а я делаю все, что скажешь. - Все-все? - заинтересованно. - Да. - Тогда поклеишь обои в детской, соберешь кроватку и мебель и сделаешь генеральную уборку во всем доме. - Папа, конечно, не для того ягодку растил, но бесплатная рабочая сила на дороге не валяется. - Есть, мой пузатый адмирал! - засмеялся Крис и не подозревая, что подписал себе смертный приговор, самолично продавая себя в рабство. *Фредерик Бегбедер "Любовь живет три года".