- Сколько лет, сколько зим! - Я на шестом месяце!

Тяжело простонав и открыв глаза, Крис увидел белый потолок, голова немного кружилась. Рядом слышались приглушенные голоса и смех. Оглядевшись по сторонам, понял, что находится в палате, за шторкой, лежа на кровати. Еще полностью проснувшийся мозг отказывался что-либо понимать. События вчерашнего дня, картинками проносились перед глазами: офис, омега, поездка к другу, печати в паспорте, скорая, операционная, Кенсу... Кенсу!!! Ифань подорвался с койки, но головокружение было против, поэтому двухметровое тело с глухим звуком шлепнусь на пол, попутно срывая с карниза ткань, разделявшую помещение. - Крис! - воскликнул Бекхен, спихивая с диванчика мужа на помощь другу. - Кенсу, как он? - Да хорошо все, не поднимай панику, - послышалось злобное бурчание с соседней койки. - Кенсу! Я так за тебя испугался!!! - подскакивая к мужу и беря за руки. - Кенсу, как же я счастлив, что с тобой все хорошо... Кен-а, прости меня... - покрывая кисти омеги поцелуями. - Я, конечно, не хотел прерывать столь милый момент, но не желаете ли вы, спящая красавица, посмотреть на свое чадо? - поинтересовался непонятно откуда взявшийся Сухо. - Да, конечно, у меня же родился сын, альфа... - отвлекся от мужа Ву. - Ну как бы да... - протянул Дио, лучезарно улыбаясь. - В смысле, я что-то пропустил? - не понял тот. - Да, целого ребенка! - завозя в палату два кювеза, произнес Лей, придвигая их поближе к новоявленным родителям. - Специально для провалявшихся в обмороке, Крис, поздравляю тебя, ты стал отцом двойняшек весом в 3 кг 600 гм, ростом 58 см, альфы и омеги, - поставив китайца в известность, друзья вышли из палаты, оставляя их наедине с детьми. Из пластикового прозрачного подобия "коляски-корытца" на колесиках на них смотрели две запеленованные розовые сморщенные мордочки. Крис уставился на них, поочередно переводя взгляд с одного на другого, не веря своим глазам. Дио потянулся к одной люльке и взял на руки малыша, который начал морщиться и хныкать. Почувствовав тепло, он успокоился и, хлопая длинными ресницами, стал разглядывать папу. Ву придвинулся к мужу и с осторожностью потрогал указательным пальцем пухлую щечку. - Альфа, - прошептал он, продолжая гладить нежную кожу подушечкой пальца. - Шоколад, ты чувствуешь? - Да, - наклоняясь ближе к личику и легонько прикасаясь губами к маленькому носику. - Шоколадный альфа. Ифань встал и наклонился над вторым "аквариумом". Все те знания о том, как правильно держать младенцев, вылетели из головы, как будто он и не читал все те тонны книг, руки, казалось, ослабели и не слушались, а сердце стучало в висках. - Не бойся, ты сможешь, только очень аккуратно... - прошептал Кенсу, заметив нерешительность старшего. Бережно приподняв ребенка прижал к себе, как главное сокровище мира вернулся на кровать к мужу, глядя на маленькое существо. - Ты чувствуешь? - прошептал дрожащим голосом Дио, прислоняясь лбом к его плечу. - Чувствуешь, как бьется в твоей ладони сердце. Чувствуешь... - Кенсу... - проводя свободной рукой по красным растрепанным волосам, ощущая, как мокрые капли падают на тонкую рубашку, проходя сквозь к горячей коже. - Я счастлив... - поднимая голову и смотря прямо в медовые глаза напротив. - Я просто неимоверно счастлив, Крис... Счастлив... - Кенсу, - придвигаясь ближе и большим пальцем стирая мокрые дорожки слез. - Я люблю тебя... Спасибо тебе... Поцелуй получился нежным и столь желанным, с соленым привкусом, но таким сладким. Губы прижимались друг к другу, даря ласку и передавая всю ту любовь, что наполняла душу. Казалось, что жажду всего мира утоляли эти шелковистые касания, наполненные трепетом и чувственностью. - Эй, хорош уже лобызаться, мы тут минуты две стоим и кашляем, я уже охрип! - подал голос Чанель, привлекая внимание к своей персоне. - Не, ну правда, харе! Покажите нам малышей! - пропищал Бекхен, подходя к кровати. - Кто где? - тут же сосредотачивая свое внимание на детях. - У меня альфа, - показывая "сверток" другу, произнес Дио, - он старший. - А это омега, - сказал Крис, удобнее придерживая ребенка на руках. - А как назовете? - спросил Чан и наклонился к другу, разглядывая ценный груз. - Гляньте, этот точно крисов, такая же моська-кирпич! - А этот без сомнения Кенсу, - указывая на маленького альфу. - У него щеки пухленькие и глаза большие. - Ты имена придумал? - спросил Ифань супруга. - Да, но только одно... Я хочу назвать его Лухан. - стирая слюнки с пухлых губок. - Хорошо, тогда омега будет Сехуном. - улыбаясь произнес Крис. - Дайте подержать, Фань, дай лялю... - законючил Бек, забирая у альфы младенца. - Малинка... Пак, сходи и купи мне малины, а то я его сейчас съем! Сехун, ты такой сладкий! - прикасаясь губами к розовой щечке. - Начинается... - протянул рыжий. - Ребят, заберите ребенка, а то он его сожрет, я его знаю!!! - бросил напоследок и поплелся в магазин под дружный смех друзей и громогласный крик своей омеги: "Пак Чанель, ты мудак!". *2 недели спустя* Крис выключил компьютер и, закрыв входную дверь, поднялся на второй этаж. Спальня была пуста, а значит омега в детской, дверь в которую была приоткрыта. Единственным источником света было окно со светлыми занавесками, сквозь которое пробивался свет луны, а на потолке слабо мерцали фосфорные звездочки. Кенсу стоял у новой двойной кроватки, в которой сладко посапывали малыши, раскинув ручки и ножки, так похожи на маленькие звездочки в своих желтых распашонках. Ву на цыпочках подкрался к омеге и обнял его со спины, смыкая руки на животе, укладывая подбородок на плечо и проводя носом по шее. - Уложил? - Да, - прошептал Дио, прижимаясь к крепкой груди и закрывая глаза. - Мой любимый ксерокс устал? - Не очень, они просто ангелочки, - улыбнулся До, поворачиваясь в кольце рук и обнимая в ответ. Он давно смирился с новым прозвищем и иногда в шутку называет старшего оригиналом, а детей ксерокопией. - Ты чего? - Крис, я тебе этого никогда не говорил и, скорее всего, не скоро повторю, поэтому слушай, - немного отодвигаясь от горячей груди. - Крис, я люблю тебя. Ты мой самый дорогой человек на свете. Я счастлив, что ты рядом со мной и благодарен богу, что ты ворвался в мою жизнь, как ураган и перевернул его с ног на голову. Встав на носочки омега обнял широкую шею мужа и нежно прижался к губам. - Кенсу, я благодарен за чудеса, которые спят сейчас в кроватке, и, в отличие от некоторых, буду это повторять сотню раз на день. Я люблю тебя.