Продавец кукол

Pov Сэм Стоило мне появится в дверях и увидеть лицо Тома, как сразу же перехотелось заходить. Но уже поздно. Том, заметив меня, закрывает глаза, откинувшись на спинку дивана в кабинете и тихо стонет. - Том, Вам плохо? - Артур сидит спиной и еще не видит меня. - Ему плохо, мистер Кингстон, лишь от того, что я являюсь Тому родственником, - спокойно говорю, но вот Хозяин аж подпрыгивает с кресла и сейчас смотрит на меня. - Сэм Грей, - прищурив глаза, он начал медленно идти ко мне, думает, что я собираюсь бежать. Ошибаетесь, Артур. У меня уже нет сил. - Да. Это я. Мне нужно кое-что Вам сообщить, - страшно ли мне? Это не то слово. Я безумно боюсь, но не боли, которую он может причинить мне. Я боюсь, что своим рассказом причиню боль ему. - Вы решили мне вернуть долг? - хитро ухмыляясь, смотрит на меня. А я молча прохожу и сажусь рядом с кузеном. - Ты идиот, - тяжело вздохнув, шепчет Том, но я игнорирую его слова. - Мистер Кингстон, я прошу простить меня за то, что я Вас оскорбил и сбежал тогда. Что скрывался. И что... И что обманул вас жестоко, - опуская глаза, продолжаю рассказ. - Софи она.. Ее не существует официально. Я, чтобы Вы не нашли меня, переоделся в девушку. Размышляя, где достать денег... В общем, попался этот ирландец и брак должен был быть фиктивным. И деньги можно было Вам вернуть... Но. Но Вы появились так неожиданно и я... Я... Там у вас дома... Ох. Простите за тот вечер.. И за всю эту ложь с Софи... Знаю, что мне нет прощения, но все же... Не наказывайте Тома за то, что помогал мне. Он просто не хотел хоронить меня и помог. Простите, мистер Кингстон. - он смотрит и молчит. Ну накричал бы. Ударил. А он молчит. Его молчание хуже всего. Я не знаю, что думать. Эти минуты тянутся подобно часам. Нервы. Теперь я не боюсь этой дрожи и свободно могу показать ее всем. Так страшно поднять глаза вверх и столкнуться с его синим взглядом, который вновь потух. А всё из-за чего? Из-за моей трусости. Но неужели ему так важен пол? Хотя... мужчины, они ведь всегда влюбляются сначала в оболочку: цвет глаз, волос, ножки, фигура, лицо... А уже потом то, что внутри. Кингстон, ты такой же как и все? Любил Софи из-за милой кукольной мордашки? А как же я? Как же моя душа? Конечно.. кому нужна девушка с членом или парень в женском платье? Что за уродство? Но если честно, сейчас ты ненавидишь меня не за то, что я был парнем в юбке, а за то, что этим парнем все также является Сэм Грей. Считаю до 5 и поднимаю взгляд на Артура. Хочу прочесть хоть что-нибудь. Пусто. Ничего. Без намека на эмоцию. Лицо, словно белый лист бумаги, и лишь черные волосы оттеняют эту бледность. Знаю, мой взгляд сейчас униженный, но я не хочу твоей жалости, я не хочу быть прощенным. Просто... сделай уж хоть что-нибудь, Хозяин! Смотрит на меня, нет просто вытягивает взглядом из меня последние силы. Ещё чуть-чуть и я, не сумев вынести всего этого, упаду замертво. Ты делал это с мужчинами, Кингстон? Сможешь ли понять, что я чувствую к тебе? - Артур... - тихо шепчу я, боясь даже моргать, - Я же так тебя люблю, Артур... Понимай, как хочешь, но я больше не игрок! Молчит и не двигается. Просто разворачивается и уходит, тихо закрыв двери. Я потерял всё... * * * * Руки на запястьях связанны его блядским синим галстуком, почти в тон его таких же блядских глаз, которыми он хищно пожирает меня сейчас, но я не вижу этого, так как абсолютно голый, опираясь скованными руками на стол, стою перед ним, согнувшись раком. - Кингстон, ты чертов извращенец! Неужели нельзя это сделать в спальне, а не в кабинете? - мой голос сиплый и очень низкий. Внизу живота всё сводит от возбуждения, а мокрый член больно трётся о лакированный холодный деревянный стол. От бессилия виляю бедрами и слышу его хриплый бархатный голос из-за спины: - Мистер Кингстон или просто Хозяин, - низко смеется и не сводит глаз, - Сэмми, ты снова мне проиграл, поэтому я выбираю, что и где мне делать, - подходит совсем близко и кладет прохладную ладонь на мою раскаленную спину. Он обнажен. Полностью. Как и я. Чувствую спиной жар его тела, но он не спешит и продолжает мучить меня. - Н-не честно... умм... мы играли понарошку! Прищелкивает языком и мотает головой, мучительно медленно растягивая меня длинными пальцами. Останавливается, убирая руку, а потом с издевкой в голосе добавляет: - Сэмми, тебе определенно не везет в карты. - Да, потому что ты постоянно жульничаешь! Аах... дааа... Блять, вставь уже свой член в меня! - Вредный, нетерпеливый Сэмми? Давно я тебя не трахал, - снова его смех над ухом, рывок, и он, такой большой и сильно горячий, полностью во мне, - Моя девочка, - страстно рычит Артур, вдалбливаясь в меня с сумасшедшей скоростью и шлепая по ягодицам. - Хаа! Заткнись, сволочь, и не останавливайся! - я прогибаюсь под немыслимым углом и начинаю подмахивать ему попкой, - Не смей меня так называть! Ммм... я парень, понял?! - Понял, понял, - смеется сквозь мои протяжные стоны и с силой сжимает мой подрагивающий орган, размазывая теплую, липкую смазку по головке. Издевка в каждом слове. Смешно ему, видите ли. Нашел время для воспоминаний. Из Артура получился бы хороший актёр. Тогда, когда он спокойно закрыл дверь, выйдя из моего дома, после признания ему в любви, я подумал, что это конец всему. Но не прошло и двух минут, как меня с пола подняли всё те же сильные руки. Артур вернулся обратно. И через мгновение, он уже во всю успокаивал меня, перебирая мои локоны под немое удивление Тома. Этот унылый заср@нец, который безжалостно дерет мой зад сейчас, понял, что я парень, ещё тогда, когда мы были у него в кабинете и впервые поцеловались. Он так до конца и не сказал, как конкретно я выдал себя. Но этот лис продолжал меня мучить, ожидая чистосердечного признания. - Стонешь слишком тихо, - его голос вновь возвращает меня в реальность, - Тебе не нравится? Давай громче! Хочу, чтобы Остин обкончался в соседней комнате! Он резко выходит из меня и, падая на свой большой стул, тянет меня к себе, опуская снова сверху. - Прыгай, Сэмми, - жарко шепчет Артур и щипает мои соски, опускаясь рукой в поисках моего, просящего внимания, органа. - Ааа... Артур! - тут же задаю я неприлично быстрый темп и, вцепившись в белоснежные плечи, начинаю прыгать на его члене, крича и срывая голос. Кончаю с ним одновременно, пачкая его торс своей горячей спермой. Пока оба постепенно возвращаемся в этот мир, я снова и снова вдыхаю мятный аромат черных волос и принимаюсь целовать каждый шрам на его лице, лишь для того, чтобы снова увидеть его редкую, но такую прекрасную улыбку. К финишу приходит всё: секс, степень страха, предел лжи. Лишь настоящее чувство будет неизменным. Невозможно боятся и ненавидеть того, кто тебе абсолютно безразличен. Никто не знает, чем может обернуться обыкновенная партия в покер. Вот и мы, наверное, не простили бы себе, если бы разминулись и не повстречались друг с другом в этом вечно плачущем городе. Всё хорошо. Жалко лишь Тома, до сих пор переваривающего все события за последние полмесяца, да бедного ирландца О'Конора, который так и не женился на милашке Софи. -Сэмми? -М? -Сыграем ещё разок?