Отличный день, Пойду-ка я и выброшусь в окно

21 ноября. 2013 год

Утро в этой однокомнатной квартире началось необычно: будильник не зазвонил в обычное время, поднимая на ноги полдома, не было слышно беготни по квартире, свиста закипающего чайника или фальшивого пения под шум душа, к которому все жители дома уже привыкли. Это ведь не новомодная многоэтажка с толстыми стенами, а обычная хрущевка в 5 этажей, с высокими потолками, деревянными окнами и очень тонкими перегородками; поэтому каждый сосед знает, что творится у тебя в квартире и наоборот. Такие стены пропускают не только звуки, но и запахи, так что вашу подгоревшую яичницу могут обсуждать соседи снизу. - М-да... Не ночевала дома, точно говорю. Шлялась с этим хахалем на машине, вот ведь проститутка, а мать у нее профессорша... Воспитала на свою голову, - Вера Ивановна уже успела обсудить эту "новость" с соседкой по лестничной площадке.

***

Лида была тихим и спокойным ребенком. Ее мать - Клара Львовна - была профессором биологии, изучала мелких грызунов и возможность вывести на их ДНК коде новый вид человека более устойчивого к различным стрессам, но ее труды не увенчались успехом, и в возрасте 53 лет она скончалась от рака, оставив кучи исписанных листков, докторскую работу, горы книг и двадцатилетнюю дочь. Девушка с раннего возраста привыкла заботиться о себе сама, ведь маму она видела крайне редко, так что Лида сама готовила себе завтрак, заплетала косички, одевалась и шла в школу. Полная свобода, никакого контроля - предел мечтаний любого? Раз в месяц Клара Львовна брала дневник дочери и проглядывала успеваемость, чаще вместо мамы девочка видела книги, оставленные женщиной возле кровати. С 7 лет Лида зубрила биологию ради воплощения мечты матери о передаче исследований дочери, Клару Львовну не интересовало, откуда у дочери синяки и ссадины, не голодна ли она, не мерзнет или есть ли у неё друзья. Важно было другое: прочла ли она книгу и сделала ли интересные выводы. - Мам, меня Кирюша обижает, - часто жаловалась Лида в те нечастые вечера, когда заставала маму дома. - Возраст у них такой, когда любые чувства выражаются через силу, агрессию, ты же читала об этом вчера. Ну раз ноешь, значит плохо читала, марш перечитывать, - отвечала женщина, и так заканчивался каждый их разговор. Но Лида страх как ненавидела биологию, ведь эта наука отняла у нее маму, и поэтому отказывалась учить ее так, как подобает профессорской дочери, даже прогуливала уроки, а вот что нравилось девушке, так это история и литература: средневековье, рыцари, поединки за сердце прекрасных дам, безразличие к судьбе проигравшего, и вечная слава победителю. Поэтому, по окончании 11 класса девушка наперекор матери понесла документы на журфак. И когда пришло письмо о зачислении Лидии Михайловны Звонарской на первый курс факультета международной журналистики, Кларе Львовне пришлось вызывать скорую. - Где это было видано, чтобы дочь профессора биологии стала писакой в дешевой газетенке?! - негодовала женщина. И все соседи знали о поступке девушки: кто осуждал, а кто поддерживал. - Это все гены того мерзавца, - не унималась женщина. - Не говори так про отца! - А ты не смей закрывать мне рот. Он подонок и трус. Как только я забеременела - он сбежал. - Ты сама его выгнала.