Плата

Жизнь ниндзя коротка. А жизнь ниндзя, обладающего сверхъестественными способностями, еще короче. Впрочем, к этому они приучаются с детства. За любую силу надо платить – это аксиома. И понятно, что за возможность управлять непокорными силами природы платить надо вдвойне. Посвященные и платили. Временами стихия начинала бунтовать и выходить из-под контроля, норовя уничтожить все, к чему прикоснется. В Лин Куэй не было традиции заботиться о соклановцах. При малейших признаках потери контроля посвященного выпихивали подальше в лес, чтобы избежать лишних разрушений. А если тот не вернется – что ж, значит, он был слишком слаб для воина Лин Куэй. "Повезло" только криомантам. Ледяная стихия кардинально меняла своих посвященных, вымораживая из них почти все эмоции, но взамен дарила стабильность. Лед из-под контроля не выходил никогда. Чересчур эмоционального – для ниндзя – Смоука срывало регулярно. Своей стихией он управлял так, словно сам был ею, но и платил серьезнее прочих. Легкая дымка, обычно курившаяся вокруг его тела, превращалась в удушающий раскаленный смог, которым сам ниндзя как-то дышать еще умудрялся, а вот все остальные – в лучшем случае, надолго теряли сознание. И, скорее всего, от него предпочли бы давно избавиться, если бы не одно "но" – доказать, что у него вообще были эти срывы, никому не удавалось. А жертвовать весьма талантливым шпионом всего лишь из-за слухов Грандмастеру не хотелось. *** Черный дым с легким шипением растворяется от прикосновения холодных пальцев. В плотно закрытой комнате почти нечем дышать, но это небольшая плата за возможность не шляться по населенной хищниками лесной чаще. Бессильно растянувшийся на кровати Смоук из-под полуприкрытых век лениво наблюдает, как его сила вновь возвращается в свое привычное состояние. Сидящий рядом криомант медленно расслабляется, еще не до конца веря, что беснующаяся стихия успокоилась, и друга можно больше не вжимать в матрас, пересчитывая сотрясающие его судороги. Еще несколько минут – и можно будет, наконец, заснуть. Оба, как обычно, стараются не задумываться, что было бы, если. Если бы впервые его не сорвало на одной из совместных миссий, с Тундрой, когда того серьезно ранили. Если бы раненый криомант вовремя не сообразил, что происходит, и не влепил ему звонкую оплеуху. Если бы Смоук не узнал друга и чудовищным усилием воли не загнал стихию обратно в тело. Если бы не оказалось, что ледяная аура так хорошо сдерживает разбушевавшийся дым. Тихо вздохнув, Смоук устраивает голову на плече криоманта и вцепляется в его руку. Это вычисленный опытным путем единственный способ избавиться от вечных спутников срыва – огненных кошмаров. Холод тела криоманта надежно прогонял горячечные видения. Друзья пытались выяснить, откуда они взялись, но – пока – не преуспели. Только они двое и знали, что на самом деле скрывается за почти беспечной фразой: "Нет дыма без огня".