Судьба? Связи

Кроу - Почему ты дрожишь? – омега смотрит на меня испуганно, но ничего не отвечает. Он крепко держит меня за руку, пытаясь скрыть волнение. Белый цвет ему не очень идет. Сливается со слишком бледной кожей. Но, все равно, мой омега прекрасен. Хочется защищать его, поддерживать. Часто приходилось сдерживать себя, чтобы не встряхнуть его хорошенько и спросить кто он такой. Не хочу пугать, он и так слишком осторожный. Я сразу понял, что рядом со мной не Шинья. Ума не приложу, как остальные не догадались. Наверное, причина в том, что омега практически все время проводил рядом со мной, а я не собирался его сдавать. Сначала, конечно, я хотел разоблачить негодяя и выпытать где мой настоящий жених. Но запах омеги буквально свел меня с ума. В отличие от Шиньи, в этом парне я мгновенно признал истинного. И я решил оставить все, как есть. Новый Шинья оказался существом нежным и трепетным. Он так нуждался в любви и ласке, что я не мог ни в чем ему отказать. Любить его, заботиться, было естественно. В отличие от прошлого Шиньи, к новому я чувствовал не просто страсть. Я полюбил его. Его течка открыла омегу с новой стороны. Я сразу понял, что у малыша был раньше не самый приятный опыт. Раскрепостить омегу оказалось нелегко, но когда малыш открылся - это было чем-то невероятным. Я даже стал побаиваться, что вернется старый Шинья. Конечно, я волновался за него слегка, но никогда не рискнул бы парой ради попытки разыскать эту язву. Этот брак был очень важен для меня. Я все еще не до конца понимал, что нужно этому омежке, но хотел связать себя с ним покрепче. Рано или поздно все раскроется. Хотелось, чтобы этот день был незабываемым для моего мальчика. Пусть для него все здесь чужие, это чувствуется сразу, я смогу поддержать его. К тому же я уверен, что моя пара не сможет долго врать. Он раскроет все, когда будет готов. А пока нужно быть начеку и защищать его. Хорошо бы узнать, куда настоящего Шинью дели. Немного стыдно перед ним. Я предал его во всех смыслах. Даже понимая, что с ним сейчас может происходить что-то ужасное, я не делаю ничего. Я был против, когда родители Шиньи сказали, что церемония будет проходить в старом храме. Все-таки это место наполнено древней магией, которой даже нам – вампирам, стоит опасаться. Но, видимо, вмешался вампирский совет. В конце концов, Шинья - необычный омега. Он - носитель крови владык. Да и мой род достаточно стар и знаменит. Церемония в храме – обычная формальность. Однако, все равно, не нравится мне это место. Именно в этом храме погиб наш последний владыка, а его душа была запечатана в мече, с которым тот при жизни никогда не расставался. Когда я был моложе, бывал в этом храме несколько раз. Он вызвал у меня не самые приятные ассоциации. Старая статуя в самом центре пугала. Даже сейчас чувствую некоторую настороженность. Я крепко держал омегу за руку. Он выглядел так, будто происходит что-то ужасное. Мне самому стало не по себе. Я был предельно осторожен. - Не волнуйся, - попытался успокоить я Шинью. – Все будет хорошо. - Да, я люблю тебя. Омежка не врал. От этого было тепло. Как же я рад, что он тоже меня чувствует. Несмотря на всю его ложь, он искренне любит меня. Пока мне этого достаточно. Ритуал с чашей мне не нравился. Не хотелось, чтобы мой малыш ранил свое запястье. Но магия крови требует подобной жертвы. В этом храме проводят только кровавые ритуалы. После приветствия нам передали бокал и кинжал. Не задумываясь, я порезал кожу на руке и наполнил бокал своей кровью. Мой омега сделал то же самое. Жрец добавил в бокал какой-то порошок и начал всматриваться в кровь. Сейчас он определит истинная ли мы пара, и насколько крепка между нами связь. Подобный ритуал невозможен между парой, которая не является истинной. Сейчас мы все узнаем. - Что за молодежь пошла! – раздраженно вскрикнул жрец. – Неужели не могли потерпеть? Вы хотите оскорбить Богов? Пей! Жрец сунул чашу Шинье. Меня несколько разозлила такая реакция. Эти жрецы вообще стыд потеряли. Как он смеет так с нами разговаривать? - Вы о чем? – спросил мой омежка. - О том, что ты, - жрец ткнул в Шинью, - беременный! Негоже выходить замуж в положении! Будет большой скандал! Мы оказали вам большую честь, когда согласились провести церемонию в этом зале, а вы… Бокал выскользнул из руки Шиньи и упал на пол. Кровь разлилась, пачкая старинный ковер. Новость была радостной, и я даже улыбался до тех пор, пока не увидел побледневшее лицо моего омеги. - Шинья? – мне показалось, что мальчику стало плохо. Лицо полукровки исказил гнев. Меня сбила с толку такая реакция. - Ты врешь! Это невозможно! – кричал омега на жреца. - Какой смысл мне врать? – ответил жрец. - Но это же хорошо! – пытался я как-то сгладить ситуацию. Шинья опустился на пол, жадно хватая ртом воздух. Я серьезно испугался. Не хватало еще, чтобы из-за переживаний у омеги случился выкидыш. Сейчас моего мальчика нужно беречь. Плевать на церемонию, самое главное, чтобы с ним все было в порядке. - Шинья, что с тобой? Тебе плохо? – я пытался добиться хоть чего-то от омеги. Чертов жрец и не думал мне помогать. Я уже собирался брать мальчика на руки и нести домой. Ему нужна помощь. Внезапно Шинья поднял на меня безумный взгляд. Его радужка стала алой. Казалось, что полукровка вот-вот нападет. Да что с ним такое? - Отойди! – прошипел Шинья. - Ко мне! Я еле успел отшатнуться, почувствовав древнюю магию. Раздался треск, и в руках моего малыша оказался древний меч. Некоторое время я шокировано хлопал глазами, не понимая, что происходит. - Эдман, я приглашаю тебя, - произнес омега. Возле него произошла вспышка. Из воздуха вышел длинноволосый мужчина. Я узнал его. Не сразу, но все же. Мог бы и догадаться, кто здесь замешан. Мой малыш опустился на колени перед этим ублюдком. На его шее проявилось рабское клеймо. Как я раньше не замечал этой магии? Ведь просканировал мальчика всеми доступными средствами. Сейчас я чувствовал опасность, потому, в первую очередь, нужно забрать отсюда свое беременное чудо. Если на нем рабское клеймо, сам он не сможет себя защитить. Движимый инстинктами я бросился к омеге - это была моя ошибка. Маг без проблем откинул меня силой воли. Удар был сильный. Весь воздух вышел из легких. Кажется, я сломал пару ребер. Теперь я уже не был так глуп. Как только сознание немного прояснилось, я заговорил свою кровь, чтобы на меня нельзя было действовать человеческой магией. Действовать пришлось быстро. Беспокойство за омегу поглотило все мое существо. - Шинья, - позвал я омежку. Мой мальчик перевел на меня свой взгляд, переполненный отчаяньем. Было сразу видно, что у него нет иного выбора - он подчиняется сильнейшему. Единственный шанс освободить его – убить хозяина, что я и собирался сделать. Регенерация усиленно работала, сращивая переломанные кости. - Я не Шинья, - ответил омежка. – Меня зовут Энкил. В голове мелькнуло, что у него очень красивое имя. Еще одно заклинание крови. Храм поддерживал меня своей силой. Пришлось немного отвлечься. Трансформация отнимала много сил. Клыки и когти удлинились, а тело покрылось металлической чешуей. Я встряхнул головой. Пора. Теперь я готов. - Мне не нужны причины, ты же знаешь… Прощай, - услышал я. Энкил вздрогнул всем телом. Как завороженный я наблюдал, как вскрикнул омега. Из его рта и носа полилась кровь, и он завалился на бок. Я опоздал. Маг направил на него руку, готовясь добить. Я рванул быстро, сминая человека собой. Тот тоже был не лыком шит. Меч сильно задел меня. Хорошо, что магия меча на меня не распространяется. Мой род никогда не относился к власти старого владыки, а потому подобные реликвии на меня не действуют. Мои предки перебрались в столицу всего несколько веков назад, а до этого моя семья жила на другом материке. Маг попытался подчинить меня силой меча, но ему ничего не удалось. Мы снова кинулись друг на друга. Он попытался подпалить меня, но броня хорошо защитила. Только костюм загорелся. Пришлось быстро с себя его стаскивать. Я бросил взгляд на Энкила. Он был белым, как полотно. Глаза закрыты, сердцебиение еле ощутимое. Омега умирал, и это пугало. Зря я отвлекся. Камень, который магией швырнул в меня человек, припечатал меня к стене. Громадина оказалась слишком тяжелой. Я не мог освободиться, а враг медленно приближался. На его губах играла улыбка, полная превосходства. Я пытался сдвинуть камень, но ничего не выходило. Маг приближался медленно. Он занес над головой меч, готовясь ударить меня им. Я не мог сдаться. Я нужен моему мальчику. Должен защитить омегу и ребенка. Маг уже замахнулся. Он предчувствовал свою победу, но все пошло не по плану. Внезапно меч выскользнул из рук человека. Он развернулся в воздухе и пронзил грудь мужчины. Тот вскрикнул. Его глаза расширились в удивлении. Маг бросил шокированный взгляд на Энкила. Омега тоже смотрел на него. В алых глазах была ненависть. Внезапно меч дернулся вверх. Тело упало на пол. Глаза Энкила закатились. Я снова начал дергаться. Никто не мог помочь моему мальчику кроме меня. Трусливые жрецы даже не догадались вызвать подмогу. Эти крысы попрятались по своим норам. Не прощу! Уничтожу. Только спустя десять минут мне удалось освободиться. Не обращая внимания на серьезные ранения, я подскочил к омеге и подхватил его на руки. Вполне возможно, что Энкил уже мертв, но я не позволял себе думать о подобном. Нужно как можно скорее найти помощь. Я не владею целительством, а потому не могу никак помочь своему мальчику. Я напугал нескольких прохожих, пока несся по темным улицам столицы. Хорошо, что дом Шиньи находился недалеко от храма. Уже через минуту я ворвался в зал, в котором нас с Шиньей ждали гости. Могу представить, как выглядел. Я был практически нагим, в боевой трансформации, а в руках у меня лежало окровавленное тело омеги. - Целителя! Быстро! - приказал я. Я отправился в комнату Шиньи и там опустил хрупкое тело на широкую кровать. Буквально через мгновение в комнату ворвались целители, а вместе с ними и родители моего бывшего жениха. - Шинья! Что с моим Шиньей? - истерил Айши. Он разозлил меня. Сейчас злило все. Мой мальчик умирает, а вместе с ним ребенок. - Это не Шинья! - гаркнул я. - Его зовут Энкил. В комнате воцарилось молчание. На меня смотрели как на психа, но это мало волновало. - Выйдите! - приказал жрец. - Вы мешаете! - Он беременный, - успел сказать я, перед тем как дверь захлопнулась перед моим носом. - За мной! - приказал Найлим, и я послушался. Конечно, хотелось быть рядом с моим мальчиком, но я больше ничем не могу помочь. А вот поговорить с хозяевами замка необходимо. Не хватало еще, чтобы Энкилу отказали в помощи. Мы зашли в кабинет Найлима. Айши всего трясло, из его глаз катились слезы, и он отчаянно жался к своему альфе. Мне даже стало жаль этого омегу. Я понятия не имею, где его сын - Шинья. Возможно, он уже мертв. И виноват в этом я. Я предпочел собственное счастье жизни своего бывшего жениха. - Рассказывай! - приказал волк. - Этот мальчик не Шинья, - начал я. - Подмену я заметил пару недель назад. Они очень похожи с Шиньей даже запахами. Будто близнецы... В комнате воцарилось молчание. Меня удивило, какими глазами смотрел Айши на мужа. - Ты же сказал, что вы его похоронили, - тихо произнес омега. - Он умер, и вы сразу же его закопали, даже мне не показали... Найлим, казалось, побледнел еще сильнее. - Я... - было видно, как трудно ему говорить, - не видел тела. Нару сказал, что он умер... - Что? - Айши подскочил на ноги. - Ты соврал мне! - Я и подумать не мог... - начал оправдываться волк. - Мой малыш был непонятно где все это время, а ты говоришь, что понятия не имел?! Омега осел на пол. Он жадно хватал ртом воздух. - Значит, у Шиньи все же был близнец? - догадался я. Найлим кивнул. - Но где тогда Шинья? - растерянно спросил Айши. - И почему ты сразу не сказал, что его подменил другой? Теперь омега зло смотрел на меня. Я не мог ответить. Сказать, что я такая сволочь, и абсолютно наплевал на судьбу их второго ребенка ради пары? - Что произошло в храме? - вмешался Найлим. - У Энкила рабское клеймо. Думаю, его решили использовать, чтобы получить силу меча, который уже много лет хранится в храме. Мальчик явно подвергался раньше насилию. Когда мы оказались в храме, Энкил призвал силу меча и передал ее магу, который, видимо, и поставил клеймо. Именно этот маг и поранил Энкила. Хотел убить... - Что с магом? - спросил Найлим. - Мертв, Энкил убил его. Снова тишина. Каждый думал о своем. От тревоги было сложно дышать. Я только обрел его, своего любимого омегу, и теперь его может не стать. Почему? Только восемнадцать, слишком молод. А еще наш ребенок... - Мы должны найти Шинью! - резко сказал Айши. - Я сам поговорю с Нару! А вы!.. Омега разгневанно смотрел на нас. - Все это время я чувствовал боль своего малыша, но прятал ее внутрь. Думал, что мой мальчик мертв. Я хочу убить вас обоих. Тебя, - омега указал на Найлима, - за то, что соврал! Из-за тебя мой мальчик все это время был далеко от меня, а я не мог ему помочь. А тебя, - в этот раз разгневанный взгляд достался мне, - за то, что не поднял вовремя тревогу. Теперь Шинья непонятно где, а мой второй ребенок серьезно ранен. Если бы ты сразу все рассказал, многого удалось бы избежать! Мне стало смешно. - Ты ведь сам не почувствовал, что твоего ребенка подменили на другого, - ответил я. - Я не заметил этого, потому что обоих близнецов чувствую одинаково. И не надейся, что получишь моего сына, - шипел омега. - Я не отдам тебе ни одного, ни другого! Наш спор прервал жрец, который вошел в комнату. У него был опущен взгляд. Сердце защемило в плохом предчувствии. - Как мой сын? - слегка испуганно спросил Айши. - Мне очень жаль, - ответил жрец. - Его душа ушла за грань. Мир рухнул в тот момент. Энкил мертв. Больно, страшно. Ноги Айши подкосились, и он упал на колени. - Но есть кое-что еще, - протараторил целитель. - Нам удалось сохранить плод. Это большое чудо. Иногда, когда беременный омега смертельно ранен, или болен, его тело вводят в сон, чтобы он смог дать жизнь ребенку. Душа мертва, но тело функционирует, и питает ребенка. Омега сам ввел себя в подобное состояние. Поэтому несмотря на смерть папы, ребенок все еще жив. И мы надеемся, что удастся сохранить беременность. - Хотите сделать из тела моего сына инкубатор? - зло прошипел Найлим. - Он сам этого захотел, - ответил омега. - Нам лишь пришлось подправить некоторые процессы. В тот момент мне было все равно. Сложно радоваться, что выжил плод, если сам Энкил мертв. Мой истинный покинул меня, и больше ничего не имеет значения. Плевать на ребенка. Зачем он, если моего омеги больше нет? - Ребенок останется, - дрожащим голосом сказал Айши. Из глаз омеги бежали слезы. Мне самому хотелось плакать, но только не здесь. Нужно подождать, когда никто не увидит. Конечно, я был во всем виноват. Не смог защитить, не решился поговорить по душам. Он боялся, что его раскроют, и потому не искал у меня поддержки. А ведь я единственный мог ему помочь. Я старше и сильнее. Если бы эта тварь, убившая моего мальчика, не была уже мертва, я бы сам убил ублюдка собственными руками. Свет погас.