Судьба? Связи

      Энкил       Меня окружала темнота. Было больно и страшно. Раньше, когда я был рядом с Эдманом, радовался одиночеству, потому что, когда альфа приходил ко мне, могло произойти все, что угодно. Но сейчас не было спокойствия. Я только боялся за своего малыша. Как он будет без меня? Сможет ли Кроу позаботиться о ребенке? Я не хочу, чтобы мой ребенок почувствовал хоть что-то, из того, что пришлось перенести мне. Я рвался к своему малышу, но тьма не отпускала.       Слабак.       Да, я слабак. Больше всего на свете мне хочется оказаться рядом с сыном. Я боюсь за него. Я должен его защитить. Я не такой, как мои родители, и никогда не брошу родного сына на произвол судьбы. Он должен быть счастливым.       Мне надоело бродить среди темной пустоты. Я сел на землю. И не мог сделать больше и шагу. Я устал. И сил больше нет. Зачем я здесь брожу? Мне не вернуться. Я мертв.       - Привет, - услышал я незнакомый голос.       Из темноты выпорхнула тоненькая фигурка. Омежка лет четырнадцати смотрел на меня своими огромными голубыми глазами. У него были белые, как снег, волосы, которые завивались кольцами на концах. Омежка смотрел на меня удивленно, а на губах его играла легкая улыбка.       - Привет, - шокировано ответил я.       - А ты почему здесь сидишь? – спросил омежка. – Тебе давно пора переродиться…       - Я не могу…       - Почему?       Парень уселся рядом со мной на землю. В своих белых одеждах он походил на ангела.       - Я не могу бросить своего сына.       - А как его зовут?       - Он еще не родился, поэтому у него нет имени.       - Ааа…       Омежка кивнул. Он казался наивным ребенком.       - А что ты здесь делаешь? – спросил я.       Стало грустно, ведь он тоже, наверное, погиб, раз скитается здесь.       - Да так, ничего. Просто гуляю. Здесь так интересно. Хотя, не думал, что встречу здесь родственника.       - Родственника? – удивился я.       - А ты не чувствуешь? – удивился омега. – Ты мой племянник.       - Племянник? Я же старше тебя.       - Так сложилось… не все же на первой двадцатке потомство заводят. Мой отец долго искал свою пару, потому был уже достаточно взрослым волком, когда я появился. Кстати, меня зовут Кайлин. Красивое имя, правда? Меня в честь деда назвали. Хотя, какой он дед? Я тоже хочу быть таким красивым, как он. Только вряд ли. Ты посмотри, у меня уродливые веснушки!       Омежка подвинулся ко мне поближе, чтобы я смог рассмотреть несколько пятнышек на его курносом носике.       - Ты красивый, - сказал я.       Это чудо улыбнулось во все тридцать два.       - Спасибо, ты тоже, - омежка опустил смущенный взгляд.       Мой дядя оказался очень забавным парнем. Совсем ребенок.       - А тебя уже похоронили? – спросил Кайлин.       Я вмиг погрустнел.       - Нет, только после того, как родится мой сын.       - Как так? – удивился омежка.       - Мое тело живо, пока растет мой ребенок. Но скоро он родится, и мое тело погибнет.       - Но почему же ты не возвращаешься в свое тело?       - Я не могу.       Омежка надулся.       - Это неправильно! – заявил он. – У тебя ведь ребенок! Нет, так не пойдет! А ну, быстро поднимайся на ноги.       Я послушался. Энтузиазм Кайлина пугал.       - А теперь брысь к своему ребенку. И меня приезжай проведывать! Внука покажешь.       Парень хлопнул ладонями перед моим лицом, и все пространство озарила яркая вспышка. Я закрыл глаза.       А затем открыл их. Было больно... плохо. Дышать тяжело, во рту пересохло. Голова кружилась от слабости. Я попробовал пошевелить рукой, но у меня ничего не получилось. Тело не слушалось, я не чувствовал рук и ног. Я открыл рот и захрипел. Мне нужна была помощь.       Только через несколько минут я, все же, смог заставить свою руку двигаться. Было холодно. Я почувствовал странные толчки внутри. Будто кто-то зашевелился. Стало больно, перехватило дыхание. Но все же я понял, кто именно так пихает меня. Слабая рука легла на большой живот. Сквозь кожу можно было ощутить мощные толчки ребенка.       И тогда я рассмеялся. Смех был страшным, каркающим, но это не имело значения. Не знаю, как Кайлин сделал это, но он помог мне вернуться к моему ребенку.       - Привет, - ужасный хриплый голос. – Ты пытался папу разбудить? Потому так дерешься?       Внезапно малыш перестал меня лупасить. Он все еще двигался, но плавно и безболезненно.       Очень хотелось спать. Но я не решался сомкнуть глаза. Боялся, что больше никогда не проснусь. В глазах стояли слезы. Несмотря на мою физическую истощенность, внутри была решимость. Я больше не сдамся. Не когда этот маленький человечек так нуждается во мне.       Скрип и хлопок. Кто-то приблизился ко мне. Перед глазами все плыло. Я смог только рассмотреть светлую шевелюру.       - Воды, - прохрипел я.       Фигура застыла. Меня это разозлило. Так хочется пить…       - Энкил? – тихий, но знакомый голос.       Это, наверное, Кроу. Почему он здесь? Он не ненавидит меня? Я обманул его, и теперь он точно это знает.       Он набросился на меня. Я не успел даже испугаться. Только охнул. Вмиг я оказался в теплых и надежных объятиях. Я чувствовал, как дрожит альфа. Он целовал меня нежно, гладил по бокам. Я вцепился в его рубашку, и прижался к нему. Тяжело, сознание плывет, но меня любят. И это придает еще больше сил.       Я слышал, как бежит по его жилам кровь. Сдерживаться было невозможно, мне нужна сила. Я впился клыками в беззащитную шею вампира. Живительный источник утолял жажду. Кроу не пытался оттолкнуть меня, и я был благодарен за это. Мне нужно было много крови, чтобы насытиться, но я заставил себя остановиться. Не хотелось, чтобы Кроу пострадал из-за меня.       А потом мне ужасно захотелось спать… но как же я боялся. На краю сознания я отметил, что альфа опустил меня на кровать и накрыл одеялом, а сам ушел. Я испугался, что снова останусь один. И только мой малыш, который светился голубым светом, успокаивал.       Буквально через минуту началось что-то невероятное. В комнату ворвалось великое множество вампиров. Меня растолкали, раздели, влили в рот какие-то снадобья. Мне растирали руки и ноги, что-то спрашивали. Ребенку тоже не понравилось такое внимание, и он вновь начал достаточно болезненно толкаться внутри. От всего этого разболелась голова. Меня оставили в покое. Наконец, усталость полностью овладела мной, и я спокойно уснул.       А когда проснулся, вновь увидел такие любимые карие глаза. В этот раз чувствовал я себя намного лучше. Я все еще слаб, но жив. И рядом мой любимый.       - Не уходи больше от меня, - тихо сказал Кроу. – Я уже утратил надежду…       - Никогда… больше никогда, - ответил я.