La Belle Dame

Оригинал: http://archiveofourown.org/works/962808/chapters/1887349 Лианна была Королевой, и ее трон на коленях у короля. Люди при дворе сплетничали, что стоит только великому Королю Рейгару посмотреть в глаза своей дражайшей супруги, чтобы решить, кому жить, а кому умереть. Они говорили о том, как она наклонялась, чтобы отбросить назад прядь его серебристых волос, а затем нашептывала ему свои предложения, которые он выполнял безоговорочно. Они заметили руку, которую он клал на ее бедро, уделили внимание тому, как смягчается его лицо, когда он смотрит на нее, как она может перевернуть его собственные эмоции в ту или иную сторону. Управляемый собственной женой, говорили они. Но как? Что эта женщина сделала с ним? По правде говоря, она не сделала ничего и сделала все одновременно. Улыбка на ее рубиново-красных губах означала усмешку на красивых губах Рейгара, немного хмурое выражение ее лица означало мрачную гримасу короля. Некоторые пытались найти положительную сторону во всем этом, настаивая на том, что она, должно быть, действительно доставляет ему удовольствие, что он на самом деле любит ее и стремится порадовать, но никто не мог не обратить внимания на то, что одно резкое движение ее запястья означало тяжелый кулак для виновного. Некоторые звали ее ведьмой, колдуньей, которая осыпала множеством поцелуев бровь Рейгара, вытесняя все его мысли прочь. Если это правда, то все началось в Харренхолле, где она и околдовала его. Все вспоминали, как внезапно принц присоединился к участию в турнире, как он сбил с ног лучшего и вышел в итоге победителем. В этот день он походил на прекрасного принца из легенд, их сереброволосый принц, и его история должна была стать сказкой, которую будут рассказывать детям спустя много лет. Он должен был короновать Элию, которая носила не одну корону, но две, и которая должна была получить третью из рук ее галантного супруга... Даже самый черствый человек на свете нашел бы в этом свою особую прелесть и красоту! Однако никто не забудет того, как взгляд Рейгара был сосредоточен на Лианне с того самого мига, когда он стянул с головы свой шлем. Все помнили, как он проскакал мимо своей жены, даже не бросив на нее извиняющийся взгляд, как он остановился прямо напротив девчонки Старк, чтобы положить ей на колени корону из роз. И все кто присутствовал при этом, могли заметить волчью усмешку, что украсила ее полные губы, как кончики клыков были обнажены, будто готовые вцепиться в сердце серебряного принца. И это ужаснуло их. О, и истории, которые сплели об их любви позднее! Чары, что она наложила на него, были слабыми, убеждали они себя, что ему нужно видеть ее, чтобы любить. Он вернулся таким уязвимым к жизни в Королевской Гавани, - его жена родила ему ребенка, сына, и он выглядел достаточно счастливым, это да, - но он все равно ушел. Он ушел, чтобы найти ее, эту колдунью, эту фею, эту сирену. Они рассказывали, что Лианна высовывалась из своего окна и пела свои ведьмовские песни, которые услышал Рейгар, находящийся за сотни миль от нее, а все благодаря ветру, что принес их с собой, что она притягивала его, как огонь мотылька. Это было неестественно, сила Рейгара у Трезубца была не естественной. Роберт Баратеон был не из слабых, – он был лютым, яростным быком, – он был мужчиной, который жаждал женщину, что околдовала и его тоже. Рейгар был сильным, но не свирепым. Из-за своей утонченности он бы легко мог остаться мертвым в водах Трезубца, так и было бы, если бы не фея, что насыпала в его глаза волшебный порошок, что влюбил его в нее. Это так, оба мужчины обладали силой и мощью, но с Рейгаром была магия. Таким образом, Рейгар зарубил Роберта, и как только его кровь окрасила воды красным, он закричал во всю мощь: - Приведите ее ко мне! Ему не нужно было уточнять кого именно. Он не двигался до тех пор, пока не прибыла она, с ребенком на руках. И только тогда они направились в Красный Замок, где на Железном Троне восседал его отец. - Мы спасены! – закричал король. Но Волчица прошептала что-то на ухо Рейгару, и он вытащил свой меч, чтобы затем пронзить мерцающим в слабом свете свечей лезвием сердце собственного отца. Лианна улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ. И его глаза были глазами мужчины, безумного от любви. Днями позже, Принцесса Элия была отправлена назад в Дорн. Новая Королева видела, как она покидала ворота Красного Замка, нося корону, что когда-то принадлежала ей. Корону, что Рейгар самолично возложил на ее голову. Никто не мог понять, как такой великий человек, как Рейгар Таргариен, мог так просто склониться перед какой-то женщиной. Люди старались понять, в очередной раз сбитые с толку пугающей силой своей Королевы. Они посчитали Рейгара за низменного человека, что ищет удовольствий плоти, которые его жена с радостью удовлетворяет. Вульгарные истории, что ходили о Королеве, рассказывали о том, как она своими когтями расцарапывала ему спину до крови, о том, как ее ноги обхватывали его, как змея обнимает свою жертву в смертельном объятии, как ее поцелуи высасывали из него жизнь. Мужчина превратился в раба, покоренного женскими уловками, говорили они. Но Рейгар не был рабом удовольствия, заключенного между ее бедрами. Он был просто ее рабом. Это ради нее он начал войну, это ради нее он убил собственного отца. Это ради нее он отослал прочь его верную Элию, чтобы освободить для нее место в его постели, чтобы избавиться от любой другой женщины в его жизни. Все они были привидениями, мерцающими призраками, что проходили сквозь него, но Лианна была другой. Она была феей, сверкающе яркой, как и ее огненная душа. Она была феей, которая зацепила его своими искристыми серыми, такими серыми глазами. Она что-то еле заметное, прекрасное видение, что-то стремительное, что-то, что он уже не может потерять. Она должна быть рядом с ним, потому что покорен ее воле. Да и какой мужчина может быть настолько безумен, чтобы отпустить от себя это прекрасное волшебное создание? Однако для придворных она Волчья Королева, Драконья Шлюха и Колдунья. Для Рейгара она просто Лианна, волчица его сердца. Одним своим прикосновением, она разоружает его, срывает прочь все его защиты без всякой жестокости одним лишь мягким дуновением, одним слабым вздохом. Одним своим поцелуем она разрушает его, отделяя мысли от тела, посылает огонь, что горячей волной протекает по всему его телу от головы до кончиков пальцев ног, пока он не станет настолько охваченным желанием к ней, что просто не сможет больше мыслить разумно. Рейгар знал, что никто не поймет его любви к ней. Даже сам Рейгар не мог полностью объяснить, чем же она так привлекла его. Возможно, если они когда-либо зароют нос в ее пышные темные кудри, вдохнут ее сладкий запах, смогут ощутить ее аромат, тогда они смогут понять. Возможно, если бы они увидели ее обнаженный силуэт в ночи, то, насколько неземной она выглядела, когда лунный свет сиял вокруг нее, некоторые смогут понять. Возможно, если бы они почувствовали ее прикосновение, всего раз, всего лишь кончиком ее тонкого пальчика, почувствовали бы то, как это прикосновение обжигало его кожу всякий раз, почувствовали насколько это сладко и как это ужасно больно, когда ее прикосновение исчезает, несмотря на то, сколь долго оно длилось... Но никому не нужно быть настолько близко. Стоит только посмотреть в эти серые омуты ее глаз, как можно тут же утонуть в их глубинах. Омуты ее глаз, что выглядели настолько холодными, настолько суровыми, тут же растают, стоит только упасть в них. И когда Рейгар смотрел на нее, он чувствовал тепло. Она заставляла его кровь гореть диким, безудержным пламенем. Его губы жаждали ее. Его руки дрожали в ожидании прикоснуться к ней. Так что когда она садилась к нему на колени, он лишь крепче прижимал ее к себе. Он может и король, но это она та, что управляла им.