Золотая молодежь.

Джинни заглядывает в комнату к сыну. Так не может больше продолжаться. Больше нет ее веселого, озорного, шаловливого и беспокойного сына. Больше нет шалостей и проказ. И то, что ей не нужно его сдерживать и контролировать, ее беспокоит больше всего. Вместо ее непокорного мальчика в доме появился грустный юноша, который целыми днями сидит на подоконнике и смотрит вдаль. Он плохо ест, он почти не спит. И Джинни знает, что виной всему Малфой. Вернее сказать, все Малфои вместе взятые. Везде, всегда, всю жизнь… Лето почти подошло к концу и впереди у Джеймса последний год обучения. И если не решить эту белобрысую проблему сейчас, то неизвестно как оно решится в школе! Джеймс обнаруживается там, где мать ожидает его увидеть. Он сидит на подоконнике, подложив одну ногу, и смотрит, как садится солнце. - Эй, мистер Поттер, - голос матери звонкий и не к месту радостный, - ты решил заморить себя голодной смертью? - Я не голоден, мама, - бубнит юноша, даже не повернув голову. - Вот тебе и на! – говорит Джинни. – Растила, растила героя, а выросла девчонка. Джеймс дергается, как от удара и медленно оборачивается. - Ты это о чем? – удивленные глаза на пол-лица. - Так и будешь сидеть и вздыхать, Ромео? - Ну ты же знаешь, мам, - зло парирует парень и отворачивается. - Он-то тебя хотя бы любит? – ее голос становится ласковее и она подходит ближе. - Ты же знаешь, это не имеет значения… его отец… - Вот пойди и поговори, - перебивает сына Джинни. - Как? – мальчишка даже подается к ней. - Все-то тебе надо объяснять, - нарочно ласковым голосом говорит Джинни, - как маленькому. Пойди к Малфою-старшему, объяснись с ним, попроси разрешения ухаживать за его чадом. Как все благовоспитанные маги. Или ты не знаешь? - А Скорпиус? – Джеймс смотрит ей прямо в глаза. - А что Скорпиус? Ему не говори. Зачем? Ты же у меня воспитанный? Воспитанный! Решительный? Решительный! Мужик ты, в конце концов? - Мужик, - кивает Джеймс и утыкается головой матери в грудь. – Только это же сам Драко Люциус Малфой! А без его разрешения Скорпиус боится. И вообще говорит, что не позволят ему… ну… со мной. Джинни хитро щурится, обдумывая что-то свое. Но сыну это знать не обязательно. - Тоже мне, Драко Люциус, - хмыкает Джинни и гладит сына по голове. – Тебя тоже не на помойке нашли. Наследник двух самых именитых семейств, сын героя. - Ма-а-а-ама-а-а-а, - на одной ноте тянет Джеймс. - Ну сиди, сиди, - говорит ему сердито мать. – Считай звезды. А твоего белобрысого отец возьмет и женит! Или какой-нибудь Забини заграбастает. - Да ты что! – подскакивает юноша. – Какой еще Забини?!? Он меня любит! Вот пойду и скажу его папаше! Мужик я, или нет?!? - Мужик, мужик, - поддакивает ему Джини. – Покушаешь? *** - Я Вас слушаю, мистер Поттер, - Драко со скучающим видом переводит взгляд на Поттера младшего. – Чем обязан? Джеймс слишком нервничает, что бы заметить хоть что-то вокруг. Он не подмечает, как Драко поправляет воротник мантии, прикрывая голую шею. Не подмечает, как сам собой исчезает носок, который лежит прямо на ковре. Не подмечает, как замирает излишне качающаяся портьера. Он нервничает, переминается с ноги на ногу, ерошит свои волосы. А Драко следит за паршивцем из-под своих светлых ресниц и видит, как он сейчас похож на отца. Как аппетитно он выглядит. И как он не вовремя! - Мистер Малфой, - решается, наконец, старший наследник героя всех героев, - я пришел к Вам для того, что бы попросить Вашего отцовского разрешения официально ухаживать за Вашим сыном. Малфой цепенеет. Он никак не ожидал такого поворота и теперь в нем борется здравый смысл и привитые манеры. - Вас не смущает, что он юноша? – зачем-то спрашивает Малфой. Время тянет. Поттер улыбается краешками губ, глядя в пустоту. - Он самый лучший, - на выдохе. - Я бы хотел обсудить это со Скорпиусом. Что он думает по этому поводу? – это Малфой говорит больше себе. - Он не против, он того… тоже меня любит… - Джеймс говорит быстро, сбивчиво. И Малфой вновь подмечает, насколько он похож на отца. - А Вы, значит, его любите? – холодный взгляд буравит несчастного Джеймса и тот краснеет еще больше. - Да я его… да он для меня… - Мистер Поттер, я понимаю, что косноязычие у Поттеров, это семейное. Но не могли бы Вы потрудиться объяснить это более внятно? Портьера вновь начинает покачиваться, но это замечает только Малфой. - Я люблю его, мистер Малфой, - выдыхает сердитый Джеймс. – Люблю больше жизни! Я для него на все готов! - Ему еще два года учиться! – хмурит брови потомственный лорд. - Конечно! Все что Вы скажете! Только разрешите официально, что бы мой… что бы никто… В комнате повисает молчание. Джеймс, весь в красных пятнах, тупо смотрит в пол, боясь услышать отказ. Малфой лихорадочно обдумывает, как поступить лучше. - Вы же еще не того? - зачем-то говорит Драко. - Что? – удивленно спрашивает Поттер. - Не целовались! – сердится Малфой. - Целовались, - бубнит Поттер. - Целовались они, - Малфой трет мизинцем бровь. В комнате чувствуется напряжение, нетерпение и неясность. - Хорошо, Джеймс, я подумаю, - после длительной паузы говорит Драко, - решение пришлю совой. Ступайте. - Мистер Малфой, - Джеймс едва сдерживает себя. – Он все равно будет моим! Нам нельзя врозь! - Мистер Поттер, Вас не научили выдержке? – повышает голос лорд Малфой. - Он все равно будет моим! – рычит Поттер. – Я для порядка пришел, что бы все по правилам сделать. Скорпиус сказал, что от титула откажется если Вы … - Достаточно! – обрывает гневную тираду Драко. – Я Вас услышал, мистер Поттер. И не сказал нет! Мне бы хотелось услышать объяснения сына. Или на такую малость я права не имею? - Имеете, - уже тише отвечает Джеймс. - Вот и отлично! Ступайте! С нескрываемым недовольством на лице, Джеймс Сириус Поттер уходит. Малфой вальяжно разваливается в кресле, выставляя из-под мантии босую ногу. - Хватит прятаться, иди уже сюда, - говорит он в пустоту. – Карнизы мне оборвешь! Из-за портьеры выходит совершенно обнаженный Гарри. - Ты почему ему сразу добро не дал? – буравит он сердитым взглядом Драко. - Может им еще постельку постелить? – невозмутимо парирует Драко. – Ты был в курсе? - Догадывался, - пожимает плечом Поттер-старший. - Я тоже догадывался, - фыркает Малфой. – Но что бы так явно, с вызовом! Отречется он! Где они этого понабрались? - А что ты хочешь? – Поттер уже забирается своими горячими ладонями под малфоевскую мантию. – Золотая молодежь! Ты что, голый?!? - А ты сильно одетый? – парирует Драко. - Меня видно не было, - злится Гарри. – А ты что, беседовал с моим сыном в одной мантии?!? - Да!!! – Малфой демонстративно распахивает мантию, выставляя на показ свое, по-мальчишески стройное, тело. – Я принимал твоего сына в одной мантии! И нечего на меня так смотреть! Сам виноват! Говорил тебе, пойдем в спальню, но тебе приспичило именно в кабинете. - Приспичило! – пыхтит Поттер, оглаживая бока Драко. – Очень приспичило. - Пока ты еще можешь соображать, скажи мне, что нам с детьми делать? – голос у Драко уже с хрипотцой желания. - Надо разрешить, чего уж там, - выдыхает Гарри прямо в тонкие малфоевские губы. – Все равно же не переубедишь. Мы, Поттеры, своего не отдаем! - Да мы тоже, вроде как, - тихо смеется Малфой. – Только я думал, что мы первые объявим о наших отношениях. - Тогда поторопимся, - соглашается Гарри и вовлекает Малфоя в страстный поцелуй. *** Джинни с удовольствием усаживается в любимое кресло. Огромная кружка душистого кофе, горячая выпечка, коробка конфет. Именно так выглядит счастье. Не нужно никого одевать, кормить завтраком, утирать сопли. Никто не скажет «Что мне надеть?», «Мама, где мои носки?», «Дорогая, где моя газета?». Никто не уведет из-под носа кофе или булочку. Она наслаждается тишиной прохладного ноябрьского утра и ароматом любимого напитка. Тихо смеется, развернув газету. Уже два месяца прошло, а газетчики все ни как не могут угомониться и перестать перемывать кости ее бывшему мужу и его, теперь уже, официальному любовнику. А что будет, когда и их старший сын заявит свои права на единственного наследника Малфоев? Но Джинни это не тревожит. Это теперь проблемы мужчин, как старших, так и молодежи. Сами пусть выпутываются, а она в сторонке постоит. Она вообще теперь намерена думать только о себе. За Тедди вообще нечего волноваться. Их скромное венчание с Мари-Виктуар стало логическим подтверждением их чувств. Да и колдомедики из обоих получились отличные. Альбус достаточно спокойный и серьезный. Решил не спешить с браком и сделать карьеру. Джинни невольно улыбается от мысли, что бывший муж мечтает видеть Альбуса политиком, а сам Альбус серьезно занимается квидичем, и ему пророчат большое спортивное будущее. Лили слишком независима и решительна. И мать даже не собирается давить на дочь в принятии каких-то жизненно важных решений. Самой большой проблемой был Джеймс, со своей патологической страстью к Малфою-младшему. Но теперь эта проблема улажена и можно расслабиться. Пусть мужчины думают, что это их выбор, их решение, их поступки. Не станет Джинни Уизли, в прошлом Поттер переубеждать их в обратном. Слишком много было вложено труда в то чтобы, наконец-то, муж ушел к своему обожаемому Драко, что бы дети были пристроены и счастливы. И вот сейчас она точно не позволит рассыпаться своему такому хрупкому счастью. Сейчас она будет устраивать свою личную жизнь, думать только о себе. И, в конце концов, просто пить свой любимый кофе!