Опасное наследство

Зайдя в комнату, я без сил опустилась на низенький диванчик, наблюдая, как слуги закатывают бочку, что заменяла тут ванную, и ведрами носят горячую воду. Покачивая удобной замшевой туфелькой на пальчиках, задумалась. Вот почему даже в чужом мире девушкам приходится самим решать все проблемы? Стук в дверь отвлек меня от невеселых дум. Это моего "суженого" принесли, бережно уложив на кровать, где он тут же уткнулся лицом в подушку. Он там что, уснул, что ли? Я поднялась, служанки, закончив приготовления, почтительно склонились, пятясь назад. Искоса глянув на них, еще подумала - лишь бы не навернулся кто у порога. Так и есть, одна из девушек, споткнувшись, растянулась, но ее тут же утянули в коридор, поспешив закрыть за собой дверь. Шустро, однако. - Эй, ты там живой? - вздохнув, подошла к наследнику, присаживаясь на краешке огромной кровати. Тот, услыхав меня, отвернулся. Я раздраженно нахмурилась. Больно надо. Кому тут, собственно говоря, нужнее снимать проклятие? Мне или ему? - Простите, леди, я понимаю, на какие жертвы вы идете ради нас с братьями, - услышала приглушенный голос Лебруса и, разозлившись, больно ударила его в плечо. Лебрус застонал, но ко мне не повернулся. - Эй, ты! Уважение мог бы и проявить! - Простите, леди, - это все, что смогла от него добиться. Гад, я ему еще подсыплю блох в штаны. Он у меня еще попрыгает. Только потом... После этого... Снятия заклинания. Мне надоело сидеть и ждать неизвестно чего, тем более что ванна уже готова. Сняв одежду, полезла в воду. Ой, как хорошо-то… Тепло тут же начало проникать в мое напряженное тело, расслабляя его. Я так разомлела, что, видимо, прикемарила*, а проснулась от того, что чьи-то руки нежно массировали плечи. Испугавшись, подпрыгнула так, что половина воды плюхнулось на моего нежданного массажиста. Уже было собиралась заорать, как, обернувшись, наткнулась глазами на наследника: - Лебрус? Принц в кружевной белой рубашке, вымоченной и так сексуально прилипшей к его коже, стоял столбом, таращаясь на меня. Ну да, я ж голой полезла мыться. А что вы думали? Нет! Напрочь отказываюсь купаться в длинных ночных сорочках, как тут у них приняло. И вот только сейчас, видимо, от потрясения лицо принца оказалось неприкрытым. Половина была уродливо искажена наростами, покрытыми отвратительными черными волосками шерсти. А из-под верхней губы с левой стороны торчал кривой клык. Отпрянув, прикрыла рукой рот. За что его так? Принц, придя в себя от моего купания и поняв, что я его разглядываю, со стоном бросился было из комнаты. Но куда там! У меня пронеслась картина, как я его потом полночи буду искать по всему замку, бродя коридорами и пугая прислугу, поэтому, даже не успев осознать все до конца, схватила первое, что под руку попалось, и отправила в полет вслед за сверкающими пятками наследника. И, что приятно, таки попала. Послышалось звонкое "Бамс!" медного кувшина, что выполнил роль моего снаряда, и жених рухнул как подкошенный у самой двери. - Фух, успела, - выдохнула я, вылезая из бочки. Наскоро вытерлась заранее приготовленным расторопными служанками полотенцем, навертела на голове чалму и натянула сорочку. Хватит пугать и так уже пуганого наследника. Привести его в сознание мне удалось всего парой пощечин. Лебрус застонал, открывая глаза и с ужасом глядя на меня. - Не бойся, я не кусаюсь, - "успокоила" принца, помогая подняться с пола. Все-таки он тут каменный и довольно холодный. Наследник все старался отворачиваться от меня, пока, зацепившись о тяжелое кресло, не растянулся на шкуре какого-то мохнатого, нечесаного животного у камина. - Ну, - я скрестила руки на груди, - может, хватит тут устраивать представление? - Вы о чем, леди? - прошептал Лебрус, наконец поднявшись, и сел около огня, прижав к груди колени. Ну прямо маленький обиженный мальчик. - О том, что у нас есть дело. Важное! Другие наверняка уже на полпути к расколдовыванию, одна я тут корячусь да уговариваю своего. Под ложечкой что-то противно засосало. Лечь в постель с человеком, которого даже толком не знаешь? Облико морале, чтоб ее. Смогу ли? Все-таки хоть и была с мужчиной в близких отношениях, целых три с половиной раза. Последний смылся через окно, прихватив мой мобильник, пока я прихорашивалась в ванной. Я, как дура, почти месяц надеялась, что он его взял, чтобы потом позвонить. Ага, щас! Так что опыта в постельных делах у меня не так и много. А уж тем более мне не приходилось уламывать парня, как правило ситуация была в корне противоположной. Да еще и мысль о том, что в это мире наверняка слыхом не слыхивали об элементарных контрацептивах, окончательно портила мне боевой дух. Залетать как-то не очень охота. Пока была занята мыслями, наследник встал, распрямляясь, медленно начал раздеваться. Я уставилась на него во все глаза, отмечая, что сложен как раз в моем вкусе, вот только бы еще так не сутулился. Ну ничего, это выбью довольно быстро. У меня дома весь подъезд ходил ровнехонький. Когда рубашка шмякнулась на пол, я вздрогнула, но когда лосины со скрипом съехали вниз, я не выдержала. Вот честно, каюсь. Виновата. Ну подумаешь, посмеялась чуток, ну еще пару раз ткнула в кружевные трусы, почему-то в нежно-голубой цветочек. Так что ж, сразу бежать из моей спальни? Вот теперь, чертыхаясь, хожу по замку в поисках моего принца. - Вашество-о-о, - остановилась возле двери, прислушиваясь, вдруг отзовется. Только из-за нее полились такие охи, что аж завидно стало – интересно, кто там? Левый валенок Лапы готова заложить, что Иван-медведь со своим избранником, кажись, это его рев слышится. - Вашество, ну вылезайте в самом-то деле, нам пора снимать заклятие, - я поежилась. Не до конца высушенные волосы неприятно холодили спину. Решив плюнуть с поисками и вернуться к себе, я обернулась: - А-а-а!!! На мой вопль в течении двух минут собрались все жители и гости этого замка. Коридор быстренько осветили факелами, приведение прижали к стенке, а Лапа еще и для надежности огрел его скалкой. Как оказалось, призрак был фамильным и обитал здесь не одно столетие. - Леди Дарена, вам нечего бояться, - улещивал меня Вайтес с одной стороны и Иван-змей с другой. Эсталь помог прийти в себя призраку, тот скоренько просочился сквозь стену подальше от моих огромных "испуганных" глаз. Повсхлипывав еще с полчасика, я наконец согласилась изволить вернуться в свои апартаменты, точнее, пришлось согласиться. Иван-медведь так пожирал глазами своего любимого, что я побоялась, как бы они прямо тут не начали снимать заклятие. Ведь и остальные не сильно от них отставали. Вон Эсталь, выскочивший на мой вопль голым, но в перчатках, прикрывая подушкой свое достоинство, то и дело тянулся губами через меня к Ивану-соколу. Убедившись, что я цела, всем эскортом препроводили назад, мило улыбаясь и желая приятного время препровождения. Мне аж завидно стало. Решив подпортить им чуток настроение, решила пожаловаться на судьбинушку, разыграв спектакль. Заламывая руки, запричитала на весь замок: - Вам-то хорошо. А меня, сиротинушку, покинул мой сокол ненаглядный. Не пожелал ложе со мной разделить, не захотел усладить мои сахарные уста лобзанием. Ой! Это мне Лапа ущипнул чуть пониже спины. Пока я на него сердито сопела, мне нашли моего принца, впихнули нас в комнату и, с грохотом закрыв дверь, удалились, оставив нас вновь наедине. На Лебруса было жалко смотреть. Прикрытая куском какой-то ткани звериная половина лица, выглядела еще более нелепо, нежели он сам закутанный в наподобие мумии в какую-то жутко пыльную тряпку. Бедняга не знал, куда спрятать от моего ехидного взгляда. Интересно, где он скатерку спер, чтобы замотаться? - Мир? - я протянула ему руку. Наследник долго на нее смотрел, как на ядовитую змею, но потом таки пожал, вздохнув. - Мир, леди. Сев на диванчик, я похлопала рядом с собой: - Давай поговорим? Разговор продлился почти до утра. Лебрус постепенно раскрылся, делясь воспоминаниями о своем безоблачном детстве. Игры, шалости, нежность материнского поцелуя на ночь, и первые уроки фехтования с отцом. Споры с братьями, кто умнее, кто сильнее, сбитые коленки от бега наперегонки к ущелью и разбитые губы в первых, но далеко не последних драках. Родители тешились такими активными детьми и, недолго думая, построили четыре замка, дабы они стали столицами четырех сторон света. Каменная дорога проходила от одного дома к другому. Родители жили у каждого сына по очереди, чтобы, не дай Бог, снова эти лоботрясы, как их называл отец, не принялись выяснять, кого же любят больше. Эсталь в своем замке начал строительство магической академии, чтобы и далее изучать науки разные да в волшебстве преуспеть. Лебрус увлекся военным делом. Вся мощь была сосредоточенна в его замке. Вайтес обладал богатой фантазией, подбирая ткани для платьев придворным дамам и обивку для декора залов и спален. Мирону нравились эксперименты. Церебрус, между прочим, его рук дело, только сбежал песик от назойливого принца к его брату, уж больно понравилась идея Мироше сделать псу еще и три хвоста. И вот радость в семье - старший сын полюбил деву прекрасную. Влюбился без оглядки, не видя и не слыша ничего и никого, кроме ее речей. Родители радовались счастью сына, уже мечтая о внуках. Но непроста оказалась дева. Пока Лебрус готовился к свадьбе, невеста тайно встречалась с Вайтесом, зачаровывая его, влюбляя в себя и подталкивая убить брата. Да не все вышло так, как хотела ведьма, Вайтес был воином добра и света, и убить Лебруса во сне посчитал позором для чести рыцаря, к коим он, несомненно, себя причислял. Поэтому он отправил птицу с запиской к брату, в которой указывал место, время и причину поединка. Вскипела кровь у Лебруса, когда он прочел послание. Схватив камзол и верный меч, отправился к месту встречи. И сошлись братья в бою не на жизнь, а на смерть за любовь девы, и зазвенели клинки, высекая искры. Но не удалось погубить братьев ведьме, вмешался Мирон, по чистой случайности гулявший рядом, и, разняв дерущихся, потащил в башню, где обучался магическим премудростям младшенький. Эсталь заглянул в зелье мутное и рассказал, что вовсе не непорочная дева это, а злая колдунья. Не поверил ему Лебрус, да и как можно поверить в то, что его кроткий, нежный цветок невестушка может быть злом? Тогда Эсталь воззвал к шару хрустальному и попросил показать девушку без наведенного ею колдовства. Шар магический выполнил его просьбу, заодно предоставив образы с ее злодеяниями. Реки пролитой крови, заключение договора с демонами об обмене человеческих душ на силу колдовскую и молодость. Тысячи жертв она принесла на алтарном камне, не щадила никого. И стала ее душа темнее ночи, зло поглотило ее, превратив в демоницу. Углядев все это, повесил головушку Лебрус, тоска поселилась у него внутри, а сердце заплакало кровавыми слезами, навсегда запирая чувства глубоко в душе. С помощью Эсталя им удалось усыпить колдунью и убить на рассвете, когда ее сила становилась меньше. Четыре кинжала пронзили сердце ведьмы, но не так-то было просто убить зло. Умирая, прокляла их злая колдунья. Родители стали двумя горлицами, что на рассвете всегда прилетают к братьям, дабы проведать сыновей. Люд превратился в пыль и сорняки, паутину и огромных тараканов (я вспомнила, что во всех замках было ужасно грязно. Теперь понятно, почему наследники жили в таком запустении, не от их лени, а из страха, что любая пылинка может быть человеком). Братья перестали узнавать друг друга, каждому виделось чудо страшное, ревущее и тянущее свои лапы. Сила колдуньи повисла тучей черною, накрывая все четыре замка. Теперь зло всячески взращивало свои ростки в душах братьев. А так как проклятие стерло из памяти все воспоминания о родне, искажая увиденное, то брат воевал против брата. Зло, исполняя их желания, оживляло мертвецов кладбищенских, призывая нежить из миров разных, каждую ночь гремели барабаны и слышался звук рога, призывающей войско идти в атаку. Кровь закипала, руки сжимали оружие и снова и снова братья кидались в бой. Но, кроме того, проклятие кружилось и кружилось, выпивая жизнь этого мира, и никто не мог его остановить. Мирон, самый рассудительный из братьев, закрылся в замке, чувство вины душило тяжелой скалой. Зло убеждало его, каждую ночь нашептывая, что не останови он братьев, мир мог бы выжить. А теперь? Теперь, кроме Мирона никого в живых не сталось, лишь чудища воют по ночам, бродя под стенами замка. Вайтес потерял свой изысканный вкус, превратившись в вечно хнычущего нытика. Эсталь - добрый, отзывчивый человек. Ему пришлось хуже всех. Ведь со всего мира к нему шли за помощью. Слава о младшем брате давно облетела округи. Он отличный лекарь и хороший маг, он мог излечить душу и восстановить тело. Но кого бы теперь Эсталь не коснулся, тот тут же превращался в колючее растение. На него теперь сыпались проклятия. Младший брат заперся в своем замке в надежде найти в древних свитках способ снять заклятие, постоянно слыша под стенами замка стенания остатков людского рода, просьбы о помощи. Самого же Лебруса колдунья обратила в зверя. Но человеческая сущность вступила в бой, принцы все были рыцарями света. Их воспитали в добре и отзывчивости к ближнему. И схлестнулось в его теле сила добра и сила проклятия. Наследник лишь смутно помнит эту агонию и свой собственный шепот сорванного от криков горла. А не так давно братьев начали навещать странные сны их прошлой жизни. Видимо, причиной стало мое появление в этом мире. Но проклятие не дремало, оно все свои силы сосредоточило на Лебрусе, подчиняя его. Я являлась угрозой, а значит, меня следовало убить. Злу нужна была марионетка - тело. Все это Лебрусу рассказали родители, все еще каждое утро навещая своего старшего сына и храня в нем остатки воспоминаний о семье. Я задумалась. Откуда у колдуньи такая огромная сила? Что это за девушка и почему она так жестока к этой семье? И тут меня осенило - джокер. Черно-белый джокер. Он находился далеко от колоды, его силу никто не удерживал, и со временем она многократно возросла благодаря жертвам, что приносила колдунья. Но кто она такая? Перед глазами все поплыло, и я увидела небольшой шатер, довольно юную черноволосую девушку, похожую на цыганку, бросающую камешки и вглядывающуюся в них. Полог шатра раскрылся и вошла... Бабушка. Точнее, девушка, которая станет моей любимой бабулей. Не узнать ее просто невозможно. Родинка с левой стороны над губой, пронзительные глаза, что казалось, видят насквозь, и ласковая солнечная улыбка. Это она, моя любимая бабуля. Только очень печальная почему-то, она прошла вглубь и села рядом с гадалкой. Они долго о чем-то разговаривали. А затем время как-то убыстрилось, я только и успела углядеть, как гадалка попыталась выдернуть из руки лежащей на ковре Вероники колоду. Ей удалось забрать лишь первую карту. Значит ли, что эта гадалка и есть колдунья, что наслала проклятие? - Да, и она моя бабушка, - ответил Лебрус. - Я видел твое видение, - кивнул в ответ на мое удивление. - Мама отказалась идти путем зла, ушла из дому. Вскоре она встретила моего отца и вышла замуж. Бабушка обозлилась на нее - ведь, не передав свой дар, колдунья не может спокойно уйти в мир иной. А отдавать его кому-либо ей не хотелось. Вот так, приняв вид молодой девушки, очаровала меня, собираясь погубить моих братьев и родителей моими руками. После убийства я уже не смог бы вернуться на дорогу добра, навсегда опустившись в пучину тьмы. Я откинулась на спинку дивана, голова гудела от услышанного. Кажется, я уже перехватила манеру речи у Лебруса. Хихикнув про себя, представила, как подхожу в супермаркет и так, вальяжно тыча наманикюренным пальчиком, говорю что-то типа: "Подайте мне сие". Продавщица будет в ауте. А потом... Глянув, что почти начало светать, неожиданно для самой себя потянулась за поцелуем, ласково поглаживая звериную часть лица Лебруса. Он замер, настороженно наблюдая за мной. Наши губы сомкнулись, именно этот мужчина вдруг показался мне таким теплым, нужным. А уже через минуту я не могла понять, как все это время жила без этого человека. Мы успели... Ну, расколдоваться. Я лежу на кровати, подперев голову руками, и любуюсь своим будущим супругом. То, что заклятие снято, я поняла, когда открыла глаза и взглянула на Лебруса. Его лицо было полностью человеческим. За окном пели птицы и был слышен чей-то смех. - Доброе утро, леди, - улыбнулся любимый, не открывая глаз и резко обнимая меня. - Доброе утро, сонное величество, - хохочу, пытаясь вырваться из объятий. Но куда там, мой принц силен и нежен. - Будем вставать? - Лебрус смотрит на меня, его глаза полны ласки и любви. - Да, пора бы уже, - послышался ворчливый голос Лапы со стороны сада. Я счастливо рассмеялась - ну вот, теперь все просто обязано быть хорошо. Лебрус, подмигнув мне, зашпулил* подушку в окно. - Эй! Это не твой замок и попрошу инвентарем не разбрасываться, - донеслось ворчание Вайтеса. - И вообще, вставайте, уже обед готов и ждем только вас. Я улыбнулась. М-да уж, после страстной ночи, наполненной любовью, очень хочется есть. Любимый пошел в ванную, а я позволила себе понежиться еще пять минут на кровати. Взгляд упал на рядом лежащую колоду. - Ну-ка идите сюда, - потянулась к картам, они засветились зеленоватым сиянием. Взяв своих помощников, перетасовала, рассматривая улыбающиеся масти. И тут: - Ты тут что делаешь? - нахмурилась, увидев черно-белого джокера. - Я больше не дам тебе даже возможности сделать что-то подобное, - рука выдернула карту, и я разорвала ее на мелкие части. - НЕТ! – раздался крик Лапы, - нельзя! Свет мигнул, окружающее завертелось. Я с ужасом взирала, как появившаяся в комнате черная воронка рвет на части ткань бытия, так же, как я только что разорвала карту. - Нет! - рядом на кровать запрыгнул домовой, плача. - Нет! Ты... Ты дура! Слезы покатились по щекам. Закрываю руками уши, отгораживаясь от крика, наполненного болью. Воронка поглощала все на своем пути, разрывая на куски и проглатывая, как огромный хобот, кусочки этого мира. - Карты это проводники. Пойми, если не будет зла, не будет и добра. Не будет тьмы, исчезнет необходимость в свете. Это закон равновесия, и только так существует вселенная! Вот для чего нужны были путешественницы сквозь миры. На хрупкие плечи этих женщин была возложена большая власть, сила и ответственность удержать зло и добро в равновесии, а ты решила пойти легким путем, - Лапа опустил голову, качая ею. - Прощай, Дарена, прощай! Не успела я ничего сказать, как домовой спрыгнул с кровати и был тут же заглочен воронкой. Я заплакала. Ну откуда мне было знать, что нельзя уничтожать карту? Откуда? Кровать дернулась и медленно поплыла в сторону развернувшейся воронки. Я сжалась, внутренне ожидая смерти. И мир померк... *** - Где ж тебя черти носят?! - проорало что-то прямо над ухом. Я подскочила, оглядываясь вокруг. Сердце стучало, готовое выпрыгнуть из груди. - Куды зеньки вылупила? - прикрикнул на меня такой родной голос. - Лапа? - я встала, разглядывая насупленного дедка. - Лапушка! - подхватив ойкнувшего домового, закружила. - Лапуличка! - Ить! Поставь на место, оглашенная! - завопил он, - у нас дело важное, а она нежности тут. Я опустила домового, счастливо улыбаясь. Лапа недовольно одернул рубаху, но было видно, что ему приятна такая моя реакция. И тут я нахмурилась. Это что? Это как? Сон? Вспоминая, что там далее, я дунула на кухню, вытаскивая сковородку и дуршлаг. Вручая орудие обороны обалдело хлопающему глазами Лапе, приготовилась защищать свое наследство - карты. Если все это сон, то я готова пройти его вновь и вновь, лишь бы спасти мир и моего Лебруса. Хотя... Я прищурилась, вспоминая русичей, бросающих в меня камнями. Нет, уж их я спасать точно не буду. - Так-с, Лапа, ну-ка скажи, у моей бабульки были какие-нибудь способности, окромя путешествия по мирам? - поинтересовалась, треснув первого лезущего в окно. Домовой ухнул и тут же огрел следующего. - Дык ведомо, все путешественницы видят вещие сны. - Вещие, говоришь? "Бзынь!" - третий желающий отобрать у меня бабулино наследство гупнул* на землю. - Замечательно, беги за картами, наше скольжение сквозь миры начинается. Домовой кивнул и дунул за шкатулкой, я сама себе улыбнулась, припоминая, какую карту вытянула в прошлый раз. Пойду тем же путем, что и во сне. Найду и спасу своего любимого, но не совершу ту роковую ошибку. Когда Лапа принес шкатулку, схватив ее, я побежала на крышу, попутно внимательно присматриваясь. Так и есть, у резного ящичка было двойное дно. И там, на бархатной подушечке была выемка для хранения черно-белого джокера. "Держи их вместе и раздельно, - появился в голове голос бабушки, наставительным тоном рассказывающий мне очередную сказку. - Ибо не может быть половина яблока, оно или целое или его нет вовсе". "Спасибо, бабуль", - я улыбнулась. Теперь, наконец, я все вспомнила и поняла. Достав первые три карты, окинула их взглядом. Вот и она, та, что начнет мое такое нелегкое, но увлекательное путешествие. Подняв вверх, внимательно вгляделась, ощущая, как мир вокруг меня замелькал разноцветным калейдоскопом перехода. _________________ Прикемарила* - вздремнула; Зашпулил* - запустил, бросил; Гупнул* - грохнулся.