Мертвая Тишина

Я очнулась в чьей-то машине. Рядом слышался до боли знакомый голос, который что-то обеспокоенно мне говорил. Повернув голову, я испуганно воззрилась на Тома. Как потом оказалось, он, услышав крики, все-таки вышел через черный вход и застал там меня. До скорой было не дозвониться, поэтому Том отважился самостоятельно отвезти меня. - Все будет хорошо, только держись, - произнес он, надавливая на газ сильнее. Я хотела что-то сказать. Так глупо. От этого стало только больнее. И вновь я погрузилась во тьму. Так моя жизнь кардинально изменилась. В нее ворвался Том. Тот самый, что сыграл моего любимого злодея. Это похоже на какой-то фантастический фильм. Так ведь не бывает... Но кто знает? Я слишком мало повидала, чтобы судить об этом. Мое окончательное пробуждение было уже в больнице. Рот уже зашит не был, но на лице была белая повязка, закрывающая мои губы.

POV Автор

В то время, когда героиня нашего рассказа лежит в палате, Том обсуждал с врачами произошедшее. На вопрос: "Кто это сделал?" все лишь пожимали плечами. Вскоре, один из докторов решился предоставить о потерпевшей информацию Тому, который никак не мог успокоится. Согласитесь, когда кому-то зашивают рот, это как-то... Волнует. Хотя, неправильно. Скорее, это можно описать так, что такое событие западает в память и даже может оставить след в душе. От этого могут быть кошмары, кстати говоря. - Как она? - спросил Хиддлстон у доктора Стивенса. - И кстати... Как ее зовут? - Амелия Бэннет, - ответил тот. - Состояние у нее стабильное. Говорить некоторое время не сможет. Также, после этого останутся шрамы. И психическое состояние тоже под угрозой. Понимаете ли, помимо такого жестокого обращения с ней, когда мы звонили ее родственникам чтобы сообщить, оказалось что те погибли. Ее дядя и тетя сегодня же сгорели при пожаре. К сожалению, Амелию придется отправить в детский дом. Том растерялся. После того, как он спас Бэннет, у него появилось некое чувство ответственности, которое требовало иного. К тому же, у него были личные мотивы, так что он решился на очень значимый поступок. - Могу ли я ее удочерить? - спросил он, на что доктор лишь устало вздохнул. - Поймите, вы известная личность. Наверняка СМИ заинтересуются ей, а лишнее внимание Амелии ни к чему. Она и так измучена. К тому же, ей нужна хорошая полноценная семья с отцом и матерью... Вы хоть знаете, как нужно воспитывать детей? - Прошу вас, мы точно не можем знать, когда ее кто-либо возьмет, если это вообще произойдет! Ей нельзя сейчас оставаться одной. - Она и не будет. Буду психологи и... - Серьезно? Хотите заменить ей всех - психологами? Доктор вздохнул и снял очки. - В моей практике уже было, когда человек чувствовал ответственность за того, кого спас. Это пройдет, поверьте. Такое случается. - Вы не понимаете, - произнес Том, глядя в глаза собеседнику. - Просто дайте мне шанс.

POV Амелия

Да, где-то там наверняка решалась моя судьба. Я уже размышляла о том, что будет, если мои тетя и дядя погибли. Отправлюсь в детский дом... Не люблю даже это слово. Не поймите неправильно, просто сами понимаете, что это место не из лучших и там не всегда бывают "добрые" люди, если они вообще есть. Внезапно в комнату зашел Том. Честно сказать, я не верила в это. Наверно я схожу с ума. Том Хиддлстон меня спас? Нет уж, я отказываюсь верить. Хотя, кто знает, что еще уготовила нам на этом свете судьба-злодейка? - Амелия, - из его уст мое имя звучало совсем по-другому. От одного звука его голоса я вздрогнула, не веря в происходящее. Не думайте, что я была на седьмом небе от счастья в тот момент. Мне было нелегко, я осталась совсем одна и мне было не до Тома. Мне было страшно и я боялась всего вокруг. Просто непонятный страх перед окружающими, будто все стремятся мне рот, стоит мне только сказать хоть слово. - Я знаю, что ты осталась совсем одна и тебя могут отправить в детский дом... - он начал осторожно. Том сам с какими-то опасениями глядел на меня своими яркими голубыми глазами. Судя по тому, что он сказал, я сделала вывод что все же тетя и дядя умерли. Наверно, со стороны выглядело жалким зрелищем, как я вся стала содрогаться, подавляя рыдания. Я ненавижу плакать. Это как-то... Низко. Зато зрелищно. Но я не разрыдалась, только не перед кем-то. Просто тряслась, стараясь успокоиться. - Я не брошу тебя. Обещаю, я позабочусь о тебе, - произнес Том. Что это значит? Я ничего не понимала, да и не хотела. Он быстро удалился, оставив меня одну. Кажется, вот она - свобода. Я давно мечтала сбежать вообще из города и жить своей жизнью. Я хотела свободы. И я получила ее. Но не так, как мне хотелось бы. В какой момент я пообещала себе больше не говорить вовсе и сбежать. Бежать от всего, что произошло. Не буду утомлять вас долгими рассказами о том, как Том приходил ко мне на протяжении месяца в палату и просто сидел рядом. Он безустанно что-то говорил, но я лишь смотрела в стену и молчала. Первое время он все понимал, мне ведь нельзя говорить, иначе швы разойдутся. Но когда их сняли... Я так и не заговорила. Именно поэтому мне дали большой альбом. Точнее, это было некое подобие планшета с большим количеством белых листов бумаги. К этому планшету прилагался черный маркер. Все это мне выдали, чтобы я хоть как-то общалась. Что ж... Ладно. Спустя месяц я вышла из больницы вместе с Томом. Некоторые мои вещи сохранились, так что переезжала я к своему новому опекуну не налегке. Не пострадали только вещи в подвале. При мне все еще был мой ноутбук, телефон, наушники, некоторая одежда и пара коробок с комиксами (да, в доме комиксы были в почете). В общем-то, мы переехали в Новый Орлеан, где у него были какие-то дела. Ну да, он же актер, да и сейчас у него, так сказать, небольшой тур, так как не так давно вышел фильм "Тор". В Новом Орлеане мы надолго, как я поняла. У него там была квартира, что меня не удивило. Вообще, хороший город. Он находится недалеко от Миссисипи и Мексиканского залива. Возможно, когда потеплеет, можно будет искупаться. Том ходил вокруг меня на цыпочках. Так странно. Вот то, чего я так долго хотела - увидеть Тома. И мне стоит только протянуть руку и я коснусь его. Но я не хочу. Потому что, опять-таки, мне страшно, что вновь кто-то сделает больно. Наверняка это объясняется с точки психологии, но... Мне кажется, в этой истории, которая не такая уж душещипательная и трагичная, многие изменились. Так глупо. За один только день изменится. Но такова природа человека, видимо. У меня была своя комната в новой квартире, которая на удивление не оказалась вся в плакатах. Конечно, жить с Хиддлстоном хорошо, но... Я дала себе обещание в больнице. И пока я его держу, я буду молчать и уже совсем скоро сбегу. Не сомневайтесь.