Save Henry

Киллиан медленно открыл глаза. Перед взором все плыло, не давая взгляду сфокусироваться. Внезапно спину пронзила острая боль. Мужчина скорчился, вновь зажмурившись. Постепенно возвращалась память. Вот на его корабль летит гигантский огненный шар, вот он опрометчиво кидается к Свон. Боль. И пустота. Постойте-ка... Свон. Внезапно мысль о ней резанула мозг Крюка, заставив его широко распахнуть глаза, привыкая к сумеркам. Над ним нависали доски, это было первое, что он более или менее отчетливо увидел. На одной из них даже был специальный крючок для подвески вещей. Капитан мгновенно понял, где находится. Это был трюм его корабля. Его завалило. Впрочем, здесь были рассчитаны магические шары для хоть какого-то освещения. Пират не очень любил магию, но все прочие способы впустить в комнатку хоть лучик света в свое время не увенчались успехом. Четыре из шести шаров оказались уничтоженными сейчас, остальные два слабо освещали окружающие предметы. Пространство до завала казалось достаточным, чтобы сесть, или даже идти, пригнувшись. Капитан предпочел первый вариант. Но не успел он и двинуться, как над самым ухом послышался стон. Киллиан даже не заметил, что все это время крепко прижимал Эмму к себе. Хорошо, что перед обвалом он успел уберечь ее, пусть ему и досталось по самое не хочу. Чего только стоит боль в спине. Крюк, облегченно выдохнул, осознавая, что она в порядке. Но тут ему в голову пришла ужасная догадка. Ее стон... Отчего? Весь удар он принял на себя. Да и что-то подозрительно вывернулась левая рука. Он осторожно шевельнул ей. Блондинка вновь издала протяжный стон, леденящий душу. Но не очнулась, все еще пребывая в состоянии покоя. Крюк с ужасом застыл, боясь сделать вдох. Его догадка оказалось верной - его крюк впился в ее тело во время их падения. И, похоже, он не на поверхности. Страх пронзил все тело. - Свон, - осторожно позвал он. - Эмма. Никакой реакции. - Черт. Крюк боялся даже тронуть ее - кто знает, какую боль он может причинить ей этим неосторожным движением. Но и лежал он так, что просто так этот крюк не вытащить. Первая пришедшая в голову идея была безумной, но эффективной. Аккуратно вынув из кармана флягу с оставшимся ромом, он наполнил им рот и выпрыснул на лицо женщины. Жгучие капли возымели свое действие. Эмма тут же открыла глаза, дернувшись: - Ты что творишь?! Но тут же боковую часть ее живота пронзила дикая боль и последнюю часть ее фразы подавил громкий вскрик. Киллиан поморщился. Меньше всего на свете он хотел бы причинить ей боль. Как же он ненавидит свой крюк. Свою непутевую руку. Он не только не может обнять ее, не мог прижать во время того поцелуя поближе к себе, настолько близко, чтобы расстояние сократилось на нет, так теперь благодаря этому ненавистному крюку он нанес ей ранение. И неизвестно насколько тяжелое. - Не двигайся, - приказал он. - Где болит? - Бок. Что это? - Эмма поморщилась. - Неудачное место, - Киллиан решил проигнорировать ее вопрос. - Сможешь приподняться на секунду? Свон молча кивнула, и медленно, прикусив губу, оторвала свое тело от земли. Быстро воспользовавшись моментом, мужчина осторожно вынул крюк. Он действительно глубоко зашел. Киллиан поднес его к лицу - он был наполовину окровавлен. Эмма рывком села на полу. Из раны тонкими струйками сочилась кровь. - Извини, пробормотал мужчина, лицезрея эту картину. Сначала Эмма хотела хорошенько разозлиться. Только ран ей сейчас не хватало. Но только взглянув на израненного мужчину и вспомнив, что произошло, вся злость улетучилась. Она лишь сдавленно кивнула. - Дай посмотрю, - попросил он. - Это неважно, - отмахнулась женщина. Вместе с памятью к ней вернулся и тот факт, что во время взрыва она прижимала Генри к себе. Она принялась рыскать по полу в поисках сына, чему изрядно мешало плохое освещение. - Ты чего? - Генри, он должен быть здесь! Отыскав все, что только можно было, она тихо прошептала: - Его не могло придавить... Страх охватил сознание. Мысль о том, что ее мальчик мог погибнуть ужасной пеленой обволакивала голову, мешая мыслить здраво. Вдруг захотелось кричать, вопить и рыдать. Но внезапно над самым ухом, прогоняя жуткие мысли, раздалось: - С ним все хорошо, вот увидишь. Женщина развернулась и просто уткнулась в плечо Киллиана. Он незамедлительно обнял ее в ответ, предусмотрительно держа крюк на приличном расстоянии от тела Эммы. Ее поведение было для него полной неожиданностью. Но он хорошо осознавал, что сейчас ей нужно утешение. Впрочем он не успел сказать и слова, как она вновь схватилась за бок. - И все же дай мне взглянуть, - упрямо повторил он. - Не надо, само пройдет. - Поверь мне, дорогая, ТАКОЕ само по себе не проходит, - возразил мужчина, уже протягивая руки к ее майке, мимолетно почувствовав, как она вздрогнула от его прикосновения. Но сопротивляться не стала. Мужчина осторожно приподнял край одежды и охнул. Рана действительно была глубокой. Хуже того - кровотечение не прекращалось. - Ничего, - с улыбкой выдавил он. - Видал и похуже. - Все так плохо? Свон очень проницательна, как он мог это забыть? Крюк жалостливо взглянул на нее. - Ты не обучалась заклинанию исцеления? - Нет. - Тогда будем действовать проверенным методом. До поры до времени. Покане найдем кого-нибудь из магов. Не найдется тряпки или платка? - Подойдет? - Эмма вынула из кармана черный платок. Его платок. Воспоминания о замке великана вихрем пронеслись в голове. - Ты сохранила его? - Улыбка коснулась лица мужчины. - Подумала, что может пригодиться, - пробормотала она, протягивая ему платок. Не придираясь более, он промокнул всем оставшимся ромом платок и осторожно обработал рану, заметив, что кожа спасительницы мгновенно покрылась мурашками. После он перевязал им же рану вокруг всего живота Эммы. "Главное держаться. Сейчас наша цель - спасение Генри." - Спасибо. Но как только боль отступила хоть на немного, к ней тут же вернулась реальность со всей ее жестокостью и грузом. - Как сейчас остальные? А если они погибли? Что с Генри? И что это был за шар? - Скороговоркой произнесла женщина. - Успокойся, скорее всего они сейчас у Пэна. Эмма вопросительно уставилась на него, безмолвно требуя объяснений. - Сама посуди: Генри нет, хотя ты явно прижимала его к себе, сердца, которое тоже было у тебя, тоже. Куда еще они могли пропасть, если я никуда не делся? К тому же сам факт, что нас не полностью завалило. Если присмотреться - можно увидеть по краям досок следы заклинания невесомости. Свон незамедлительно уставилась на заваленные доски. Действительно. И как она раньше не заметила это искрящееся свечение? - Допустим, но зачем ему оставлять нас здесь? - Я хорошо знаю Пэна. У него ко всему есть своя мотивация. Сейчас ему нужно, чтобы мы освободились и пошли за остальными. Он на это рассчитывает. - Зачем ему это? - Я не знаю. И огненный шар весьма странное явление. Похоже, ему нужно было все это. Он не стал бы злиться просто так и тем более разносить мой корабль. Он хочет повеселиться. - Тогда давай устроим ему это веселье, - блондинка привстала, автоматически доставая меч из ножен. - Вот только выберемся отсюда. - Позволь мне. Я уже имел дело с этим заклинанием и кое-что уяснил. И Пэн знает это. Ночь. Тишина. Безликая луна повисла в воздухе, словно блин на сковородке. В воздухе читается обманчивое спокойствие и умиротворение. Но самое опасное только начинается. Внезапно корабль, стоящий у берега сотрясает взрыв. Наружу выбираются блондинка и пират. Тишину нарушают слова женщины: - Итак, действуем по плану. - Да. Идем. Давай спасем твоего сына, - отвечает ей напарник. После короткого диалога, оба спускаются с полуразрушенного корабля и скрываются среди темных деревьев джунглей, отрезая лунному свету доступ к себе.