Запах полыни

Заявка:ДСП/СГМ (предпочтительней) или ГП/ДМ. Омегаверс. Омеги становятся вымирающим видом, по внешним признакам их уже невозможно отличить от альф. Для того, чтобы обеспечить безопасность омег на время учебы (дабы альфы не рвали их на части), в Хогвартсе действует правило: «в стенах школы нет статусов: не спрашивай, не говори». Все лица мужского пола заведомо считаются альфами, омегам положено скрывать статус. Как-то раз Джеймс (Гарри) находит в мужском туалете использованный тампон. Впервые ощущая запах течной омеги, Поттер в полной мере осознает свой статус альфы и несправедливость ситуации: омег заставляют скрываться, и альфы лишены возможности обладать ими. Поттер решает выследить течную омегу. И в том же туалете обнаруживает, что это никто иной как Малфой, которого Поттер всегда считал 100%-м альфой и соперничал с ним. А еще Поттер видит, что течка у Малфоя проходит мучительно: болезненно, с обильными выделениями. Поттер не в силах сдерживать инстинкты. - Это какое-то сумасшествие! – Гарри еще раз пробежал глазами по светящимся на пергаменте буквам. – Это не может быть правдой! Это должно когда-то прекратиться! - Ты не в силах это изменить, - вздохнула Гермиона. – Тебе стоит побыстрее это принять. - Принять? Это? – Гарри прикрыл рукой глаза. – Ну почему снова я? - Это круто! – прошептал Рон, благоговейно глядя на друга. - Что? Что в этом крутого? Это снова какие-то неприятности! – Гарри начал заводиться. - Послушай, - Гермиона погладила Гарри по плечу. – Это не смертельно! Лучше, что ты узнал это из письма отца. Хуже было бы, если бы это на тебя накатило внезапно… - Накатило? – Гарри во все глаза смотрел на подругу. – Внезапно? Что накатило? Что со мной происходит??? - Ничего не происходит! Ты всего лишь альфа, который вступил в период половой зрелости, - хмыкнула девушка. - Я всего лишь альфа, - передразнил ее Гарри, - ты можешь мне толком объяснить? - А у тебя, правда, член стал еще больше? – Рон так и не сводил восхищенного взгляда. - Рональд! – прикрикнула Гермиона. - А что? – искренне удивился Уизли. – Все об этом говорят, что у альф болты огромные, чего их омеги так хотят! А у нашего Гарри вообще должен быть! - Где? Где эти омеги? – Гермиона покачала головой. – Все прячутся, все скрывают… Гарри ошеломленно переводил взгляд с одного собеседника на другого. - Вы можете мне оба объяснить, что, Мерлин возьми, происходит??? - Говорю же тебе, - Гермиона перевела взгляд на Гарри, - ничего не происходит. Ты альфа, как и твой отец. Изменить это ты не в силах. - И что? – не унимался Гарри. - А ничего! – присвистнул Рон. – Будешь теперь трахать кого захочешь! С твоей-то мощью. Кого поманишь, тот за тобой побежит! - А омеги? – спросил Гарри, сам не особо понимая зачем. - Омеги, - Рональд вздохнул, - Гермиона права. Где они все? Повымерли... - Вы можете мне объяснить все нормально??? – Гарри окончательно вышел из себя. - Послушай, - Гермиона говорила спокойно, в прочем как всегда. – Ты альфа, согласна с Роном в том, что мощь у тебя должна быть огромной. То есть ты вожак стаи. - Как у животных? – с опаской спросил Гарри. - Приблизительно, - отмахнулась от него Гермиона. – Ты будешь соперничать с другими альфами, оберегать бет и обхаживать омег. - А другие альфы это кто? – хмурясь, спросил Поттер. - Ну кто? – Гермиона задумалась. – Раньше среди чистокровных их было много. Да и у нас тоже полно, считай весь Слизерин! - И Малфой? – вопрос слетел с губ раньше, чем Гарри успел подумать. - Думаю да, - кивнула девушка. – Я слышала, что о Люциусе ходят легенды. Уверена, что Драко перенял от отца этот ген. Не зря же вы соперничаете. Рон закивал, соглашаясь. Гарри задумался. Вот снова. Привет из прошлого. Письмо от отца, которое ему вручили гоблины в день его восемнадцатилетия. Снова его жизнь становится с ног на голову. Он – альфа. Пока это не меняло ничего, только тревога неизвестности скреблась о ребра. Отвоевывать себе право на место под солнцем, защищать слабых. Разве не этим он занимался все это время? - А омеги? – снова спросил Гарри после паузы. - Омега – это часть альфы, половинка, - продолжила Гермиона. – Альфа и омега создают истинную пару. Они находят друг друга... - Находят друг друга? – снова перебил ее Гарри. – Но как? - По запаху?! – удивился Рон. - По запаху? – переспросил Гарри. - Да, - Гермиона следила за каждой реакцией друга. – Они чувствуют друг друга. И только от такого союза альфы и омеги рождаются дети. - Замечательно! Великолепно! – Гарри застонал от отчаянья. – Значит, я пойду и найду ее по запаху! Буду всех нюхать и найду! Это может сработать, Гермиона? - Эм...м... - девушка задумалась, - думаю, да. - Замечательно! – Гарри запустил пальцы в волосы, - Пойду и перенюхаю всех девушек… - Ты уверен, что это будет девушка? – Рон смотрел на Гарри с еще большим обожанием. А Гарри просто замер. Он смотрел то на восхищенного Рона, то на смущенную Гермиону. - Говорите, что я еще должен знать! - Это не обязательно будет девушка, - Гермиона покраснела, но продолжила, - омегой может быть и парень, мужчина. Гарри показалось, что стало невыносимо жарко, он потянул край футболки, мотнул головой, отгоняя морок. - Парень? Но ты сказала дети…. - Да, - Гермиона кивнула, - у омег-мужчин организм устроен так, что раз в несколько месяцев у них начинается течка. Там... ну там... ты же меня понимаешь? - В заднице, - добавил Рон. - Рональд, - строго посмотрела на него Гермиона. – Хотя, Рон прав, именно там выделяется специальный фермент, который вызывает желание, страсть. Омега изнывает от желания. Альфы сходят с ума от похоти. - А потом секс-марафон, - мечтательно продолжил Рон. – Говорят и по десять дней бывает. - Достаточно! – Гарри не мог больше говорить об этом. – Я ничего не хочу об этом слушать! - Я подберу тебе литературу, - начала Гермиона. - Нет! Нет. Я думаю, что со мной этого не произойдет, - Гарри дышал тяжело. - Я уверен, что это какая-то ошибка, и это скоро пройдет! Но ничего не прошло. С каждым днем становилось все тяжелее. Гарри погружался в мир запахов. Порой казалось, что даже эмоции он ощущает по запаху. Он знал, как пахнет уставшая Гермиона, как пахнет влюбленный в нее Рон, как пахнет замечтавшаяся Лаванда, сердитая Джинни. А еще он точно знал, как пахнут разъяренные Забини и Гойл. Разъяренные, не опасные. А еще внутри поселилась тоска, как будто кто-то плакал и звал на помощь. И этого кого-то хотелось защитить, спрятать от целого мира, вылизать с ног до головы. Гарри не понимал, кто это, но он точно знал, что этот кто-то пахнет острым имбирным чаем и грозой. А еще этот кто-то снился Гарри. Он не мог разглядеть, только гнался за тающей дымкой. Во сне он даже не мог понять, парень это или девушка, прозрачное светящееся облако с серебристыми глазами. В этот день Гарри чувствовал себя особенно плохо. Кружилась голова, тошнило, и подкашивались ноги. Он не особо помнил, как добрался до заброшенного туалета, как плеснул в лицо холодной водой, но тут что-то произошло, изменилось. Здесь, в этом плохо проветриваемом помещении, было то, что могло принести облегчение. Гарри рванул за ускользающим, дразнящим запахом имбиря, схватил крышку мусорного ведра и застыл на месте. На самом дне лежал тампон. Разбухший, пропитавшийся смазкой и запахом, манящий, обещающий. Почему-то сразу в голове все прояснилось. Сразу стало понятно, что это не девушка, а парень. Что он вынужден скрываться, что ему так плохо, что он не может даже поделиться этим с кем-то. Не может довериться и попросить о помощи. Стало невыносимо жаль, что существует запрет на разглашение, и что альфа не может искать своего омегу в открытую. Гарри переживал эти чувства - одни на двоих. Казалось, что он сейчас особенно остро чувствует тоску, одиночество и боль омеги. Его омеги. Это было даже не знание, это было чувство, что он пойдет на край света, чтобы спасти и защитить. Но самым ошеломляющим было осознание собственного возбуждения. Оно зародилось где-то в животе и требовало немедленного разрешения. Омегу хотелось каждой клеточкой своего тела. Его хотелось пометить, привязать, вдавить в себя, чтобы никто не посмел посягнуть или обидеть. Да просто секса хотелось. Но для того, чтобы обладать омегой, ее сначала нужно было найти. Гарри собрался уже выскочить из туалета, чтобы броситься на поиски этой ускользающей дымки, как в дальнем углу послышался стон. Протяжный, полный боли и тоски. Гарри бросился туда и обомлел. На полу, трясущийся и мокрый, сидел Малфой. Драко бил озноб, его волосы слиплись, а кожа стала совсем прозрачной. - Малфой? Драко? – Гарри и сам не особо понимал, что здесь делает Малфой, да еще в таком виде. Правой рукой Драко сжимал пустой фиал: видимо, выпил какое-то зелье. Гарри присел перед Малфоем, разглядывая, принюхиваясь, решая, что сделать с альфой, которая, возможно покушалась на его омегу. - Малфой, что ты здесь делаешь? – сердито спросил Гарри. - Плохо... - Драко это простонал. И поднял на Гарри свои невозможные, ртутно-серые глаза. – Зелье не действует. И Гарри замер. Он даже дышать забыл. Перед ним сидело совершенство, божество, идеал. Перед ним был его омега. Сейчас не имело значения, кто он, главное было то, что ему плохо. Гарри прижал Малфоя к себе: - Что за зелье? Что ты выпил? - От запаха, - слова давались Драко с трудом, - поздно... не успел... Он попытался отстраниться от Поттера, но Гарри только плотнее прижал его к себе, согревая, баюкая, успокаивая. Малфой сопротивлялся слабо, а позже и вовсе перебрался к Поттеру на колени. - Ты теплый, - улыбнулся он Гарри. Гарри стянул с себя мантию, кутая трясущегося Малфоя. Драко был весь мокрый, дрожащий и обворожительно пах. Остатками сознания Гарри понимал, что Драко, скорее всего, нужна помощь медиков. Но подняться, а тем более, отдать свое сокровище он не мог. Теперь уже Драко откровенно жался к нему, вдыхая запах, терся носом о шею, заглядывал в глаза. Гарри не выдержал и лизнул капельки, собравшиеся над верхней губой. Это было восхитительно, лучше, чем он мог себе представлять. Драко застонал, глухо, протяжно, потянулся к губам за поцелуем. - Что с тобой? Что ты выпил? Как это остановить? – Гарри заглядывал в затуманенные глаза. Малфой хмыкнул, пошло облизываясь. - Это не остановить, Поттер! Это течка! Пользуйся... Течка. Так вот она какая. Мысли скакали лихорадочно, обгоняя друг друга. Гарри и допустить себе не мог, что Малфой, гордость змеиного факультета, окажется омегой. А Драко ожил, запустил руки под рубашку, оглаживая бока и грудь. Стал ерзать, выказывая свое желание. Гарри перехватил его поперек, сильнее. - Что ты делаешь? – возмутился Гарри. – Так же никакого терпения не хватит! Малфой только рассмеялся. - А если я хочу, чтобы у тебя не хватило терпения? А, Потти? Если я хочу, чтобы ты разложил меня прямо здесь на полу? Хочу почувствовать твой огромный член у себя в заднице! Малфой горячо шептал в самое ухо, посылая все самые сокровенные фантазии прямиком в пах. И Гарри представил себе, как великолепно будет смотреться под ним Драко, с его длинными ногами и аккуратной задницей. - Ну?! – подгоняла течная омега. - Смелее! Я тебя очень хочу! - Нет! – Гарри тряхнул головой. Мысль о туалете была отвратительна. Малфоя, нет, Драко, нельзя было брать здесь на полу. Его нужно было любить на шелковых простынях на закате солнца. От такой четкой и красивой внутренней картинки Гарри даже улыбнулся. - Нет? – переспросил обиженный омега. – Я тебе не нравлюсь? И альфа почувствовал боль и страх своей омеги. А еще внутри появилось знание того, как это должно быть и что нужно делать. - Нравишься! – рыкнул Поттер, вставая. – Идем! И потащил слабо сопротивляющегося Малфоя за собой. Выручай-комната была самым странным местом, которое Гарри приходилось видеть. Казалось, что она должна была сгореть в адском пламени, но она восстанавливалась. Медленно, частично, странно, как живое, израненное существо. Гарри любил бывать здесь, подолгу сидя в полном одиночестве. И сейчас она была нужна, как никогда. Дверь открылась сама, едва Гарри повернул в нужный коридор. Комната была небольшая, но со всем, что нужно. Драко не сопротивлялся, шел за Поттером молча. Но стоило двери скрыть их в комнате, как он придавил Гарри к стене, жадно целуя, порыкивая, демонстрируя свое желание. Гарри сначала от такого напора растерялся. Не каждый день его целует Драко Малфой. Но инстинкт альфы победил. В какие-то моменты Гарри казалось, что он смотрит на себя со стороны. Видит, как кто-то его руками останавливает Драко, рычит, демонстрируя клыки и силу. Стягивает с Драко так мешающую сейчас одежду. Подмечает, что брюки совсем промокли, не спас даже тампон. Альфа облизывал, оглаживал, успокаивал такую желанную омегу. А омега была согласна, довольно прогибаясь и постанывая, подгоняла. Гарри не сразу понял, когда успел раздеть Малфоя целиком. Драко был великолепен: светлая кожа, длинные ноги, узкие бедра. Казалось, именно так и выглядела мечта; казалось, именно о таком Гарри и грезил всю свою жизнь! - Чего ты тянешь? – Драко недовольно фыркнул. – Давай быстрее, сил нет терпеть. И Гарри подчинился, следуя вечному зову. Повалил Малфоя на низкую кровать, развел коленом ноги. И замер. Все должно быть не так, не так. - Ну?! – Малфой повел бедрами. – Или слабо, Потти?! Гарри смотрел во все глаза, разглядывая Драко так близко. Длинные пушистые ресницы, правильный нос, тонкие черты лица, и глаза – необыкновенные, завораживающие. - Найду другого, - омеге явно не хотелось ждать, и он дернулся, пытаясь встать. - Лежать! – Гарри придавил Драко сильнее. – Лежать и не дергаться! Сейчас будет хорошо... Гарри и сам не понимал, зачем он это говорит, и что будет делать. Но был уверен, чтобы омега захотела остаться с ним, нужно сделать ей очень хорошо. И он доверился своим инстинктам, доверился себе, как делал это всегда в самые сложные моменты жизни. Огладил руками острые плечи, лизнул впадинку между ключиц, спустился губами ниже. Пальцами щипнул соски. Малфой зашипел то ли одобряя, то ли злясь, но вырываться перестал. И Гарри осмелел. Вылизал, как давно хотелось, шею, прикусил косточки ключиц, спустился ниже. Малфой оказался вкусным, мягким и каким-то родным. Гарри и подумать не мог, что ему захочется вылизать Драко с ног до головы. Но сейчас он именно этим и занимался, урча как большой всклокоченный кот. Драко всхлипывал, чего-то просил и выгибался, сильнее разводил ноги. Член Малфоя тоже был длинный и тонкий, как продолжение и подтверждение самого Малфоя. И сейчас он был прижат к животу, а с темно-розовой головки на живот капал предэякулят. Гарри лизнул лужицу, а затем головку. Ощущения не подвели. Это был вкус имбиря и меда, а еще солнца после грозы и ванильного мороженого, и остывшего сладкого какао. Как это все уместилось в одном Малфое, Гарри не понимал, да и не хотел понимать. Но ему это нравилось. И он обхватил головку губами и втянул ее в рот. Драко выгнуло дугой. И он, не успев ничего сказать, кончил прямо в рот. Сперма оказалась тоже невероятно вкусной, и Гарри с удовольствием вылизал все, основательно обсосал член и промежность. Драко попытался сесть. - Поттер, Гарри, я... это... Гарри поднял голову, чтобы посмотреть на Драко. Его щеки были залиты румянцем, глаза шальные. Осознание пришло так же легко. Течка. Омеге нужна разрядка. Все просто, как само мироздание. И он, альфа, здесь, чтобы облегчить, помочь, сделать хорошо. - Я сказал лежать, - более мягко сказал Гарри. – Иначе привяжу! - Да вставь ты уже мне! – Малфой с силой стукнул кулаком по кровати. – Не видишь, мне плохо! - Вижу, - кивнул Гарри, - Я сделаю хорошо. Доверься! Драко со стоном откинулся на спину. Гарри перевернул его на живот и провел языком по правой ягодице. Снова хотелось лизать, это было странно, неожиданно, но очень правильно. И Гарри принялся лизать. Мять упругие и маленькие половинки, вылизывать их, покусывать, до тех пор, пока они не стали розовыми. А затем он их развел и припал губами к влажному отверстию. Смазки было действительно много. Гарри развел ягодицы сильнее, потянул зубами за нитку тампона. Малфой застонал глухо, протяжно. А когда тампон был вынут, в нос ударило чистое, рафинированное желание. Гарри показалось, что у него помутился разум, и чтобы хоть как-то остановить это сумасшествие, он скользнул в раскрытое отверстие пальцем. Драко внутри был скользкий, мокрый и горячий. Гарри уже не соображал, что делает. Он разминал стенки пальцами, лизал языком, гладил свободной рукой. Драко давно стонал в полный голос, не сдерживая себя. - Приподнимись! – Гарри и сам удивился, услышав свой рык. Но Малфой все понял правильно. Встал на колени, оттопыривая попку сильнее. Тут же свободная рука альфы скользнула между стройных ног омеги, сжала мошонку, прошлась по члену. Казалось, и не было никакого оргазма перед этим, член Драко снова был в полной боевой готовности. И Гарри продолжил свою сладкую пытку. Синхронные движения пальцев, языка и кулака на члене, подвели омегу еще к одному оргазму. Драко задрожал, вскрикнул, и струя выстрелила в кулак. Гарри позволил Драко развалиться, расслабиться, отдохнуть. Самому хотелось кончить неимоверно. Возбуждение было такое, что странно, как член еще не прорвал штаны. Гарри уселся прямо на пол возле кровати, расставляя ноги, переводя дыхание. - Давай сделаем это! – голос Драко вернул в реальность. Видимо, два оргазма подряд прояснили его сознание или наоборот. Но сейчас он смотрел на Гарри совершенно трезвыми глазами. - Что? – зачем-то спросил Гарри. - Давай трахнемся? – Драко уже сполз с кровати и пытался расстегнуть брюки Гарри. - Ты уверен? – перехватил его кисть Гарри. - Я ни в чем сейчас не уверен, - фыркнул Малфой. – У меня течка. - Может, стоит подождать? - Да, - кивнул Дарко, - давай подождем пару часиков. Как раз я полностью потеряю рассудок, ты полностью потеряешь рассудок. И мы все равно сделаем это. Я буду умолять. Ты хочешь, чтобы я умолял? А, Потти? - Нет! – честно признался Гарри. Он не хотел, чтобы Драко умолял. Не хотел, чтобы Драко его хотел, потому что течка и потому что все равно с кем. Он хотел, чтобы Драко его хотел так, сознательно. Драко же в это время справился с застежкой брюк и нырнул ладонью в трусы. - Ну-ка, покажи его. Он правда огромный, как я и думаю? Вот этого момента Гарри тоже боялся. Потому что его член стал действительно больше, он стал неприлично огромным и Гарри боялся, что отпугнет Малфоя. Но Драко только присвистнул и жадно облизал губы. - Он даже лучше! Он держал в руках огромный, перевитый венами член, с выпуклой массивной головкой. Гарри уже представил, как Драко скажет нет, но Малфой, полюбовавшись своей находкой, рьяно начал его вылизывать. Ощущения были необыкновенные, непередаваемые. Гарри застонал, откидывая голову на кровать. А Драко лизал, причмокивая, пытаясь заглотить как можно больше. - Хватит! – Гарри сдерживал себя из последних сил. - На кровать, живо! - Как тебе удается контролировать себя? – Малфой облизнулся и хитро ухмыльнулся. - Не знаю, - честно признался Гарри, - но сейчас ты узнаешь, что я тоже умею терять контроль. - Жду не дождусь! – Драко вильнул попкой, забираясь на кровать, расставил ноги, прогнулся. И Гарри отпустил себя. А дальше был чистый восторг и безграничное удовольствие. Ощущение было таким, что пазл сложился, что Гарри нашел то, что искал. До оргазма оставалось совсем чуть-чуть. И тут Драко обернулся, выгибая шею, и простонал: - Сильнее! Сейчас! Ну! И Гарри толкнулся сильнее, вжимаясь в Драко, и кончил. Что происходило с Драко, Гарри не понимал, потому что его накрыла волна неимоверного, чистейшего удовольствия. Внутри было хорошо и пусто, только чувство необыкновенного единения и целостности. Когда Гарри смог соображать, то понял, что окончательно придавил Драко. Он попытался отстраниться, но ничего не вышло. Его член был крепко зажат где-то глубоко в Драко. - Черт, - Гарри выругался от неожиданности. - Это сцепка, - хмыкнул Драко, похлопав Гарри по бедру. – Не дергайся, а то член оторвешь! - Можно подумать, что тебе будет жаль? – сердито буркнул Гарри. - Будет, - кивнул Драко. – Будет. И провалился в сон. Это безумие продолжалось несколько дней. Гарри потерял счет времени. Он не знал, день это или ночь. Он только любил свою омегу, как той хотелось. Сцеплялся с ней, долго лежал, обнимая, выцеловывая ухо, вылизывая шею. Но течка прошла. Гарри проснулся от того, что на него кто-то смотрит. Драко сидел на кровати, обхватив руками ноги. Какой-то невозможно взрослый и чужой. - Жалеешь? – Гарри решил не тянуть. - Нет, - честно признался Драко. – Думаю, почему именно ты. Хотя хорошо, что ты. Блейз пытался, но я не дался ему. - Убью! – тихо сказал Гарри. - Так я же не дался! - Так я Блейза убью! - Так я же не дался! – Драко рассмеялся. – Ему тогда здорово досталось. - Ты понимаешь, что теперь все будет по-другому? – Гарри хотелось, чтобы омега принадлежала ему целиком и полностью. - Я то понимаю, - фыркнул Драко. – Это ты не понимаешь! - А что мне понимать? – Гарри погладил Драко, – Ты теперь мой. А я твой. - К отцу нужно идти, - вздохнул Драко. - Это мелочи! – Гарри улыбнулся. – Нам теперь любые горы по плечу. Ты мой омега. Понимаешь? Мой! - Ты меня не пометил, - говорил Малфой тихо. Так тихо, что это было почти не разобрать. - Что? Не пометил? – переспросил Гарри, не понимая. - Ничего! – Малфой скользнул к нему в объятья. – Это мелочи...