Спасение? Наказание!

Мелисса приехала, буквально, через десять минут, прихватив с собой походную аптечку. Не то чтобы она могла помочь, но и лишней не была. - Что с ним? – не здороваясь, бросила она. - Не знаю, - отозвался Питер. – Я вижу такое впервые. У него… Впрочем, лучше ты сама посмотришь. Он провел ее в комнату. Скотт все еще лежал на диване – рубашка была распахнута, открывая вид на пораженную язвой кожу. - Господи, - выдохнула она. – Что это? - Не знаю, - повторил Хейл. – Не прикасайся – это причиняет ему боль. - А что сказал Дитон? – она обернулась, с надеждой глядя на него. - Ты знаешь о друиде? Впрочем, конечно, знаешь. Алан уехал из города – я не смог до него дозвониться, - отозвался Хейл. - Что же делать? – Мелисса опустилась в кресло, до боли сжимая пальцы на ручке саквояжа. – Ему можно хоть как-то помочь? Обезболивающие? - На оборотней это не действует, - проговорил он. – Я попытался забрать его боль, но ее слишком много. Все что я мог сделать, это компресс, но жар сбить не получилось. - Что он рассказал тебе? Давно у него эта… зараза? - Где-то около трех недель, - отозвался Хейл. – С тех пор, как он расстался со своей девушкой. - Эллисон? Они расстались? – переспросила она. – Скотт не говорил. - Он слишком самостоятельный – вот и молчал. Наверняка, думал, что все само собой рассосется, - поморщился вервольф. - Но оборотни ведь могут быстро регенерировать? - Могут. - Так почему… - Мелисса, я не знаю! – вскинулся он. – Прости. Но я, действительно, не знаю. И что делать, не представляю. - Я тоже, Питер, – кивает она. - Но не могу просто сидеть и смотреть, как он умирает. Должно быть хоть что-то… что-нибудь, что мы упустили. Должно! И тут Хейл понял, что у матери мальчишки начинается истерика – что, собственно, и неудивительно. Он резко поднялся и, выдернув женщину из кресла, крепко обнял. Мелиссу трясло крупной дрожью, а горло сдавили спазмы. Хотелось кричать и биться о стены, сдирая в кровь кулаки. Казалось, что так будет немного легче. Питер забирал боль женщины, стараясь действовать быстро – истерика делу точно не поможет. Несколько минут спустя, Мелисса пришла в себя. - Прости, я сорвалась, - выдохнула она. – Ты уже можешь отпустить меня – я спокойна. - Точно? - Да. Точно, - мелко закивала она, отстраняясь. Питер разжал руки и отошел к окну. Он не представлял, что делать. Бессилие – самый страшный враг. *** Ночью Скотт начал бредить. Он постоянно звал мать, Эллисон, и почему-то Его. Кто такой Он, понятно не было. Но Скотт постоянно просил отпустить его. Питеру было больно смотреть на мечущуюся Мелиссу, которая не знала, как помочь своему ребенку. Единственное, что он мог сделать, это быть рядом и не позволять ей кидаться из крайности в крайность – поскольку в больнице Скотту явно ничем не смогут помочь, а бежать за помощью не к кому. Звать Эллисон Хейл ей тоже не позволил – откуда-то он точно знал, что с ее приходом ситуация только ухудшится. Часам к одиннадцати он услышал невнятный вскрик Мелиссы. Выскочив из кухни, он подошел к Скотту и посмотрел, что же такое произошло, что напугало ее еще больше. Как оказалось, на шее парня проступали какие-то знаки. И они были Хейлу знакомы. Это были руны, символы, обозначающие неметон. Как же он раньше об это не подумал? Ведь Скотт вместе с остальными искал это место в Тонком Мире. Это не могло не оставить след. И это могло стать для мальчишки шансом выжить. - Собирайся! – резко бросил он. – Я знаю, что делать. *** И вот уже через час они были у неметона. Аккуратно положив Скотта на исполинский спил, Питер отошел в сторону. - Что дальше? – шепотом поинтересовалась Мелисса. - Точно не могу сказать. Но те знаки у него на шее – символ этого места. Это должно хоть что-то значить! Проходили минуты, но ничего так и не произошло. Тяжело вздохнув, Мелисса села рядом с сыном и аккуратно уложила его голову на свои колени. Перебирая его волосы, она тихо плакала. Бесплотная надежда забрала все ее силы. Хейл положил руку ей на плечо и тихонько сжал, в жесте безмолвной поддержки. Идей не осталось. Вдруг в воздухе появилось голубоватое свечение. Из этого свечения стали появляться призрачные фигуры в длинных балахонах. - Зачем вы пришли? – прошелестел бесплотный голос. – Что ищите вы у неметона? - Мой сын, - заговорила Мелисса. – Ему плохо. Прошу, помогите. - Он оборотень, - снова заговорил некто, – намертво связавший себя с человеком. Он сам убивает себя. - Но что-то ведь можно сделать? – подал голос Хейл. - Ты его создал, - шелестел призрак. – Почему ты позволил ему это? - Он сам выбрал себе пару. Раньше, чем пришел ко мне. - Это отговорки. Ты – его создатель. Ты отвечаешь за него, - призрачная фигура приблизилась. Теперь стали видны черты лица – старый друид смотрел на Хейла с укором. - Что можно сделать? – выдавил из себя Питер. От взгляда призрака ему стало не по себе. - Он должен переродится, стать иным, - ответил хранитель неметона. - Вы поможете нам? – Мелисса схватилась за руку оборотня, как за единственную реальность. Она была готова на все, только бы спасти своего мальчика. Даже отдать жизнь. - Мы поможем, - отозвался дух. – Мы помним его, он приходил к нам в Тонком Мире. Но ничто не дается просто так. - Я все сделаю! – горячо заговорила Мелисса. - А ты, оборотень? – спросил друид. – Ты тоже готов сделать все для спасения этого мальчика? - Я… - подобрался Питер, словно перед прыжком в бездну, а затем все же ответил. – Да, готов. - Хорошо, - прошелестел дух. – Изменение будет свершено. Но вы двое должны будете еще три года находиться рядом с ним – ваша сила будет поддерживать его. - Как это? – нахмурился Хейл. – А если кому-то из нас нужно будет уехать, скажем, в другой город? - Езжайте вместе, - отозвался дух. – Только ваша совокупная сила поможет мальчику излечиться. - Хорошо, - кивнул он. – Мы согласны. И как только он согласился, призрачные фигуры обступили их со всех сторон. Сияние продолжало усиливаться, пока не стало больно глазам. Затем яркая вспышка, словно вспыхнула сверхновая, а дальше - темнота. Питер зажмурился, стараясь избавиться от разноцветных пятен, плавающих перед глазами. За его руку все еще держалась Мелисса. - Господи! – раздался ее голос, полный немыслимого удивления. Хейл, наконец, посмотрел на спил, куда он положил Скотта и замер. Потому что вместо парня там лежала девушка. Ее темные волосы слиплись от пота, но на коже не было и намека на черно-багровое уродство. - Мама? – прохрипела она. – Как ты сюда попала? - затем она огляделась и резко вскочила с места. - Что здесь происходит? – карие глаза испытующе смотрели на Питера и Мелиссу.