Причина быть

Это был самый длинный путь в жизни будущего императора Ксинга. Ему предстояло вернуться домой через пустыню, принципиально тем же путем, коим он попал в Аместрис. Не с пустыми руками, но с пустой, выжженной душой... - Как вы себя чувствуете, юный господин? Конечно, он сейчас был не один. Ксинг ждал как своего нового правителя, так и его сторожевого пса - Ран Фан. А где-то впереди шла и Мей Чан, в сопровождении двоих солдат из Бригса, направленных в Ксинг по приказу Оливии Армстронг, что бы доставить туда тело старого Фу. - Мы потеряли больше, чем нашли. - не столько ответ, сколько мысль вслух. - Не говорите так. - девушка чуть нахмурилась. И он не сказал. Ни слова больше. Просто продолжал идти молча, загребая песок ногами и смотря на то, как один из солдат взял на руки маленькую девочку впереди. "- Она так устала... Как же устал я." Гомункулы, алхимия... Какого черта его занесло в эту страну? Кого упрекать, и кому говорить "спасибо"?

***

- Эй, пацан. - Линг. - Не важно. Ты тоже думаешь, что я буду хорошим правителем? - Столь же хорошим, сколько скромным. - Пошел ты. - Я бы с радостью.

***

Багровое пространство. Вроде, пустота, а, вроде, что-то до краев забитое, заполненное. Это что-то знакомое? И какое-то чувство былого спокойствия, но... оно мгновенно сменяется разочарованием, когда наследник клана Яо понимает - шторы. Эти огромные, тяжелые шторы на окнах, они едва пропускают свет. Что-то заставило Линга проснуться сейчас. Это что-то он проклинал еще долго, пока цеплялся за простыни, хмурил брови в попытке сдержать слезы, тяжело сопел от удушающей боли, встречающей его вот так уже которое утро. Что ему снилось - уже не важно. Он и сам не помнит, что. Но это было что-то приятное, безусловно. Потому что только приятное может обрываться вот так, резко и навсегда. - Мой господин! Вам плохо?! "- Как всегда, на страже, но чертовски не вовремя, Ран Фан" Девушка молниеносно оказалась рядом с кроватью принца. - Я в порядке - голос хриплый, не выспавшийся. Ложь. Сколько уже было этой лжи, сколько ее еще будет. Рука девушки осторожно, трепетно касается сжатого кулака, и Линг вздрагивает. Но он не поворачивается, даже не отпускает простынь, просто лежит, как лежал. Его разум полон мыслей о том, что нельзя быть слабым, и о том, что нельзя допускать жалости. Прошло уже два месяца, как они вернулись из Аместриса. И принц с тех пор ни разу не проронил лишнего слова. А Ран Фан, по-прежнему, понимает его без слов. Ее мысли уже давно переплетаются с мыслями господина. Она знает, почему ему плохо. Она знает, что ему нужно. Именно поэтому она уходит, оставляя Линга одного в этой огромной комнате. Но, перед тем, как уйти, развешивает шторы. И Линг упускает момент, когда позволяет себе почувствовать соленый вкус на своих губах. "- Слабак!"

***

- Ты любишь ее? - Кого? - Ну, эту девчонку... Ран Фан, кажется. - Смотря, о какой любви ты говоришь. Если о том, хочу ли я, что бы она была рядом, и с ней все было хорошо, то, да, люблю. А если ты снова себе что-то придумал, то я тебя разочарую. - Скуууучнооо.

***

К принятию трона принц готовился основательно. Он старался целиком и полностью отдать себя проблемам, что бы проблемы не отдавались ему. Именно так, двусмысленно и пошло, как, возможно, прозвучала эта фраза. Во дворце творилась суматоха, все то и дело бегали из угла в угол, пока будущий правитель вел переговоры с пареньком из стражи. Несмотря на то, что тронная зала, буквально, светилась из-за обилия белого цвета и золота в колоннах, витражных стекол, в ней царила какая-то напряженная, мрачная обстановка. Которую, в основном, создавало грузное молчание. Наследник клана Яо стоял в углу, облокотившись на стену. Уставившись в одну точку, он смотрел куда-то сквозь своего собеседника, молодого парня, лет девятнадцати, со шрамом на подбородке, который точно не был единственным, и заметной проседью, так несправедливо заработанных в боях. - Очередной нож в спину, значит. Моя фортуна от меня явно не в восторге. - Мне жаль, что так вышло, господин. - казалось, каменное лицо, на секунду дернулось от напряжения. Он пришел сюда не по своей воле. Просто он не успел шагнуть назад, когда был приказ выйти вперед. Направлен во дворец пинком под зад, проще говоря. Ему было страшно? Разумеется. Он знал, насколько добр и великодушен наследный принц, но так же он знал, что бывает с теми, кто приносит плохие новости. Капелька пота, уже не первая, стекла со лба на подбородок, но он снова не решился ее смахнуть. Речь шла о бунтовщике, который не был доволен кандидатурой на пост императора, и у которого нашлось немало последователей. Попахивало гражданской войной. - Первая атака была успешно отражена. Жертв нет. - То есть, они нападут снова. - Линг не спрашивал, он утверждал. - Но... они мертвы, мой господин. Реплика заставила Яо сфокусировать взгляд на лице стражника. - Ты сказал, что жертв нет. - Среди наших - нет. - А те, что, не наши? - в голосе Линга явно читалась зарождающаяся ярость. - Так это... все равно, что называть врагов народа по имени, господин... У парня вспотели ладони, его нервозность уже выдавала себя с головой, мышцы лица начали подрагивать. - Я хочу видеть, как вы придадите их тела земле. И еще... Слишком быстрая смена тона. Слишком быстрая. Стражник сглотнул. Он понимал, что ничего хорошего не услышит. - Найдите семьи убитых. Они решат вашу судьбу. Прикажут казнить - все понесете головы на плаху. - Господин! - ужаснувшись, мальчишка упал в ноги Лингу - Я умоляю вас! У меня больная мать! - За свою больную мать ты должен был беспокоиться, когда людей резал, шваль. - из другого конца зала послышался голос одного из вошедших охранников, явившихся на шум. Линг только потер виски пальцами, даже не глядя на то, как рыдающего парнишку потащили прочь из залы, и сатирически процедил сквозь зубы: - Равноценный обмен...

***

- Правитель должен служить народу, а не наоборот. - Да ну, брось. Власть должны почитать, ее должны бояться. - От боязни мало приязни. - В кого ты такой умный?

***

- Юный господин? Разве вы не должны были отправиться на церемонию погребения? В ответ молчание. Ран Фан сделала несколько шагов вперед. "- Да почему же здесь так темно?" - Юный господин, с вами все в порядке? - Как приятно. Все отлично. Голос... Совершенно не тот голос. Девушка не могла понять в чем дело, пока она не начала вспоминать, кому этот голос мог принадлежать. - Не может этого быть... - Чудеса случаются, дорогая.