ГЛАВА 4. Kiss From A Rose
13 декабря 2013 г., 16:56
”… Baby, the more I get of you The stranger it feels, Now that your rose is in bloom. A light hits the gloom on the gray, I've been kissed by a rose on the gray…”
Майкл был действительно БЕЗУМНО рад. Он положил трубку, вскочил на кровать и стал прыгать так высоко, что вполне мог бы задеть своей головой потолок. Все внутри перевернулось от ее «Я приеду», сердце готово было выпрыгнуть из груди. Сейчас он чувствовал себя семнадцатилетним мальчишкой. Майкл был удивлен тому, как глубоко ей удалось тронуть его душу всего за один вечер. Он не понимал, что именно в ней его так зацепило, но, почти сразу, она расположила к себе и казалась такой чистой и невинной. Ему очень хотелось, чтобы на этот раз он не ошибся. Сегодня он узнает ее ближе. Такого волнения он не испытывал давно. К ее встрече уже было все готово, и он решил еще раз все проверить. Вечер должен быть незабываемым. Майкл, как обычно, продумал все до мелочей, сто раз поругался с прислугой, но, в итоге, добился своего, − все было идеально, и оставалось только дождаться ее. Последние дни его мысли были заняты только Габриель, это временами даже настораживало. Совсем не хотелось снова боли предательства, разочарования. Всего этого в его жизни уже было в избытке, но с ней ему казалось все по-другому. Больше всего в жизни он не любил ждать. Ощущение, будто, прошла уже целая вечность, а ее все нет, убивало его. Волнение только усиливалось. Несколько раз он пытался набрать ее номер, но вовремя передумывал. В одну из таких попыток, он увидел, как его машина сверкнула фарами у ворот.**********************************************************
«Что за привычка так быстро бросать трубку?!» − возмутилась Габи. Девушка посмотрела на часы и ужаснулась – времени оставалось катастрофически мало. Она заметалась по квартире, стараясь понять, с чего ей начинать. Сегодня она просто обязана выглядеть шикарно. Впрочем, она всегда выглядела отлично: длинные ноги, смуглая кожа, большие карие глаза, пышная грудь и длинные каштановые волосы − мама очень постаралась передать Габриэль всю свою красоту. Макияж занял еще полчаса. Оставалось совсем мало времени. Последние штрихи и все готово Габи немного боялась подходить к зеркалу: впервые в жизни на ней такие прекрасные и безумно дорогие вещи. Все то, о чем она так долго мечтала, сейчас, почему-то пугало ее. Еще шаг и перед ней зеркало. Платье легло идеально по фигуре, словно было сшито специально для нее. «Как у него все это получается? У меня обычно уходят часы, чтоб подобрать то, что будет так идеально сидеть, а он смог сделать это, увидев меня, лишь раз» − в очередной раз восхитилась Габи. Зеленый шелк спадал с упругих бедер тяжелыми волнами по ногам, глубокое декольте приоткрыло грудь, тонкую талию плотно обтягивал широкий шифоновый пояс, спадая сзади длинным шлейфом, волосы струились по обнаженным плечам. Но она все никак не решалась надеть колье. В дверь позвонили. На пороге стоял все тот же мужчина, что принес посылку днем: − Машина уже внизу, мисс. − Спасибо, еще минутку. Вы не поможете? – она протянула ему колье и развернулась спиной, успев поймать его удивленный взгляд. Холод металла опустился на грудь, и комнату наполнили сотни бликов. Казалось, оно весило тонну. Дрожащими от волнения руками девушка взяла браслет. Застежка щелкнула и бликов в комнате прибавилось. − Мы можем идти, − объявила Габи. Еще раз оглядев себя в зеркале, она довольно хмыкнула, взяла черный бархатный клатч и направилась к двери. − Меня зовут Габриэль, − вежливо представилась девушка. − Билли, мисс. Вы превосходно выглядите, − сдержанно ответил мужчина. − Спасибо, Билли. Может, намекнете, куда мы отправляемся? − Босс запретил говорить, – смутился мужчина. Двери лифта открылись, и они направились мимо, удивленно пялившегося на них, консьержа к выходу. Черный лимузин засверкал перламутром в лучах городских огней. За окнами мелькали витрины, люди, светофоры. Казалось, они мчатся с космической скоростью, и чем дольше они ехали, тем сильнее дрожали ее руки, волнение нарастало. Внезапно машина остановилась. Билл вышел и направился в салон, держа в руках черную шелковую ленту: − Я завяжу вам глаза, мисс, вы не возражаете? Я всего лишь выполняю указания, простите. − Что вы, конечно, я не возражаю. Это ваша работа, − улыбнулась Габриэль. Он бережно опустил мягкую ткань на ее глаза. Стало совершенно темно, но в этом был огромный плюс – все остальные ее чувства обострились. Теперь она тщательно запоминала каждое свое ощущение, возможно, это больше никогда не повторится. Интрига нарастала, и ей это безумно нравилось. Машина тронулась, но проехав немного, снова остановилась, девушка услышала звук открывающейся двери. − Вашу руку, мисс, − произнес водитель. Габи подала руку Билли и осторожно вышла. Ее бросало в сладостную дрожь от теперешнего положения: сейчас она была абсолютно беспомощной, это слегка пугало и, в то же время, пробуждало неизвестные, но приятные ощущения. Билл бережно держал ее за руку и широко шагал. Каблуки Габи вдвое быстрее чеканили дорожку, то и дело, застревая между камнями. − Уже почти на месте, мисс, − сказал Билли. Через пару шагов камни сменились чем-то мягким. Теперь каблуки проваливались. Она уже сто раз пожалела о том, что надела эти босоножки, но было поздно. Идти было очень сложно, но, к счастью, через два шага, они остановились. Габриэль услышала отдаляющийся звук шагов, и кто-то неожиданно прикоснулся к ее руке, от чего она вздрогнула и чуть не закричала. Девушка ощутила теплое дыхание на своих волосах и родной бархатный голос прошептал: − Простите, забыл предупредить, что место назначения немного изменилось и ваша обувь вам больше не понадобится. − Спасибо, очень вовремя. Я вообще изначально собиралась надеть розовые плюшевые тапочки-зайцы, или кеды. − Это был бы идеальный вариант, − серьезно произнес Майкл, но через секунду оба разразились звонким хохотом. − Может уже можно снять повязку? − спросила Габи. − Потерпите еще немного. Он слегка коснулся ее талии мягкими длинными пальцами, словно боялся что-нибудь сломать. Мороз пробежал по телу Габи от пальцев ног до кончиков волос, потом в обратном направлении ее обдало жаром. Они сделали несколько шагов вперед и остановились. − Не возражаете, если я облегчу вам вечер и избавлю вас от ваших «хрустальных туфелек»? − Майкл опустился на корточки у ее ног. − Спасибо, было бы неплохо, − с дрожью в голосе ответила Габи. Щеки девушки мгновенно вспыхнули, как только он коснулся ее ноги. Застежки никак не хотели поддаваться. Майкл долго провозился с левой, а правая оказала ему огромную услугу и щелкнула почти сразу. − Ну, неужели! Я бы взглянул в глаза человеку, который придумал эти застежки! Наверное, розовые кролики были самым правильным решением. И они опять рассмеялись. − Я уже начинаю переживать за свой внешний вид в этой пиратской повязке, − протянула сквозь смех Габи. − Ах, я совсем забыл! Вам не стоит переживать, даже если бы вы были в повязках по всему телу и с попугаем на плече, вы выглядели бы так же ослепительно, − смущенно промямлил Майкл, и его щеки вспыхнули румянцем. − «Хорошо, что она не видит этого сейчас» − мысленно порадовался он. Не смотря на свой статус и положение, внутри он был неисправимым застенчивым ребенком, и Габи это забавляло. Она до сих пор не находила границы между мечтами и реальностью, совсем не понимая, как могло произойти ТАКОЕ именно с ней, здесь и сейчас. Они виделись всего раз, а он дарит такие подарки, приглашает ее на свидание и отвешивает комплименты один за другим. Почему? Как? Почему именно она? Она обычная провинциальная девушка, он – Майкл Джексон, и этим все сказано. Их разделяет огромная пропасть, но именно сейчас они совсем рядом. Миллионы вопросов уже не помещались в ее голове. Тем временем повязка защекотала нос и скользнула к ногам. Взору открылась фантастическая картина: сотни маленьких свечей усыпали газон, освещая отдельные травинки; тропинка, ведущая к плетеной беседке, с двух сторон сопровождалась рядами свечей, немного крупнее. Вся беседка была оплетена бутонами алых роз, вперемешку с белоснежными орхидеями. Внутри стоял небольшой круглый столик, накрытый белой скатертью, огонек одинокой свечи отражался в хрустале бокалов, а шампанское в ведерке со льдом, манило прохладой. − Присядем? − предложил Майкл, а Габи не смогла произнести ни слова от удивления и восторга. − Все в порядке? – спросил он. − Да, в порядке, – смутилась девушка. − «Наверняка сейчас мои «квадратные» глаза и открытый рот, выглядят очень соблазнительно! Габи, соберись! Ты не можешь так глупо выглядеть сейчас!» − мысленно злилась на себя девушка. − Что празднуем? − спросила она, в попытке скрыть смущение. − Небольшой юбилей и, надеюсь, начало новой жизни, – загадочно ответил он. – Шампанское? − Спасибо… Он сделал жест рукой и, как будто из-под земли, возник молодой парень, весь в белом. Двумя движениями он наполнил бокалы и так же незаметно исчез. − За начало нового этапа! – торжественно произнес Майкл. − Поздравляю! – не менее торжественно подержала его Габриэль. − Может пора перейти на «ты»? Мы знаем друг друга целую вечность, а общаемся, словно только познакомились, – улыбнулся Майкл. − Хм... целую вечность? Интересно... но я не против. Время летело неумолимо быстро, но они этого совсем не замечали. Почти всю ночь они проговорили, как тогда, у озера, словно знали друг друга всю жизнь и впервые встретились после долгой разлуки. В какой-то момент между ними повисла напряженная пауза. Спустя насколько секунд, Габриэль решилась нарушить молчание и робко спросила: − Почему именно я? Что я здесь делаю? Как вообще могло такое случиться, что сам Майкл Джексон обратил внимание на обычную девушку? Во мне нет ничего примечательного, и я запросто смогла бы смешаться с толпой твоих фанаток, оставшись незамеченной. − Голос ее внезапно сорвался, в глазах застыли слезы. Ее вопрос загнал Майкла в тупик. Он боялся этого разговора с той самой минуты, как впервые встретился с ней взглядом. Тысячу раз, задавая себе этот вопрос, он так и не нашел ответа. − Понимаешь, когда я впервые увидел твои глаза, я больше не мог перестать думать о тебе ни на минуту. В твоем взгляде было что-то до боли знакомое и родное. Мне показалось, что когда-то ты пережила слишком много боли, и это все мне очень знакомо. Я не могу это объяснить, просто чувствую, что не должен тебя отпускать, − Майкл заметно нервничал, каждое слово давалось огромным трудом, но все, что он говорил, было правдой. В этот момент слезы ручьями хлынули из ее глаз, «разделив» лицо на три части. С тихим «Прости», девушка выскочила из-за стола и пулей скрылась в темноте сада, Майкл, в ту же секунду, сорвался вслед за ней. Пробежав пару метров, он чуть не снес ее с ног. Она стояла к нему спиной, только плечи слегка вздрагивали от рыданий. − Что с тобой? Чем я тебя обидел? − Ничем. Ты ничем меня не обидел. Просто все совсем не похоже на реальность. Он улыбнулся, повернул ее к себе и крепко обнял: − Маленькая моя девочка, я сделаю все, что ты только захочешь. Я больше не сомневаюсь в этом! Хочешь, я все брошу и мы уедем? − Нет, не хочу! Как ты можешь бросить? Миллионы людей по всему миру любят тебя, живут тобой и следят за каждым твоим шагом, а ты собираешься их бросить? Они никогда этого не простят. Мне не простят… ведь это я отниму тебя у них… − Не говори глупостей! Я очень люблю своих фанов, но никому не позволю диктовать, как мне жить, − голос его звучал нежнее, чем обычно, а слова внушали ее сердцу покой и уверенность. Слезы продолжали лить ручьями, но остановить их было не в ее власти. − Как же жалко я выгляжу сейчас. Не смотри, – всхлипывала девушка, пытаясь справиться с потекшим макияжем. − Ты выглядишь прекрасно, − прошептал он, взял ее руку и повел обратно в беседку. Он сидел рядом, прижав Габи к себе, и умилялся ее «детскими» страданиями по поводу испорченного макияжа. Как же она не понимала, что она была нужна ему любая - с макияжем или без. Она потирала воспаленные глаза, как сонный малыш, кончик носа покраснел, волосы слегка растрепались, а он наслаждался каждым мгновением. Ему сейчас больше всего на свете захотелось защитить ее от всех проблем и огорчений. В этот вечер Майкл решил, что больше не сможет видеть слезы в ее прекрасных глазах, и сделает все, чтобы она больше не огорчалась. Он еще не знал, что в недалеком будущем, сам причинит ей боль и заставит безумно страдать. Но это будет потом. А сейчас он должен сделать все, чтобы ничто больше не омрачило этот вечер. − Не нужно больше плакать, все будет хорошо, − уверял он ее, и ей очень хотелось в это верить. Он провел по ее волосам и мурашки побежали по его телу сверху вниз и сосредоточились внизу живота. Давно забытые ощущения посетили его снова, тысячи огоньков засверкали в глазах и мысли спутались. Он не знал, как ему удержать себя в руках. Глубоко вдохнув и выдохнув, Майкл спросил: − Может воды? − Да, спасибо. Здесь есть место, где я могла бы привести себя в порядок? − Сейчас Энни проведет тебя, – улыбнулся Майкл. Он опять сделал жест рукой, и как обычно, "ниоткуда", появилась женщина в белой униформе. − Проведи мисс Брукс в ванную, пожалуйста, – попросил он женщину. − Конечно, Майкл, – сдержанно ответила Энни. «И все эти люди находились где-то рядом постоянно? Все, абсолютно все видели мою истерику! Лучше бы мне провалиться сквозь землю прямо сейчас!» − думала Габи по пути. Через несколько шагов ей открылась удивительная картина – за деревьями показались тот самый пруд и скамейка, на которой они провели свой первый вечер вместе. Это было настоящее чудо! Девушка не верила своим глазам. Кто он? Волшебник? Ангел? Находясь в раздумьях, Габи не заметила, как оказалась уже у двери ванной. − Мисс Брукс, если понадобится моя помощь, позовите, я буду рядом, – не дожидаясь ответа, Энни тихо закрыла за собой дверь. Габриэль осмотрелась вокруг. Ванная комната была просто огромной. На матовых стеклянных полочках стояли разные баночки. Золотые ручки на шкафчиках сверкали в свете софитов. Огромное зеркало, почти во весь рост, открыло Габи неутешительную картину – растрепанные волосы торчали во все стороны, по щекам растеклась тушь, глаза покраснели, помада совсем стерлась. Девушка раскрыла клатч и обнаружила, что набор косметики так оказался минимальным. Меньше всего она рассчитывала истерить сегодня и прихватила всего лишь пудру и блеск для губ. − И он видел меня такой… это катастрофа…, − обратилась Габи к своему отражению в зеркале. Первым делом, она открыла кран и умылась. Взяв белое махровое полотенце, промокнула лицо, и сразу поймала себя на мысли, что эта ткань, возможно, так же касалась и его кожи. Приятное тепло снова пробежало по всему телу. Она пыталась привести себя в порядок, но безуспешно, как ей показалось. Глаза и нос, все еще, оставались красными. Волосы удалось собрать в хвост, но завязать оказалось нечем. Пора была выходить. Габи показалось, что она провела в ванной целую вечность, но прошло всего пятнадцать минут. Она напоследок снова взглянула в зеркало, провела пальцами по ожерелью, глубоко вдохнула и медленно повернула дверную ручку.
