Майдес Голд

Грендель сидел за барной стойкой, низко опустив голову. Зачем ему все это? Ну, вот что он сегодня тут забыл? Исполнение обещания самому себе завязывать с барами все затягивалось до лучшего, все не наступавшего момента. Он держался, но сегодня был повод появиться в этом чертовом месте. Повод с карими глазами и волчьей ухмылкой. "Трин-Трап", как и обычно, не отличался особым дружелюбием или веселой атмосферой. Лишь гнетущая тишина и осторожные, обеспокоенные взгляды Холли, которая скрывала все нарастающее напряжение, бессмысленно протирая мутные стаканы. Дровосек сидел за другим концом стойки, точно так же, как и Грендель, ссутулившись, и упрямо смотрел невидящим взглядом в одну точку перед собой. - Да, миленькая компания. - Иронию чудовища не оценили, если вообще заметили, лишь троллиха попыталась было что-то спросить, но, наткнувшись на наигранно-заинтересованный взгляд Грена, быстро передумала. Чего он ждал? Послушал Вуди и теперь надеялся, что Волк все-таки придет сюда в поисках этого урода, заплывающего синяками? Очередной глоток виски - и мужчина, встряхнув волосами, снова уткнулся взглядом в стойку. Волк не замечал его, делал вид, будто и не существует вовсе никакого Гренделя. Игнорировал и бросал преданные взгляды на красавицу Снежку. Может, это "гламур" во всем виноват? Может, будь все по-старому, и?.. Раздражение, смешанное со злостью, волной прошлось по позвоночнику, заставляя вздрогнуть. Миленько бы вышло… В том-то образе… Да и какое дело до Бигби, в самом-то деле?! *** - Я даже не буду спрашивать, где он сейчас, мне просто нужно знать, когда он тут был в последний раз? – чуть хриплый голос заставил Гренделя напрячься, вызывая желание повернуться, но он упрямо держался и смотрел на собственные руки. Как давно он не слышал этот голос… Холли нервничала. Заламывала незаметно пальцы под стойкой, и чудовище слегка кивнуло, пытаясь подбодрить ее. "Молчи, милая, – вертелось в голове. – Тяни время". - Да он здесь несколько недель уже не был… Ну... я не знаю… не был он здесь давно уже… не знаю, – женщина сбивалась, но смотрела на Волка уверенно и прямо - так, как, пожалуй, умела только она. Грен завистливо вздохнул - ему бы позволить себе такую смелость. Пальцы машинально погладили влажный бок стакана, Грен зло сощурил единственный видящий глаз и снова попытался взять себя в руки. Чем быстрее Холли сдастся, тем быстрее Бигби уйдет. Хотелось шипеть от досады на эту нерешительность, выдающую правду с потрохами, но Грендель молчал. - Мне нужна небольшая помощь, – сипло выдал Волк, но троллиха лишь пожала плечами. Тогда Бигби брезгливо поморщился, сделав пару шагов по бару, легко касаясь деревянной поверхности потертой стойки. Шериф фыркнул, замечая неубранный стакан с пивом, неряшливо брошенные спички – он ведь и сам видел, что это спектакль; и только потом почти брезгливым взглядом окинул мужчину с фиолетовыми волосами. Тихие шаги за спиной, скрип отодвинутого стула, заставляя нервно сглотнуть, узнавая знакомый запах опустившегося рядом. - Тут еще много свободных стульев, – голос сдавал, выдавая фразу как-то неуверенно. Взгляд, как за спасательный круг, хватался за каплю, стекающую по боку полупустого стакана. - У тебя проблемы с этим? – бросил Бигби, но голову так же не повернул, рассматривая фотографии постояльцев бара, висевшие на стене между полками с низкосортной выпивкой. Улыбающиеся лица, старые знакомые, но теперь уже совсем чужие персонажи. - Ты мне не нравишься, меня напрягает, что ты сидишь рядом со мной, – слова почти со скрипом выдирались из горла, царапали небо. Грендель с силой заставил себя сидеть ровно, когда Волк все же кинул на него ехидный взгляд. - Ты можешь попросить меня, чтобы я отсел, – бросил будто бы равнодушно, но Грен готов был поклясться, что в голосе мелькнуло веселье. А мысль-то меж тем была вполне логичной, но оба упрямо оставались на своих местах. Шерифу, видимо, было все равно, а чудовище разрывалось между желанием сесть ближе и обидой на себя самого. Молчание затягивалось… Холли пришла на помощь, помогая избавиться от странного оцепенения, выводя обоих мужчин из собственных мыслей, и Грендель сделал большой глоток терпкого пойла, пытаясь потянуть время еще немного. - Будешь что-нибудь заказывать вместо того, чтобы приставать к моим клиентам? – раздраженно кинула блондинка. – Ты знаешь, что я имею в виду… - тихая угроза еле мелькнула в тоне - Холли единственная, кому он все-таки смог рассказать. Зачем, в действительности? Хотел, чтобы его пожалели? - Дай мне Майдес Голд. - С лаймом? – троллиха ехидно изогнула бровь. - Нет. - У меня его все равно нет. Женщина улыбнулась и снова пожала плечами, и Грендель, не выдержав напряжения, прыснул со смеха. - Думаешь, это смешно? – рыкнул Волк беззлобно. - Да это просто охренеть как смешно... – чудовище опрокинуло в себя остатки содержимого стакана, скрывая нервную улыбку. - Окай, все в порядке, все в порядке… А вообще-то, я начинаю терять терпение. Звук льющейся воды заставил мужчину замолчать. "Что ж так быстро", – как-то обреченно подумало чудище, когда дверь распахнулась, и из туалета, застегиваясь на ходу, вышел Вуди: - Холли, там бумажные полотенца закончились и… - взгляд заплывших глаз наткнулся на Бигби. – О, черт. И снова повисла тишина… Под внимательным цепким взглядом карих глаз Дровосек тяжело опустился на скрипнувший стул. - Сотню лет повторяется одно и то же… я о нашей бойне, – он говорил тихо, резко потухшим голосом, будто ни к кому не обращаясь, но каждое слово отпечатывалось в голове. "Сейчас снова будут драться", – думал Грендель и представлял синяки - такие же, как сейчас на Дровосеке и на скулах Волка. Стало тошно. В очередной раз все должно было закончиться вот так… - О! Как раз собирался пересесть, – оскалился шериф, бросая на чудовище ехидный взгляд, и рывком поднялся на ноги. Грендель не повернулся, лишь слегка вытянул назад руку, упираясь Бигби в грудь. Под ладонью быстро билось волчье сердце, предвкушая драку. Волк замер на мгновение, втянул носом воздух и наклонил голову, все еще смотря перед собой. Взгляд, казалось, потеплел, а под пальцами забилось быстрее, но Грен готов был свалить все на собственное напряжение и фантазию. - Я просто хочу поговорить… Не обязательно делать из этого что-то, – тихо, вкрадчиво. Впервые за весь разговор чудище заставило себя повернуться, пересекаясь с волком взглядом, оно не убирало руки, просто не могло, поддавшись предательской слабости. Лицо само скривилось злой маской, обезображенное шрамом на щеке и лишенным зрачка глазом. Грен поджал губы: - Может, он не хочет с тобой говорить… "Я хочу, поговори со мной", – билось в голове. - Так давай, у него и спросим? – не вопрос - утверждение. - Да все нормально, Грен, – бросил басом Вуди, и чудовище заставило себя успокоиться, рывком отнимая ладонь... Он уже не слышал, о чем они говорят, мысли путались в голове, не давая думать, казалось, что ладонь теперь жжет изнутри. *** "Гламур", чары, измененная внешность… Многим тогда срывало крышу на первых порах. А все потому, что было уже неважно, кто ты – злодей или герой, животное или человек. Теперь им было позволено начать новую жизнь с нуля, переписать страницы собственных сказок, и каждый цеплялся за эту возможность, как мог. Большой шанс! Почему именно Волк? Грен все еще помнил тихий рык, горячие руки с выступающими костяшками, оскаленную пасть… Что-то определенно было не так: Бигби не снимал «гламур», он терял образ, даже здесь он не мог контролировать себя. И каждый раз, когда отношения подходили к какой-то грани, эмоции брали верх, и вместо человеческих карих глаз чудище натыкалось на желтые глаза волка, смотрящие на него с оскаленной получеловеческой морды. Это было страшно. По-настоящему страшно, когда любовник, прижимающий тебя к простыням, в один момент меняется: покрывается жесткой короткой шерстью, теряет человечность… Это, кажется, был последний раз – лицо обожгло болью, оставляя на память шрам под левым глазом и лишая его возможности видеть. Бигби ушел громко, еще не целиком вернувшись в себя. Ушел и не оставил за собой ничего, за что можно было бы зацепиться, кроме этого долбаного шрама. Никто не произносил громких слов, никто ничего не обещал, никто никому не обязан. Все закончилось… Какая разница, что кто-то ску... Нет, не произносить этих слов. *** Грен тряхнул головой, собираясь с мыслями. - Я ведь собирался ее ограбить, и тут появился ты… Я собирался ограбить ее и ее бабушку! - О чем ты? - Ну, Красная Шапочка и ее бабушка, – повторил Дровосек, - я собирался… а там лежишь ты. Я спас ее только потому, что думал, что за это будет какая-то награда, но-о… А куча людей подумала, что я теперь герой. А вот теперь тут я - плохой парень, а ты шериф. Нелепо, да? Большой Серый Страшный Волк! - Ты убил ту девчонку? – в лоб спросил Бигби, и Вуди замолчал на полуслове. - Девочку? - Фейт. Ну, ту проститутку, что ты избивал сегодня утром. - Она мертва? Нет! Нет-нет-нет, – голос стал невозможно детским, неправильным, жалким. – Я был тут... я... я кусок дерьма, я поднял руку, но я бы не смог, я… я ведь... Бигби, ты же веришь?! – в голосе проскользнули истерические ноты, и чудище не выдержало. - Ты жалок, – произнес Грендель одними губами и громко опустил пустой стакан на стойку. - Он был здесь, шериф. Это, чтоб тебя, правда, - почти равнодушный голос. "Я знаю это наверняка", - хотелось добавить, но он смолчал. Зачем надо было вмешиваться? Зачем лезть в разборки? Разве есть ему дело до какого-то убийства? "Давай скажем честно, - не тонко так намекнул внутренний голос, - тебе есть дело до всего, что связанно с ним, и ты все равно влезешь в это по уши". - Я не мог… не делал… Чудовище поднялось на ноги рывком, все развивалось слишком быстро, и Вуди, почувствовав угрозу, вскочил следом. - Стой, это не то, чего я хотел! – прекратив, наконец, свои лепетания, пробасил мужчина, но поздно - злость комком уже поднималась к горлу. - Ох, да заткнись ты, Вуди, просто заткнись! Дело не в тебе, дело в этом псе! Ходит тут, рыскает, копает. Это неправильно! - Все не так! Проблемы, вокруг проблемы,– Дровосек уже сам не знал, кого тут стоит защищать. Спина Бигби была напряжена, угроза стала почти осязаемой, и мужчина не знал, кого он будет останавливать первым. - Ага, сестра Холли пропала, но никто даже не дергается, он не подумал что-то исправить! Зато Снежка щелкнула пальцами, преданный… Кулак прилетел в челюсть совершенно неожиданно. Пол ушел из-под ног, и Грендель, снеся спиной тяжелый деревянный стул, теперь неуверенно потирал ушибленную челюсть. - Это все, что у тебя есть? – улыбка вышла сама собой. Грен даже не поднимал взгляд, ему не нужно было смотреть, чтобы понимать, что его надежды теперь ушли окончательно. Его ударил не Волк, его ударил именно Бигби. Ударил за имя чужой девчонки, которая теперь чуть ли не водит его на поводке. Теперь это было уже очевидным, как ни закрывай глаза – он любит ее. Ревность вкупе с раздражением неприятно заскребли в груди. - Да, - тихо и четко. - Не будь так уверен… - Всего одно легкое усилие, скидывая ограничения, иллюзию, по сути, открывая истинную сущность. "Гламур" слетел, явив перед собой настоящее чудовище – большую страшную изуродованную тушу: белая голая кожа, обтягивающая мышцы; выпирающие острые, будто рыбьи, зубы, торчащие из безгубой пасти; прозрачные, невидящие глаза… - Ты должен был уйти, когда была возможность. Вот теперь, кажется, Волк был напуган. Не видом, разумеется, но тем, что есть на самом деле, что вот это – истинная сущность. Грен видел, как в отражении карих глаз ухмыляется он сам… - Ты пугаешь дам, прекрати, - получилось неуверенно и сипло, но Бигби все равно упрямо стоял на месте. Троллиха фыркнула тихо, поддерживая старого друга. Буквально миг - и вместо аккуратной женщины тоже появилось чудовище с закрученными рогами. Драки не избежать – это уже даже не очевидно, это лишь мысль, которая заедала на уровне подсознания. Удар длинной белой руки, с трудом позволяющий Бигби удержать равновесие, впечатывая его в барную стойку. Не в полную силу, лишь в половину - он ведь не справится с чудищем в такой форме. Грен не дал времени на передых, перехватил одной рукой за талию, сжал, притягивая к себе, и с силой приложил спиной о потолок. Раз, еще раз, выбивая дух, но Волк умудрился все же вывернуться, зацепившись за вентилятор. "Приходишь в себя, – мысленно усмехнулось чудище. - Так-то лучше, не жалей меня". Рука разжалась, тут же перехватывая Волка снова. Одно движение, будто вбивая мужчину в пол. Сказку убить не так просто, а Бигби - тем более, надо всего лишь разозлить. Волк попытался подняться на руки, но слишком рано - Грен рывком приподнял мужчину, отправляя его в полет. Стена - и Бигби куклой падает на пол. Кажется, будто сделать шаг теперь тяжело и непривычно, но он давно привык к себе: длинные руки будто опора для ходьбы. Шаг неуверенный навстречу, давая Волку немного времени. Теперь между ними бильярдный стол. Грендель уперся в него руками и, будто тележку, потащил вперед, громко царапая деревянный пол. Он не сомневался, что это слишком медленно, будто давал возможность увернуться, и все же немного растерялся, когда мужчина, в один прыжок оказавшись на столе, выпрямился перед ним. Удар, еще удар, разлетевшийся в щепки стул, перевернутая мебель, Волк уворачивался, стараясь не попадать под прямые удары, но сознание его уже начало заволакивать туманом. Вешалка точным ударом вошла между глаз чудовища. Это не было больно – лишь отголосок, перекрываемый обидой, той, которая гораздо страшнее любой физической боли, когда Грен рывком выдернул крючок вешалки из себя… Волк, словно игрушка, – это все не то, лишь механические жесты. Когда он научился так себя контролировать? Этого было бы вполне достаточно какое-то время назад. Вот теперь становилось действительно обидно. Он ведь мог прийти… рассказать, они могли бы попробовать еще раз, но нет. Теперь есть эта Снежка, зачем возвращаться к старому, правда, Бигби? Пальцы легко перехватили тонкую человеческую ногу, встряхнули, будто подушку, ударяя о стену, разбив телом мужчины лампу, припечатывая к столу, оставив на гладкой поверхности следы крови. Лицо Волка встретилось с полом, и Грендель остановился, заметив, что сопротивление пропало. Просто мужчина, раскиданный неаккуратно по грязному ковру. Грен вздохнул и, не отпуская из собственных пальцев ногу Волка, направился к барной стойке, волоча шерифа за собой. Не так просто с ним справиться – это лишь кажется. Шаг, еще шаг - и за спиной, наконец, раздался противный скрежет вдавливаемых в дерево когтей. "Ну, здравствуй, милый", - усмехнулся про себя Грен, откидывая Волка, теперь уже действительно волка, в стену. Темные жесткие волоски, прорывающиеся сквозь кожу, чуть заострившееся лицо, пустые желтые глаза, закрывающие все человеческое где-то внутри, слегка сутулая спина и оскаленная пасть… Бигби не теряет облик, ему не нужно снимать чар, чтоб стать тем, кто он есть. Грендель замешкался - в последний раз он видел этот образ так давно, совсем в других обстоятельствах. Зачем он сейчас сам довел его до этого?.. Теперь экономить силы было опасно, теперь Волк действительно не станет жалеть… Чудище бросилось вперед, но волчьи когти встретились с лицом, обжигая, впиваясь в кожу. Бешеная схватка, когти, кровь, длинная царапина на шее, щедро делящаяся густой кровью с красным ковром бара. Руки, перехватывающие за плечи, пока пальцы машинально пытались зажать порез на горле. Знакомый запах ударил в нос, и Грендель рывком дернулся назад, вжимая Волка в стену… Резкая вспышка боли заставила покачнуться, опускаясь на колени, – кий вошел в плечо почти наполовину, рука моментально онемела. Пинок, ломая колено, - и Грендель вскрикнул, сдаваясь окончательно. - Ему достаточно! – Вуди не вмешивался в драку, стоял и смотрел округлившимися от удивления глазами, будто в оцепенении, и казалось, только сейчас смог прийти в себя. Тихий рык, тяжелое дыхание - Волк брезгливо окинул Дровосека взглядом звериных желтых глаз, повернулся, замер, встречаясь взглядом с чудищем… Когти впивались в предплечье Грена, заставляя тихо подвывать. Казалось бы, секундная заминка, когда что-то все же оборвалось внутри. "Конец", – было в голове, но Волк с усилием сделал шаг назад, разжимая пальцы. Попятился, развернулся рывком и почти рухнул на бар перед Холли. Слова доходили с трудом, будто через дымку, боль растекалась по клеточкам, заставляя позорно, по-детски хныкать, свернувшись на полу. Жалок, Грен, ты, как всегда, жалок… - Виски. Маленький стакан разбился об пол на мелкие осколки. - Двойной, - совершенно севшим голосом, прорывающимся рыком, уточнил Волк, и Холли трясущимися руками вылила в пивную кружку почти всю бутылку. Пара громких глотков - и желтые глаза снова стали человеческими… Он не поднимал взгляд, не оборачивался, и лишь одна мысль гремела у Грена в голове, колоколом стуча в висках, – почему? Почему он все равно пожалел и не убил, когда мог? Как долго еще будет продолжаться эта глупая война?.. А самое главное – почему он так уверен, что, зализав раны, все равно будет искать встречи с шерифом, даже если ради этого придется убить не только Фейт, но и еще одного персонажа этой глупой сказки нового мира.