Как ты это видишь?

*** День казался не очень приятным и теплым, но Курту приспичило купаться, и Роланд окончательно опомнился только тогда, когда друг уже оказался в воде, а он остался сидеть на песке. Долго это не длилось, потому что Роланд вдруг потерял Смита из виду, а позже заметил, что вода поменяла цвет... буквально вся вода стала красной! В голове сразу же заметались тревожные мысли, он вскочил, как ненормальный, а когда он подбежал ближе, внутри все оборвалось - на поверхность реки что-то всплыло и не двигалось... было не очень хорошо видно, но Роланд не имел сомнений: это его друг, засранец Курт, которого он так любит!! Ноги подкосились, Ро готов был рухнуть на чертов песок, но все же удержался и двинулся вперед, шатаясь. И вот он наконец приблизился и прижал к себе совершенно бесчувственное тело друга с разбитой головой... очевидно, нырнул в очень неподходящем месте... ужасно неподходящем. Мир перевернулся для Роланда, хоть его и окружал по-прежнему хмурый пейзаж, сдержанная в эмоциях погода и эти безликие люди, которым было совершенно наплевать, они словно и не замечали ничего. Стало невыносимо тяжело, он закричал так громко, насколько мог, слёзы, что покатились градом, начали смешиваться с кровью друга. "Ничего больше не имеет значения!" - возникла настойчивая мысль, и ему захотелось уйти туда же, куда недавно отчалил друг, Орзабал скрылся под водой, не выпуская из объятий мертвого товарища. И тут Роланд очнулся и уставился в стену, лицом к которой спал, его сковал страх, ведь сознание до сих пор было затуманено ужасающими картинами, что он увидел недавно. Спустя несколько секунд ступора, Роланд перевернулся на спину... рядом лежал Курт, повернувшись спиной, но, судя по всему, живой. Это настолько обрадовало, что Ро чуть не вскрикнул. Он крепко прижался к нему, не беспокоясь о том, что может его разбудить. И кажется разбудил... Курт заворочался. Но его ворочание только еще больше взбудоражило Роланда. ОН ЖИВОЙ! *** Объятия становились все крепче по мере его пробуждения. - Ро... Роланд... ты сбрендил, - пробормотал он и в ответ получил горячий поцелуй в щеку. Ладно, если бы это все приснилось, ведь во сне и не такие странности приключаются... а тут, среди ночи начал так обнимать ни с того ни с сего... Смит немного отстранился от друга, поглядел на него. Сквозь ту темень, что окутала "уголок извращенца", можно было разглядеть печаль вперемешку с нежностью, что отражались на лице Роланда. - Ну что... что с тобой? - сонно пролепетал Курт, несколько недовольный тем, что его разбудили. Как хорошо и крепко спалось! И тут... - Тебе нехорошо? - Он прикоснулся к его лбу... горячий, но не так, чтобы очень. Друг мягко взял его руку и поцеловал ее. У Смита от смущения и неожиданности вырвался смешок: - Что за дела? - Вот дуралей! Возникало такое ощущение, что Роланд до этого проснулся, пошел напился пива, лег обратно, опьянел наконец, ему стало скучно, и он решил поприставать к товарищу. А дуралей ничего не сказал, лишь трепетно прижал руку Смита к своей щеке, по которой... струились слезы?! - Ты плачешь?? - Курт охрип от удивления. Ну и ну... Плачущий Роланд будит его объятиями и поцелуями и при этом не выглядит пьяным. А это точно не сон? В голове закрутились подозрения: вдруг случилось что-то плохое?? Спать перехотелось. - Что стряслось? - чуть ли не воскликнул Курт. - Не молчи! - Ничего не стряслось, - вдруг ответил Орзабал, словно опомнившись, и отпустил его руку. Он не смотрел на друга. - Я извиняюсь. "Как это "ничего"? Как это "извиняюсь"?" - возмутился про себя Курт, но ничего не сказал вслух. Что за хрень вообще? Попилив его взглядом, который стал укоризненным, Курт заметил, как друг пытался сдержаться, но эмоции так и рвались наружу - он порывисто дышал и, казалось, дрожал. Наконец, не выдержав их напора, Роланд прижался к его груди. - Ты жив! Это было так страшно... - Конечно, жив, - медленно ответил Смит с недоумением. - Погоди... тебе что, плохой сон приснился? - Да... - еле слышно произнес Ро. - Приснилось, что со мной что-то не так? - наконец догадался Курт и усмехнулся. - Ну подумаешь умер, напугал только зря... я-то думал, что что-то серьезное... - Смеешься?? - разгорячился Роланд и резко потянул его за ворот футболки, в которой он спал. - Так же будешь забавляться, глядя Оттуда, как я, идиот несчастный, убиваюсь по тебе? - Перестань, ты мне сейчас футболку порвешь... - растерявшийся Курт ляпнул первое, что пришло в голову, и кулак друга неожиданно поздоровался с его правой скулой... и достаточно больно!! "Весёлое пробуждение!" - он схватился за правую половину лица и не успел подумать о том, что ему сейчас делать или говорить, как Роланд опять прильнул к нему и на сей раз откровенно разрыдался. - Ро-оланд... - тихо проговорил Смит в обалдении от такого трагизма и наконец посочувствовал, прижал его к себе покрепче. Когда товарищ немного успокоился, он приподнялся: - Я сейчас захлебнусь в этих соплях, нужно умыться... - А ты сам точно дойдешь? - неуверенно спросил Курт, глядя как Роланд неторопливо встает. - Дойду, а ты спи... и извини, - добавил Роланд смущенно и скрылся за дверью. Потрогав сырую от его слез футболку, Курт умилился. Конечно, он знал, что друг его - натура чувствительная, ночью все близко к сердцу воспринимается, а спросонья разум вовсе может потеряться между сном и реальностью. А тут все в кучу? Курт было приподнялся, pешив, что нужно пойти за другом, но тут Роланд сам появился, так же неторопливо. Присел на кровать. - Ну как ты? - вполголоса прошелестел Курт, вглядываясь ему в лицо сквозь темноту. Все еще грустит... - Из головы не выходит, странно себя чувствую... - он говорил таким тоном, словно находился под гипнозом, - не волнуйся, постарайся уснуть, хотя теперь это будет не так просто, ведь я так взбудоражил, мне неловко... Смит непроизвольно заулыбался: - Не в последний ведь раз сплю... - "Нет! Глупо прозвучало в данной ситуации". - То есть, ерунда! Я вовсе не сержусь... - Еще и спектакль этот... - Роланд уныло поморщился, - Но я не мог быть наедине с этим... до сих пор не могу забыть твой холодный труп... - Но я не труп и не холодный! - Курт пододвинулся к нему, начал ласково гладить по голове, а другой рукой прижал к себе, - Не холодный же? А? - Нет... Поцеловав его в щеку, Курт, не раздумывая, послал ту же телеграмму по несколько иному адресу, и Роланду пришлось это по душе. Обычно Смит стеснялся поцелуев с Роландом, на трезвую голову такого и вовсе не происходило, но в этом случае им управляло желание успокоить лучшего друга, а не "побаловаться", поэтому стыда с его стороны не наблюдалось. ***** Утром Смит проснулся один, растянутый во всю площадь постели. В окно настойчиво стучался косой дождь, достаточно сильный. Хороший будильник, надо сказать. Курту казалось, что он мог спать еще и еще, но дурацкий дождь... С другой стороны, Роланда рядом не было, так что, скорее всего, сейчас не так уж мало времени, можно и проснуться. Вскоре Курт очутился на кухне и налетел на друга, который стоял спиной и держал в руках чашку, и чай из нее немного выплеснулся на пол. - Ох, черт! - вместо приветствия изрек Роланд. - Легко ты отделался, а то ведь он достаточно горячий. - Вот и хорошо, что горячий, - Курт начал готовить себе завтрак. - Давно проснулся? - Может, полчаса назад, - после небольшой паузы ответил он меланхолично, - пью чай во второй раз. Когда Смит уселся напротив друга, он заметил, что тот держится как-то чересчур закрыто, он был не особо разговорчив и к тому же не смотрел на Курта, как будто избегал его взгляда. Курт видел только одну причину - ночной "инцидент" - и попытался разрядить обстановку: - Что, сегодня тоже выходной или все же потрудимся? - он смотрел на Роланда в упор, а тот - в свою кружку. - Думаю, стоит потрудиться, хотя, честно говоря, в голове нет никаких новых мыслей, а что насчет почти готового материала... нет настроения за него браться. Роланд редко признавался в отсутствии настроения прежде чем приступить к какой-то работе, обычно он и Курт узнавали об этом в процессе. Не хотелось задавать типичный вопрос "Что с тобой?", но Смит не нашел иного выхода. В ответ друг помолчал, потом еще помолчал... и наконец выдал мучительное "Мне так стыдно", потупившись еще больше. - О, Боже, - Курт устало подпер щеку рукой, - перестань стыдиться. Не думаешь же ты, что я буду таким противным... - ... и станешь рассказывать об этом знакомым, гнусно похихикивая? - Роланд все же сострил. Курт засмеялся, но тут же ответил серьезно: - Поверь, я не вижу в этом ничего смешного. Конечно, это было вовсе не смешно, а ужасно мило! Но разве Курт стал бы говорить такое, когда в желудке нет и капли спиртного? На самом деле Смит нисколько не жалел о том, что друг его разбудил и показал искренние чувства... или это были не столько искренние, сколько обостренные чувства? Курт решил зайти с другой стороны, чтобы постараться избавить Роланда от ненужных переживаний: - Может, ты хочешь сказать, что если бы со мной что-то произошло сейчас, ты бы так не страдал? - Что ты несешь? Их взгляды наконец пересеклись, и Роланд вдруг еще больше помрачнел и протянул хмурое "У-у-у-у", снова уставился в кружку. - Что опять стряслось? - непонятливо нахмурился Курт. - Ты не встречался с зеркалом сегодня? - Мельком глянул... а что? - На твоем лице всё же остался памятный след от моего кулака, - он еще больше смутился. - Прости. Курт встал и взял в руки металлический чайник, в нем достаточно ясно отражался небольшой кровоподтек на лице Смита. - Да фигня! - заверил он, снова занимая свое место. - Будто ты не видел, как меня разукрашивали другие... - Конечно, видел, - устало вздохнул Роланд. Было ясно, что он хочет этим сказать "Ты же прекрасно понимаешь, болван, что дело не в этом!" Дождь перестал барабанить, мокрое окно заблестело от неожиданно появившегося солнца. Нельзя сказать, что солнце ослепляло. Так, просто дало о себе знать. - Интересная погода, - Роланд встал около окна, а Курт все еще торчал за столом. - Что такого интересного? - спросил он, дожевывая бутерброд. - Бьюсь об заклад, что через пять минут снова зарядит дождь, - он махнул рукой, как ворчливый старик. - Три радуги - вот, что интересно! - все же друг был настроен в тот день на меланхолично-романтичный лад. - Красиво... - Три?? Смита данное заявление заинтересовало, и он подбежал к окну, стал вглядываться. - Раз... два!... Эй, я вижу только две. - Он пихнул Роланда локтем в бок. - Обманщик! - Да вот же третья, слева ... просто, она не доросла еще до двух других... - Я не знал, что ты успел наклюкаться с утра, - усмехнулся Курт и отошел. - Я не знал, что тебе уже пора выписывать очки! -парировал Роланд и потянул его обратно к себе, подхватив сзади, Курт ойкнул. - Я хочу, чтоб ты ее увидел, просто присмотрись получше! - Он стал дышать ему в затылок и до сих пор не отпускал, от этого по лицу Курта расплылась дурацкая улыбка, и ... о, чудо! - Да-а, я ее вижу! - вдруг воскликнул он. - Ребята, вы где?! - послышались бодрые возгласы Йена Стенли из коридора. Роланд предусмотрительно разжал объятия, так что Смиту даже не пришлось трусливо из них вырываться, они обменялись многозначительными улыбками. - Мы здесь! - откликнулся Курт. - Тащи свою задницу на кухню... Долго ждать не пришлось, он резко вырос в дверном проеме: необычно энергичный и веселый. В руках у него была какая-то прямоугольная штуковина с мотком проводов. Он чуть ли не торжественно поднял ее вверх: - Вот он! Я его достал! Орзабал и Смит переглянулись и поняли... что ничего не поняли. - Молодец... - улыбнулся Курт, не зная, что еще сказать. - Здорово, но для чего это? - рискнул спросить Роланд. - Это же усилитель, - Йен весь сиял, прямо как их чайник, - он гораздо круче нашего! - Вау... - удивленно проговорил Роланд. - Вау! - повторил он уже с детским воодушевлением. - Круто! Пошли испытаем его!! Роланд и Стенли мигом скрылись в коридоре, а Курт почувствовал себя идиотом, что не в теме, но потом усмехнулся и двинулся за ними.