Проклятый "Майбах"

Вот это он зря… - А давай! – легко согласился я и расплылся в предвкушающей улыбочке, а для достоверности облизнулся. Глаза хозяина «Майбаха» из светло-карих превратились в жёлтые, прямо как у гюрзы, а на губах появилась плотоядная улыбка. Он, глядя на меня, стал медленно стягивать полотенце, не сводя своих змеиных глаз. «Прости меня, мама, непутёвого сына!» - промелькнула у меня мысль, и я со всей дури въехал этому козлу в морду. - Сам у себя отсасывать будешь! – брезгливо, но довольно бросил я этому Максиму. Потом всё происходило как в замедленной съёмке: вот этот наивный чукотский козёл с неверием смотрит на меня, медленно проводит пальцами по рассеченной губе, разглядывает ярко-алые пальцы и… вот мы уже, как два дворовых кошака, мутузим друг друга. Ну, мутузил он меня, а я только успевал блокировать удары. Да, у этой сволочи хорошая подготовка оказалась. Пропустив пару ударов по почкам и по лицу, этот змей поставил мне подсечку, и вот я лечу с высоты своего немаленького роста на пол, задевая по ходу вальса затылком книжный шкаф. В обморок я не уплыл, зато меня затопила адская боль, от которой зашумело в ушах, а перед глазами заплясали звёздочки. Пока я приходил в себя и старался хоть как-то собрать свой мозг в кучку, Максим уселся на меня, да ещё и руки мне выкрутил. Типа, чтобы не убежал? Да я сейчас и думать-то не могу, не то что что-то предпринимать. Он ничего не говорил, просто сидел и смотрел на меня своими жёлтыми глазищами. Что удивительно, после драки он даже не запыхался, не то что я, хрипел как астматик. С его рассеченной губы на подбородок тонкой струйкой стекала кровь и капала мне на обнаженную грудь. Рубашку он мне порвал почти сразу же, скотина, поэтому теперь я под ним лежал полуобнажённый. Бесит вся эта ситуация, особенно лежание под этим зажравшимся боровом! - Значит, сам у себя… - задумчиво протянул он и наклонился к моему уху. – Две недели, - прошептал он, опалив лицо горячим дыханием. Его слова доходили до меня, как сквозь вату, но когда дошли, даже боль отошла на задний план. Он дал мне две недели отсрочки? Или мне это послышалось? Пока я соображал и потерял бдительность, он воспользовался моментом. Его твёрдый, влажный, наглый язык прошёлся по моей нижней губе, а затем и по верхней. В живот мне упёрлось что-то твёрдое, а посмотреть вниз и проверить свою догадку у меня не было ни сил, ни желания. Меня на данный момент больше занимало то, что эта сволочь ко мне лобызаться полезла. Сука пидорская! Я попытался дёрнуться и отвернуться, но не успел. Облизав ещё раз мои губы, он напоследок ощутимо прикусил нижнюю и, быстро отстранившись, встал с меня, подхватил свалившееся полотенце и, сверкая голой загорелой задницей, покинул кабинет. На губах и во рту ощущался мерзкий привкус металла и его туалетной воды. От удара или от запаха меня стало мутить. «Наблевать ему на ковёр, что ли?» - проскользнула вялая мысль. «Давай! Тогда ты даже отсосом не отделаешься! Если он тебе счёт за три царапинки выставил, то за ковёр даже страшно представить какая сумма будет! Вдруг его сто девственниц ногами вышивали?» - пропел мой внутренний голос, отчего голова пошла кругом, а к горлу снова подкатил ком. Кое-как вскарабкавшись и держась за стенки, как последний алкаш, я поплёлся на выход. Уже сев в машину, я вцепился в руль так, что костяшки побелели. - Чёртов Майбах! – ругнулся я вслух и стукнул кулаком по рулю. Мне повезло, ворота были открыты. Включив передачу и нажав на газ, я рванул с места так, что взвизгнули колёса, и я еле успел выкрутить руль, чтобы не врезаться в ворота. Вот для полного счастья мне только этого и не хватало. «А ворота ему гномы, небось, ковали» - снова пропел ехидно внутренний голос. До дома я добрался быстро, пробок в субботу почти не было, и дороги были пустые. Припарковав кое-как машину на бордюре, заодно прошаркав со скрежетом ее "пузом", я устало уронил голову на руль, отчего в затылке взорвалась новая вспышка боли. Я лежал, а мысли всё возвращались к чертову змею и его непонятному для меня поведению. Нет, ну то, что он ко мне целоваться полез, это понятно, он же ориентации цвета неба. Тьфу ты, гомосек! И как вообще могут нравиться мужики? Это ж волосатые мускулистые ноги, как у страуса, груди нет, и опять же поросль на ней, щетина колючая, и между ног причиндалы болтаются… волосатые... Фу! Не говоря уже про то, куда сунуть свой член нужно! Пока я живенько так представлял эти гадости, меня снова замутило - видать, хорошо я башкой приложился. Я пытался сдержать в себе позывы «брезгливости», и тут в окно постучали. Около машины стоял взволнованный Сашка, переминаясь с ноги на ногу. - Привет! А ты тут что делаешь? – устало и тихо произнёс я, выходя из машины на свежий прохладный воздух. - Из тренажёрки иду, смотрю, а тут ты в машине сидишь… - замялся Сашка. - Тебе плохо? Что-то ты неважно выглядишь, - протараторил он и снова встревожено глянул на меня. - Нормально всё. - А… - начал он. - Пошли, - перебил я его, поняв, о чём он хочет спросить. Сам же ему по пьяни душу излил про свои проблемы. Может это и к лучшему, что именно ему, а не кому-то из своего окружения, а то точно бы не удалось избежать сплетен. Сашка ещё раз глянул на меня, поднял с земли спортивную сумку и потопал за мной. Уже в квартире, проходя мимо огромного зеркала, висящего в прихожей, я остановился и впал в ступор. Мамочка, роди меня обратно! Теперь я понимаю, почему на светофорах от меня шугались водители в рядом стоящих машинах, а Сашка так разволновался, увидев меня. Этот змей, когда ко мне лобызаться полез, измазал всего своей кровищей, паскуда! Все губы и грудь были в уже запёкшейся корчинево-рыжей крови, рубашка порвана, а лицо так вообще отдавало приятной зеленцой, и это не упоминая тёмные круги под глазами. И как я не заметил, что такой красивый? Через весь город же почти проехал… Я не выдержал и заржал, как конь, тыча пальцем в зеркало. Саша стоял и смотрел на меня с тревогой. - Ой, не могу! – простонал я от смеха. - Серёг, а ты на неудачном свидании был или у этого? – нервно поинтересовался Сашка, явно думая, что у меня крыша поехала, хотя скоро точно поедет. - На съёмках в Зомбиленде! – выпалил я и снова захохотал. Может, и правда на кастинг сходить? Меня точно возьмут, даже без грима! - А серьёзно? – обиженно произнёс он, поняв, что я просто издеваюсь над ним. - У этого, – уже успокоившись, зло, сквозь зубы процедил я, скривившись, и ушёл на кухню. Голова от смеха ещё больше заболела, а желудок жалобным урчанием напомнил о себе. - Ааа… Он жив? – спросил Сашка, вбегая за мной на кухню. - В смысле? – не понял я. - Ну, ты весь в крови… рубашка порвана… - И что?! – не выдержал я. - Мало ли, горло ему перегрыз и труп в колодце утопил, - выдал Сашка зловещим шепотом. От услышанного я выплюнул сок, который только что отпил, и расплескал его по всей кухне. Ну у него и фантазия! - Саша, ты анаболиками или стероидами не балуешься? – спросил я, откашливаясь. - Нет, я выбираю только лёгкие наркотики! – довольно ответил он и заржал. - Дурак, - устало ответил я и поплёлся в душ: смыть с себя кровь и запах этого голубого змея. - Так он не согласился? – спросил Сашка, как только я вернулся на кухню. - Согласился. - Тогда я не понимаю, кто тебя так отделал? Или всё же… - Он. - А… - В морду съездил ему, а он дал мне за это две недели отсрочки, - кратко ответил я. Не рассказывать же ему про лобзания на крови. - Так это ж здорово! – наивно хлопая ресницами, радостно сказал Сашка, но, заметив моё выражение лица, добавил. - Или нет? - Не знаю даже, здорово это или нет, но что-то плохое у меня предчувствие… - Ой, да ладно! Радуйся, что хоть так отделался, а не своей… кхм… И вообще, тебе нужно расслабиться и отдохнуть, а то выглядишь и правда как зомбяк! – возбуждённо воскликнул Сашка, а его глаза загорелись азартом и предвкушением. Видимо, у него от природы дар уговаривать, иначе с чего бы я плюнул на всё и согласился с ним поехать развлекаться в клуб? Голова была, как чугунная, после удара и пережитого, но после пяти-шести коктейлей всё чудесным образом прошло, стало так легко, что все проблемы отползли на задний план, благодаря приличной дозе алкоголя в крови. Ну да, алкогольные пары затуманили мозг, и мне стало просто пофиг на всё и вся. Я и так в последнее время не позволял себе отдохнуть, так почему бы не развлечься? Осталось только найти себе куколку на ночь и снять напряжение. Сашка уже сидел в обнимку с какой-то миниатюрной блондиночкой, поглаживая её соблазнительные бёдра в обтягивающих джинсах, и что-то нашёптывал на ухо. Я тоже решил не отставать от него. Девушки мелькали перед глазами, как в калейдоскопе: рыжие, блондинки, брюнетки, мелированные. Выбор был просто шикарный! Допив залпом коктейль, я направился на танцпол за приглянувшейся мне рыжей куколкой, что так соблазнительно извивалась и стреляла в меня глазками. Буквально один танец - и рыжая кудрявая бестия уже шла со мной за руку к нам за столик. Да, я редко танцую, но метко. У меня от природы отличная пластика, и я этим пользуюсь, правда, не очень часто и только в танце. Усевшись, я притянул свою рыжую куколку к себе на колени и впился в её такие соблазнительные пухленькие губки. Рыжая оказалась страстной штучкой. Мои руки уже исследовали изгибы такого манящего, красивого, гибкого, поддающегося под ласки тела, а перед глазами уже встала картина того, как я буду трахать эту сладкую девочку, ласкать её груди, удобно помещающиеся у меня в ладонях, выбивая из неё хриплые стоны. От такой соблазнительной картинки в штанах стало тесно… - Я не помешаю? – раздался вдруг сбоку мужской голос. Отстранившись от девушки, я сфокусировал взгляд и увидел странные, но до тошноты знакомые жёлтые змеиные глаза, прожигающие во мне дыру. - А ты уже выглядишь намного лучше, - проурчал чёртов хозяин "Майбаха" и, не дождавшись приглашения, уселся к нам. Вот что он тут делает? Какого лешего припёрся? Или он следит за мной? - Зато ты не очень, - сквозь зубы проговорил я, рассматривая его опухшую губу и ссадину на скуле. - Ну, ты так страстно сегодня меня поцеловал... - мечтательно произнесла эта сволочь, а у самого в глазах заплясали черти. Издевается, сука... Саша уже тоже заметил гостя, отвлёкся от своей блондинки и с нескрываемым интересом смотрел на нас. Пока я думал, что ему ответить, Максим повернулся к Саше и рассматривал его с таким же нескрываемым, просто плотоядным интересом. - Какой милый. Твой? – не скрывая усмешки в голосе, спросила эта падаль, а Саша под его взглядом сначала залился краской, но потом, словно встрепенувшись, сжал кулаки, готовясь кинуться на него и набить морду. – Ладно, оставим мальчиков на закуску, а то они и так засмущались, лучше познакомимся с этими обворожительными дамами, - как кот, тихо, с урчащими, бархатными нотками произнёс хозяин "Майбаха", рассматривая уже с интересом девушек. Рыжая и блондинка, до этого молча пившие коктейли и особо не подававшие признаков жизни, как будто наш разговор им был по барабану, преобразились на глазах, видно, оценили товарища. А оценивать было что: брендовые шмотки, выгодно подчеркивающие шикарную фигуру, уложенные в красивом беспорядке волосы, дорогие стильные часы, тонкий, искусно и явно из платины сделанный браслет на запястье, дорогой шикарный аромат туалетной воды - сделали своё дело. От него за километр веяло деньгами, богатством и властью. Деньги правят миром – это стало ясно, когда девушки оценили его статус за минуту и начали строить ему глазки. - Поговорим? – хмуро спросил я у него, пока Саша не кинулся в драку, а наши куколки не закапали слюнями всё вокруг, включая меня. - Я с тобой уже всё обсудил, - жестко произнёс Максим и принялся флиртовать с рыжей, которая до сих пор сидела у меня на коленях. Спихнув её с себя довольно грубо, я направился к бару. - Тварь! Чтоб тебе эта рыжая шалава сифилис или трипак на твой конец подсуетила! - тихо произнёс я тост, выпив залпом под удивлённым взглядом бармена заказанную водку. - Это только что что было-то? – спросил нарисовавшийся из ниоткуда Сашка, и я вместо ответа взял вторую налитую барменом стопку и опрокинул её в себя, даже не скривившись. - А это, Сашенька, и был голубой хозяин "Майбаха"! – криво усмехнувшись, ответил я и заказал ещё водки. - Это он?! – в шоке переспросил Саша. - Нет, бля, Папа римский! – рявкнул я и посмотрел на наш уже бывший столик, где сидел этот урод в обнимку с двумя девицами: рыжей и блондинкой. Надеюсь, блондинка клофелинщица. Видимо, у этой сволочи есть глаза ещё и на жопе. Он прямо как почувствовал, что я на него пялюсь, и, обернувшись, посмотрел на меня в упор, подмигнул и отсалютовал бокалом. - Блядь! – ругнувшись, я опустошил очередной стакан. – Поехали, нам тут делать нечего, - произнёс я и пошёл на выход. Отдохнул, называется! До выхода Саша умудрился подцепить двух девочек, которые согласились поехать с нами. Вот как у него получается? Улыбнулся, подмигнул - и всё! Девицы растаяли и готовы ехать хоть на край света. Природный магнетизм, мать его за ногу! Радует, что благодаря Саше, хотя бы эти милые девушки смогут скрасить нам испорченный вечер, да и мой животный инстинкт так и остался неудовлетворённым. Пока мы ожидали такси и знакомились с новыми девушками, из клуба вышел этот чертов змей в обнимку с рыжей и блондинкой. На нас он даже не поглядел, и это, несомненно, порадовало. И так настроение при виде него падает ниже плинтуса. - Пидор,- зло прошипел я сквозь зубы и отвернулся к весело щебечущим нашим новым девушкам. - Ты знаешь, я передумал, - раздался около уха тихий ехидный голос. Обернувшись, я увидел светло-карие глаза, в которых мелькали молнии. И как он так тихо подошёл, что я не заметил? - Неделя, - чётко произнёс он и, развернувшись, ушёл.