Я хочу, чтобы ты вспомнил

[Imagine Dragons - Dream]       Это так странно. Вам когда-нибудь доводилось смотреть на своего лучшего друга, скажем так, после бурной ночи с ним, пускай даже и просто во сне? Я не могу отделаться от тех чувств и мыслей, что возникают во сне. Но сон – это одно, а реальность – совершенно другое. Во снах мы можем сами решать, что и кому делать, перестраивать всё под себя, пусть не сразу, но со временем. И всё же, мне не перестает казаться, что я медленно схожу с ума. Мне безумно стыдно смотреть Рену в глаза, особенно после всех снов, которые я контролировать не в силах. Это нечто, похожее на сцены «flashback» в фильмах. Будто мой мозг намеренно показывает мне всё это. Я близок к тому, чтобы сломаться. Но за всё время, что я очнулся после аварии, я то и дело вижу сны, которые не могу контролировать. Странно, но та жизнь, что происходит там, нравится мне гораздо больше нынешней реальности. Мелкие споры и ссоры, которые заканчиваются то действиями в душе, то на кухонном столе, то вообще в самолёте. Ещё есть те, что мне запомнились больше остальных — те сны, в которых Рен поёт для меня, или же мы поём дуэтом, сидя на диване или расслабляясь в сауне. Сегодня ночью снова был сон, но он отличался ото всех — там я так же стоял у плиты, готовя что-то для Рена, а он спустился на кухню, когда всё было практически готово, подошел ко мне и нежно поцеловал в губы. И это всё казалось таким реальным, что мне хотелось выть от того, что я проснулся. Лучше бы я разбился на той чёртовой машине!       Погрузившись в свои размышления, я действовал уже на автомате, доставая из духовки запеканку. Переложив лакомство на блюдо, я уже принялся составлять всё на небольшой разнос, как услышал приближающиеся крадущиеся шаги. Повернувшись к источнику шума, я не смог сдержать улыбки. Джингуджи собственной персоной, как всегда неотразим даже в мятой футболке и шортах. Он посмотрел на разнос, а затем медленно перевел взгляд на меня.       — О, Масато, нет необходимости. Это мило, но я же сказал, что справлюсь, — проговорил Рен, приближаясь ко мне, — кстати, это было немного некрасиво с твоей стороны – оставить меня без помощи, когда я попросил проводить меня до ванной. — Он хищно улыбнулся, забирая разнос из моих рук.       Не знаю, что на меня нашло, но я подался немного вперед, чуть привстав на носочки, и поцеловал Рена. Он даже не пытался меня оттолкнуть или прекратить это, просто с удовольствием ответил на мой порыв. Вскоре осознание всего заставило меня отстраниться. Джингуджи приподнял бровь, глядя на меня с недоумением и радостью во взгляде, по-прежнему крепко удерживая поднос.       — Вау! А теперь объясни, чем я это заслужил? — улыбнулся парень, первым отойдя от шока и переставляя тарелку и стакан апельсинового сока на стол.       Мне оставалось только плечами пожать. Действительно, как я должен это аргументировать?       — А в прочем, можешь не говорить, один раз не считается, — рыжий коварный лис подмигнул мне. — Садись, чего застыл? Я один столько не съем. — Я только молча смотрел на него, не решаясь сдвинуться с места. Явно не выдержав, парень встал со стула и, схватив меня за руку, притянул к себе. — Терпеть не могу, когда ты зависаешь! – закатил глаза Джингуджи. — Давай-давай, бери вилку и вперед! Рен [Imagine Dragons – Walking the wire]       Всё ещё прокручивая в голове произошедшее пару секунд назад, я не смог понять логику действий Масато, который теперь сидел рядом со мной и помогал съесть запеканку. Как ни странно, это было ещё полбеды. Веселье началось после, когда я принялся мыть посуду. Хидзирикава дождался, пока я закончу, и, наконец, спросил:        — Слушай, Рен, помнишь песню, которую вы с Камю исполняли?        — Какую именно? Их было около дюжины! — отозвался я, прекрасно понимая, какую именно он имеет в виду.        — Ту самую, которая мне нравится больше всего.        — Название не подскажешь?        Масато покраснел, а это значит, что я всё правильно понял.        — «Моя клубничка». Господи, Рен, ну кто так песни называет?! Это же возмутительно!        — А что, нам с Камю пришлось это название по вкусу, то, что надо, — я довольно улыбнулся, наблюдая за смущением парня.        — Он ещё несноснее тебя, — фыркнул Масато, скорчив гримасу.        — Договоришься, Хидзирикава, ох, договоришься! Он ведь может и случайно в гости заглянуть, — протянул я, нарочно сделав акцент на слове «случайно», чтобы его позлить.        — Ненавижу, когда ты так говоришь! — покачал головой Масато.        — Правда? – спросил я, приподняв бровь. — Don’t Lie! My Cinderella! — пропел я строчку из песни, по-прежнему наблюдая за изменениями на лице Масато.       Щёки парня снова покрылись румянцем. О да, это доставляет мне удовольствие! Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, прикрыв глаза ладонью.        — Придурок, - тихо ругнулся Хидзирикава, - я вообще-то о другом хотел поговорить.        — Хорошо, давай тогда о другом.        — Я хотел попросить тебя спеть её вместе со мной.       На моём лице моментально появилась улыбка счастливого идиота.        — Сочту за честь. Когда приступим?        — Думаю, можно вечером, когда твой голос придет в норму, – хихикнул Масато.        — Вот как, — протянул я, — тогда втроём будем петь, вместе с моим соавтором, чтоб тебе неповадно было, Маса-тян.       Отличное начало моего дня. Только бы ничто не испортило этот момент, это первый день, когда Масато попросил меня спеть вместе и вообще проявил инициативу. Я ни за что не откажусь от этого парня. Никогда.