Я хочу, чтобы ты вспомнил

Масато [Apocalyptica – I don't care]       С трудом уняв смех и отдышавшись, Рен первым вступил в диалог.       — Слушай, Масато, а не хочешь сегодня в пентхаусе ночь провести?       — Я был бы не против. А с кем?       — Со мной, дубина! — фыркнул Джингуджи, покачав головой,       — Только я и ты? Вдвоем?       — Что, боишься? — хитрый прищур глаз парня просто ввел меня в замешательство.       — Чего мне бояться? Уж не тебя ли?       — Может, и меня, что с того? — всё в том же тоне продолжал он, не сводя с меня глаз.       — Какой в этом смысл? Не первый год знакомы, боялся б – не раздумывая бы ушёл.       — Вау, вот прямо бы взял и ушёл?       — Да, а что тут такого? — я решил немного подразнить товарища, но в его взгляде на мгновение мелькнули испуг и сожаление, а его голубые глаза вновь превратились в стекляшки. — Рен, ты в порядке? — Джингуджи едва заметно вздрогнул и слабо улыбнулся мне.       — Да, в полном. Давай сменим тему?       — Точно всё хорошо? Ты растерял свой энтузиазм.       — Зато я по-прежнему душка! — саркастично отозвался рыжеволосый и, осушив стакан сока, отставил столик в сторону. — Всё, обеденный завтрак окончен. — Он попытался встать, но я тут же повалил его обратно, наваливаясь на него своим весом, чтобы удержать.       — Так просто ты от меня не отделаешься, Джингуджи! Чего-то ты мне недоговариваешь.       — У нас был уговор, Масато, — фыркнул Рен, даже не оказывая сопротивления. — Ты ведь помнишь?       — К чёрту уговор, я хочу знать, о чём ты молчишь и что творится в твоей голове.       — В моей голове сейчас полнейший хаос. К тому же, Маса-тян, — он помедлил с ответом, прикрыв глаза и довольно ухмыльнувшись, а спустя пару мгновений уже нависал надо мной, вжимая меня в матрац, — даже в таком состоянии я сильнее,       Надо же, он так близко, что по мне будто прошёл электрический разряд. Я смотрел в его глаза так же, как и в детстве, когда он в очередной раз побеждал меня, опережая на пару секунд в забеге на скорость в лесу. Этот человек с самого начала был мне как старший брат, которого у меня никогда не было. Нет, были, конечно, кузены и племянники, но они были на порядок старше меня, да и моих увлечений не разделяли, скучные и завистливые люди. Даже невзирая на кровное родство, они были и остаются для меня посторонними: они приезжали только по праздникам или если им была нужна помощь отца, в основном, финансовая, их не было рядом, когда мне было плохо, и они никогда не знали, сколько лет мне исполняется. С Реном же всё было иначе. Абсолютно всё. Он тайком ускользал из дома и забирался в мою комнату через окно, причём именно тогда, когда я действительно нуждался в этом. Я не знаю, как он об этом узнавал, но уверен, что эта связь друг с другом навсегда. Я безумно боялся, что наша дружба рухнет, как карточный домик, если что-то пойдёт не так. Как это было у наших дедушек, а затем и у отцов, но Рен всегда доказывал мне обратное. На моем лице промелькнула улыбка, когда я вспомнил, как весело мы проводили время вместе раньше. Неужели теперь всё будет иначе?       — Рен, могу я задать тебе вопрос?       Друг улыбнулся, глядя мне в глаза, всё ещё не спеша слезать с меня.       — Разумеется. Ты можешь задать хоть миллиард вопросов, — он помедлил с ответом, а затем продолжил уже более веселым тоном, — если это не противоречит нашему уговору, конечно.       — Нет, не в уговоре дело. Скажи, насколько хорошо ты меня знаешь?       — А ты с какой целью интересуешься? — взгляд Джингуджи вновь сменился на взгляд хищника.       — Тебе так сложно ответить?       Рен прищурился, а затем его горячий шёпот снова вызывал в моём теле волну электрических разрядов, когда его губы слабо коснулись моего уха.       — Я знаю тебя настолько хорошо, что порой боюсь забыть самого себя, — проговорив это, друг отстранился и слез с меня, тихо фыркнув. — Смущаешься хуже девчонки, Масато.       — Джентльмен из тебя тоже так себе! — выпалил я, пытаясь выбраться из кровати. — Ах, да, ты бы поел нормально, а то гастрит заработаешь.       — Конечно, мамочка, я буду хорошим мальчиком и съем всё до последней крошки… А сюрприз за это мне полагается? — рассмеялся Рен.       — Посмотрим на твоё поведение, сынок! — закатил глаза я, направляясь к выходу. — Кстати, ты ведь в курсе, что пока ты не поешь, из комнаты не выйдешь?       — Что? Масато, это мой дом!       — Вообще-то, ты сказал мне чувствовать себя как дома, или мне послышалось?       — Ключевое слово было «как», если ты не понял.       — Я так не думаю.

***

      В общем, я сидел под дверью его комнаты около часа, может, даже чуть меньше, выслушивая шутливые угрозы и упреки в свой адрес, и только после этого я решился зайти.       — Ну, как успехи?       — Как и обещал, съел всё. Теперь я могу принять душ?       — У тебя на это был целый час, а ты просто ходил по комнате и пытался меня задеть.       — Да ладно, я успею тебе всё припомнить вечером, не сомневайся. — Подмигнув мне, парень взял со спинки кресла полотенце и удалился в душ.       Нет, ну вы посмотрите на этого парня! Как всегда уверен в себе, только вот дверь закрывать за собой его явно забыли научить! Или он просто намеренно оставил её открытой? Да нет, бред какой-то. И всё же? Пересилив себя, я зашёл в санузел, где за полупрозрачным стеклом душевой кабины плескался мой друг. Я опустился на пол и прислонился головой к стене, чтобы не смотреть в сторону кабинки. Раздался приглушенный смех Джингуджи.       — Да, ладно, я не стеснительный. Можешь перестать делать вид, что изучаешь узор на бордюре, — громко сказал он, заглушая плеск воды,       — Ты ведь специально меня провоцируешь?       — Смотря, что ты имеешь в виду под конечным результатом моих «провокаций».       Действительно, а к чему это всё приведет? Я замолчал, погрузившись в свои мысли, за что тут же меня окатили мощной струей теплой воды.       — Какого чёрта ты творишь?! — воскликнул я, злобно уставившись в сторону, с которой было произведено «нападение». Моментально покраснев от вида обнаженного тела Рена, я представить даже себе не мог, куда деть свой взгляд, чтобы не тешить его самолюбие. Поднявшись с пола, я уже собрался уйти, но оказался прижат к стене. Голубые глаза парня испытующе смотрели на меня, заставляя смущаться ещё больше. Чёрт знает, сколько времени прошло, прежде чем, усмехнувшись, он влажными ладонями прошёлся от верхней части моих бёдер, постепенно поднимаясь выше и задирая края промокшей футболки.       — Снимай футболку, ей необходима стирка, а то ходишь в ней уже третий день, не снимая. Мне лестно, конечно, что она пришлась тебе по вкусу, но как же гигиена, Масато? — Джингуджи отступил немного назад, предоставляя мне пространство, чтобы я смог провернуть это действие, а затем, забрав хлопчатобумажное изделие и отшвырнув его в сторону, парень взял меня за подбородок, приблизив моё лицо к себе, снова буравя меня взглядом. — Всё-таки, объясни мне, зачем ты уточнял, насколько хорошо я тебя знаю?       Моё сердце готово было остановиться в этот момент. Почему я позволяю ему так издеваться над собой? Насколько далеко всё это может зайти?       — Мне просто было необходимо знать, насколько прочна наша с тобой связь.       — Что ты хочешь этим сказать? Говори уже напрямую, Масато, твои шифры и привычка всё держать в себе очень дорого стоят! Что? Теперь я не могу разобраться, о чём он говорит.       — Ладно, спрошу прямо, — кивнул я. — Где я был незадолго до аварии? Ты можешь мне сказать?       Губы Рена дрогнули, а в глазах снова появилось чувство вины.       — Ты был со мной, Масато, — Рен глядел на меня, практически не моргая. — А потом мы поругались, и ты ушёл, — он снова говорил тихо, будто боялся кого-то спугнуть. — Я мог найти тысячу причин и способов заставить тебя остаться, но я этого не сделал, потому что был зол на тебя! Потому что я гордая и самовлюбленная тварь, Хидзирикава!       — Что ты несёшь, Джингуджи? Мы оба знаем, что это не так!       — Ты не можешь так говорить! Ты не помнишь этого дня! — грустная усмешка промелькнула на лице рыжеволосого.       — Зато помнишь ты. Интуиция меня никогда не подводила, Рен. Если бы…       Договорить я не успел, так как был прерван рыком Рена:       — Заткнись! — после чего он отпустил мой подбородок и отвернулся, подбирая с пола футболку, которую сам же туда и бросил пару минут назад.       — Рен, — тихо сказал я,       — Что ещё? — вздохнул парень, оглянувшись на меня,       Я сделал шаг вперед и осторожно коснулся его губ своими. Я почувствовал, как его ладонь огладила мою щёку и задержалась на шее. Сам же Рен отстранился, немного нахмурившись и покачав головой.       — Зачем ты так со мной, Масато? Это было сейчас слишком жестоко.