Возьми мою душу.

Вцепившись одеревеневшими пальцами в холодную железную скобу, я снова и снова пыталась выдернуть её из стены, не замечая, что заострённые края до крови распарывают нежную кожу на моих ладонях. В поле моего зрения то и дело оказывалось бледное, застывшее словно мёртвая, искаженная невыразимой болью, маска, лицо Шона. Снова рывок. Отчаянный, безумный и бесполезный. Чувствую, как чьи-то сильные руки оттаскивают меня. Я сопротивляюсь, рвусь из последних сил. -Тим, прекрати, успокойся! Тим! – Меня с силой встряхивают, и я бьюсь затылком о твёрдую, слепленную, кажется из одних мускулов, грудь. - Тим!! – Меня снова трясут. - не поможет, Ар. Это истерика. – Донёсся тихий голос леди Астер. – думаю, сейчас нам придется её усыпить. – «что? Нет! Нет! Она же не серьезно». – От неожиданности я перестала дергаться, и кольцо рук императора Арденариэля ослабилось. - Тим, мы не сможем оставить тебя в таком состоянии. Если ты сейчас не попытаешься успокоиться – Тиану придётся тебя усыпить. – Спокойствию императора могла позавидовать даже наша каменная горгулья, занимающая почётное место в школьном музее. Я слабо кивнула, и, почувствовав свободу, осела на пол. -похоже, Хашург считал, что эта операция будет полностью безопасной. Ментальную защиту его подручной смог бы пробить даже ребенок. – Через некоторое время, за которое мы с Астер успели заботливо укутать моим плащом Шона, которого Арден отцепил от стены, раздался голос императора Тиану. -и что ты узнал? – Произнесли мы на три голоса. - да много всего крайне мерзкого. Вот это. – В сетке из силовых нитей император поднял жуткий чёрный шар, который больше не светился. - своеобразный аналог чёрного алтаря. Вот только эта мерзость вытягивает из человека его жизненную силу. А, как вам известно, драконы – существа почти бессмертные, и эта самая сила превышает человеческую во много сотен раз. А, поскольку маги взаимодействуют с живой силой – их энергия еще мощнее. А теперь о самом паршивом. Если бы энергию вытягивали через кровь, исцеление Шона не представляло бы для нас больших трудностей, но тут дело другое, и простая магия, которой мы ставили на ноги тех, кого успевали спасти – ему не поможет. -должен быть способ! – вскинула голову я, чувствуя, что глаза вновь застилают отчаянные слёзы. -он есть. – В гробовом молчании тихий голос Арденариэля прозвучал не как обещание спасения, но как смертный приговор. С лица императрицы Астер схлынула краска. Тиану, сделавший шаг к нам оступился, и тихо выругался на трольем. Я почувствовала, как по позвоночнику вниз медленно и лениво бежит холодок, и еще сильнее сжала пальцы Шона, голова которого покоилась на моих коленях. - какой способ? – спросила я, и попыталась поймать взгляд императора, который он упорно отводил. -Ар, нет! Не надо! – Астер, наконец, отошла от шока, и поймала руку мужа. Взгляд зеленых глаз, расширенных от боли и ужаса, медленно переходил с Арденариэля на меня и обратно. Тот ласково прикоснулся к щеке супруги, и тихо, но уверенно сказал. -Бель, я прекрасно понимаю, но пойми меня и ты. Я не могу скрывать от неё правду. Я должен рассказать о том, что знаю. Да, это трудное решение, но его должна принять именно Тим, но не мы. Прошу тебя, не отбирай у неё этот Шанс. - да, ты прав, и мы расскажем ей. Только не здесь. –