Возьми мою душу.

Под утро портал, открытый по заранее просчитанным координатам, перенёс нас в спальню, где Шон, как он сам сказал, занялся избавлением одного глупого кузнечика от всех прелестей похмелья. - ну вот зачем? зачем было смешивать и устраивать своему организму такие перепады градусов? – Вопрошал он, ласково перебирая мои волосы. Я виновато отвела глаза. Ну вот как я скажу, что, пусть я безумно счастлива, и ни на мгновение не жалею о принятом в храме решение, мне до сих пор страшно? Что я боюсь того, чего желаю. Ведь понимаю подсознательно, что маму убило именно это. Что отчасти намешала, зная, что не умею пить, в надежде забыться, забить страх алкоголем. Надёжные руки прижали меня к себе, и, поймав мой взгляд, Шон заговорил нежно и ласково. - кузнечик мой маленький, ну почему ты так дрожишь? Я ведь ничего не прошу, нечего не делаю. – Всхлипнув, я уткнулась носом в его грудь. - в нашей жизни будет лишь то, чего ты сама захочешь. Я не собираюсь лишать тебя свободы. – Продолжил он, укачивая меня как маленькую. конечно, я знаю, что он никогда не станет принуждать меня, что смирится с моим выбором. Но что будет чувствовать при этом сам? Ведь я помнила ту грусть в любимых карих глазах. Не поселится ли она там навсегда? сейчас, именно сейчас в моей жизни наступил переломный момент. Так смогу ли я перешагнуть через все свои страхи, что с детства живут в глубине души? В любом случае моя жизнь больше никогда не будет такой как прежде, и какими цветами она окрасится, зависит только лишь от меня. на мгновение, приподняв голову, всмотрелась в лицо любимого. Ему я доверяю безоговорочно. Он никогда не сделает мне плохо? Никогда не причинит вреда? И я не должна. Как бы сначала не было страшно, но наша брачная ночь состоится. Я смогу. Должна смочь, ведь и сама хочу этого, пусть боюсь, но хочу. В конце концов, я – дракон, и не должна поджимать хвост перед страхами. Так вперёд, Тимиредис. Пора оставить всё ненужное в прошлом. Пора отбросить страхи. Подняв руки, я обняла мужа за шею, и сама прикоснулась к тёплым губам. - ты уверена, Тим? – Только и спросил он, и в ментальном голосе почудилось что-то такое, чему я не могу дать объяснения, но, кажется, это было сомнение и удивление, смешанное с надеждой. - Да, Шон, я уверена, и я хочу этого. Хочу тебя. – От последних ментальных слов я покраснела, словно маков цвет. Мои слова, словно бы послужили сигналом. Продолжая обнимать меня за талию, Шон поднялся, а потом я почувствовала, как опускаюсь спиной на постель, с которой сдёрнули покрывало. Не отрываясь от моих губ, он стал распутывать ленту, что стягивала корсет, лаская пальцами обнаженную кожу. – «так. А что должна делать я? Вдруг чего-то нельзя? Вдруг я что-то неверно сделаю?» - А потом, толи от Шона, толи просто из глубин моего подсознания пришло понимание, что сейчас правильным будет всё. Пока мы вместе всё можно. Не смело, попыталась ответить на ласки. Прикоснулась губами к изгибу шеи, вспомнив кое-что, лизнула мочку уха, а потом, дрожащими пальцами расстёгивая пуговицы тёмного костюма, стала спускаться ниже, к ключицам. С губ мужа, что сейчас находились где-то в моих волосах, сорвался хриплый стон. В моём платье мы, всё-таки, запутались, но, после долгого барахтанья в массе юбок и оборок, оно улетело куда-то в темноту, вслед за остальной уже покоящейся там, одеждой. Моя рука скользнула с плеча наставника вниз, задержалась на груди, пальцы легко пробежали по животу, но тут ладонь Шона накрыла мою руку. - хватит пока, Мири, иначе сосредоточиться я не смогу, и вместо твоей медитации отправлю нас фиг знает куда. – выдохнул наставник, прокладывая дорожку почти невесомых поцелуев вниз по моей шее. «ох! Зря он о медитации заговорил». – по моей спине сразу заструился холодный пот, а лоб покрылся испариной. Свободной рукой я крепко, так, что костяшки пальцев побелели, сжала ладонь Шона. - не бойся, маленькая. Обещаю, что не дам тебе замёрзнуть. – А в следующее мгновение, он прильнул к моим губам. Совсем не так как раньше. Поцелуй был горячим. По-настоящему горячим, обжигающим, страстным. В глазах потемнело. Мне показалось, что я растворяюсь в сильных руках. Захотелось слиться, стать единым целым, раствориться в нём. Я даже не заметила как наставник, оторвавшись от меня на мгновение, щелкнул пальцами, удачно выгадав тот момент, когда я оказалась где-то между забытьём и реальностью, полностью потеряв самообладание, и мы оказались на моей снежной поляне, но, мне было уже всё равно. Для меня не было ничего. Ни кровати – как он умудрился её сотворить в таком-то состоянии, в толк взять не как не могу. – Ни искрящегося вокруг снега… был только жар тел, горячие губы, ментальный шепот - люблю. – И бешеный стук сердца. Наконец, когда я почувствовала, что больше не могу терпеть, что ожидание сводит с ума, он перекатился, и я оказалась снизу. Легко надавил коленом, прося раздвинуть ноги и замер, смотря в мои глаза. - в первый раз бывает больно, маленькая. Ты готова? – Не в силах ответить, я только подалась вперёд. И он понял. Боль действительно была, но она только приносила непередаваемое наслаждение. Сначала бережные и осторожные движения во мне, каждое из которых заставляло моё тело изгибаться, а с губ срывались тихие стоны, стали ускоряться, становясь всё более страстными. Мир рассыпался миллиардами сияющих звёзд, собирался в невообразимые фейерверки красок, и вновь разлетался в дребезги, качаясь вместе с нами. С каждым движением я взлетала всё выше. Наслаждение становилось просто непередаваемым, а потом я почувствовала это. Передать словами эмоции, накрывшие меня, я не могу. Слов, которыми это можно описать просто нет ни в одном из придуманных языков, да и вряд ли когда-нибудь появятся. По тому, как изогнулось тело любимого, я поняла, что он тоже достиг пика, и тогда, летящие на крыльях собственных чувств к друг другу, мы открылись, делясь всем, что чувствовали сами. Мир вокруг, наполнился невероятно-ярким сиянием, а в следующий момент всё закончилось. Я лежала рядом с любимым, и мне было хорошо. Как никогда. – «Боги, как же хорошо лежать вот так, чувствуя жар наших тел. Даже открывать глаза не хочется». - ох, Мири, ты... – Принявший сидячее положение, Шон, задохнулся от восторга. -, ты только посмотри на это! Я глазам своим не верю! – «ой! Да после того, что было, что же смогло настолько его удивить? Интересно!» - Приподнявшись на локтях, я распахнула глаза, и, вопреки всему, чему столько времени меня старательно учили, уронила челюсть на грудь, обводя взглядом свою поляну. Над нашими головами, рассыпая сияющие золотые блики, сверкало солнце, а вокруг царило настоящее зелёное тёплое лето. Он смог. Он смог это сделать. Вопреки всему, мой любимый сумел добраться до той части моей души, где всё еще царил вечный холод и лёд, и растопил её. Он сумел внести тепло туда, где его никогда не было. - конечно, маленькая, ведь я люблю тебя. И обещал ведь, что не дам замёрзнуть. – Счастливо, как никогда раньше улыбнулся Шон, и прижал меня к себе, словно самое дорогое сокровище мира.