Верные клятве

На скомканном листе Слова опять не те. Сплетая жемчуг фраз, Сплетая в нить сердца, сплетая в нить сердца, Под сенью древних стен С крестом иль на кресте Мы принесли обет Быть верным до конца, быть верным до конца. Тэм Гринхилл «Посвящение Бертрану де Борну» Это сладкое слово, мой сеньор, было вовсе не "вечность". Смерть поставила парус, мой сеньор, на своем корабле. Вы же поняли тайну, мой сеньор, вы составили "верность" И дождетесь меня на библейской земле. Лора Бочарова «Вторая ария оруженосца»

1.

Позже сир Джейме и сам не мог объяснить, что заставило его проснуться средь ночи. Его стража наступала только через час, и можно было ещё поспать. Он осторожно приподнял голову и огляделся. Ночь выдалась светлой и ясной, позволяя всё рассмотреть, да и костерок ещё горел. "Надо бы подбросить хворосту", — отметил он про себя. Привязанные к деревьям кони мирно спали, а вот Бриенны на месте не оказалось. Так-то она караулит! Хотя женщина могла пойти за хворостом. Или — что гораздо вероятнее — отлучилась в кустики. Но проверить никогда не мешает. Особенно в лесу, где можно нарваться на разбойников. Просто чудо, что их покой с вечера никто не тревожил. Мужчина поднялся, попутно прихватив лежавший в изголовье кинжал, и направился туда, где по его мнению следовало искать леди Тарт. Под ногой треснул сухой сучок, и Джейме беззвучно выругался. Давненько ему не приходилось ходить по лесу пешком. Зато уже видневшаяся вдали знакомая нескладная фигура так и вздрогнула. Мало не подпрыгнула на месте. — Кто здесь? Это ты, Цареубийца? — судя по панике в голосе, он застал Бриенну за чем-то нехорошим. Да и с чего бы женщине торчать среди поляны? Да ещё ночью? Нет, тут что-то нечисто.

2.

Бриенна Тарт последние дни вела себя очень подозрительно. Почти не разговаривала, часами сидела, уставясь в одну точку, а стоило сиру Джейме встретиться глазами со своей спутницей, как она старалась отвести взгляд. Тартскую Деву будто подменили. Она даже не огрызалась на подначки, которыми Джейме пытался взбодрить эту дуру. А пару раз краем глаза Джейме ловил виноватый взгляд Тартской Девы, словно она сделала или собиралась сделать нечто дурное. Чем дальше они ехали, тем больше становилось ясно, что якобы найденные следы Сансы Старк — всего лишь приманка. Кому-то позарез нужна была голова Джейме Ланнистера. Или командующего армией, каковым он тогда являлся. Нет. К чему такие сложности, если вражеский лазутчик мог бы убить (ну или попытаться) Джейме в лагере или на марше. Да и война практически закончена. Зачем было привлекать Бриенну? Кто мог знать об их разговоре и клятве леди Тарт найти беглянку? Кто вообще мог принудить её убить Джейме? В том, что спутница собирается его убить или привести к тем, кто жаждет его смерти, у рыцаря сомнений не было. Они испарились примерно на третий день путешествия, когда зашла речь о мечах. Они оба любили оружие и знали в нём толк, помнили истории знаменитых рыцарей и их прославленных клинков. Да, тогда был вечер, костёр, позади осталась разрушенная и сожжённая деревня. Бриенна сидела под деревом и вытирала тряпочкой свой меч. Не тот, что покойный отец приготовил для Джейме, а другой, попроще. Верный Клятве был бережно завёрнут в одеяло и приторочен к седлу. Глядя на него, сир Джейме вспомнил о Рассвете, мече сира Эртура Дейна. Этим самым клинком его, пятнадцатилетнего, посвятили в рыцари. Меч был так остр, что оцарапал плечо, прорезав тонкую ткань хитона. Но тогда Джейме даже не заметил этого. Он был счастлив, надев белый плащ, став рыцарем Королевской Гвардии. Что это был за день! Столько радости, ликования, надежд... а через несколько дней всё оборвалось. Эйерис дал понять, что взял Джейме в свою Гвардию только чтобы насолить лорду Тайвину, лишив того наследника. Великая честь обернулась позором, когда сир Джейме видел и слышал всё, что творил Безумный Король, но не мог ничего сделать. Даже защитить королеву Рейеллу от жестокости мужа. Королевские гвардейцы были куклами в руках Эйериса Второго, побери его седьмое пекло, а сир Джейме — самой любимой из них. Он был заложником в Красном Замке, обеспечивающим лояльность Ланнистеров. Ему не с кем было поделиться этими воспоминаниями, но Бриенна уже слышала правду об убийстве короля и, похоже, поверила. Сейчас она тоже слушала. Очень внимательно, не прерывая, и все её мысли и чувства легко читались по лицу. — ...Когда королева вместе с принцем Визерисом уезжала на Драконий Камень, служанки шептались, что у неё всё тело в синяках, а грудь искусана и изодрана когтями какого-то зверя. Этот зверь носил корону. И у него были длинные жёлтые ногти. Такие длинные, что загибались подобно звериным когтям. Безумный Король их не стриг. И волосы тоже, они висели грязными лохмами. Он даже купался редко. — Как же королева могла допустить такое? Я бы... — Да, ты бы скорее умерла, чем позволила себя изнасиловать, — "потому что ты — упрямая дура", — мысленно добавил Джейме, — только королю не требовалось позволения. Он и королеву давно не любил. Они спали порознь. Но всякий раз, сжигая человека, Эйерис приходил к жене. Наверно, муки тех несчастных пробуждали в нём похоть. — Бедная королева... — Она давно мертва. Умерла родами. И хватит о ней! Помнишь, о чём мы говорили вначале? — О сире Эртуре Дейне и его мече, — припомнила Бриенна. — Меч Зари... Знаешь, женщина, наш мастер над оружием в Кастерли Рок любил рассказывать всякие истории. О рыцарях, о великих битвах, о старинных клинках. Он говорил, что валирийские мечи — особенные. И дело не только в превосходной стали. Эти мечи были живые. — Как это? — не поняла Бриенна. — Они могли покарать своего владельца, если тот совершил что-то против чести. А до тех пор всегда приносили победу. Хоть в битве, хоть на турнире. И одни мечи переходили из рук в руки, от отца к сыну, хотя сын мог быть и трусом, и подлецом или вовсе плохо фехтовал. А другие клинки имели только тех хозяев, кого сами выбирали. И служили ему до самой смерти или до бесчестья. Рука Тартской Девы застыла. — До смерти или бесчестья? — повторила леди Бриенна. — Ну да. Помните, я говорил, что Верный Клятве — это перекованный Лёд? То был старый клинок, работа настоящего мастера. Вдруг его душа перешла в новое жилище? Если бы мы вдруг отказались искать леди Сансу, бросили бы всё, то меч мог бы нас покарать. Если правда всё то, что болтают о древних валирийских клинках. Что может быть позорней для рыцаря, чем дать слово и не сдержать его? "Тебе ли говорить о подобном? Сколько раз тебя называли клятвопреступником? Кто поверит Цареубийце?" В другой раз Бриенна наверняка бы напомнила об этом. Но тогда её лицо покраснело от стыда — в этом Джейме не сомневался. Да и руки, вкладывавшие меч в ножны, дрогнули. — Бегство с поля боя. Разве это не позор? — отозвалась она. — Но это то же самое, — возразил сир Джейме, — разве воин не даёт присягу? Разве не клянётся защищать своего короля, свою страну и свой дом? Я слышал, дезертиров из Ночного Дозора всегда казнят. Как можно верить слову клятвопреступника? — А как можно верить тебе, Цареубийца? — Женщина отложила меч. — Ты можешь говорить что хочешь, но короля Эйериса ты предал. Нарушил клятву. — Верно. Но вот что я тебе скажу, Бриенна: после нашего прошлого путешествия я чувствую себя другим. Можешь кривиться сколько хочешь, но это правда. Мне плевать на покойную леди Старк. Я ищу Сансу ради себя. Своей чести. Ты понимаешь меня, женщина? И ради Тириона. Я хочу доказать, что брат был невиновен. "Тирион оговорил себя. Назло мне. Я это знаю". — Но его боец проиграл поединок! — Поединок был практически закончен. Оберин Мартелл сам виноват, — отрезал Джейме. — Ненависть настолько ослепила его, что дорниец ничего не хотел видеть. К Горе нельзя было подходить так близко. Он куда вероломней своего брата. К счастью, Клиган сдох от яда. Оба противника погибли — так кто же победил? — Может, ты и прав, Цареубийца, — неохотно согласилась Бриенна (а уж сколько она думала перед этим!), — но что ты хочешь от леди Сансы? — Она — единственный свидетель невиновности Тириона. А судя по тому, как быстро ускользнула леди Санса, да так, что даже пташки Вариса не взяли след — девица замешана в убийстве короля. — Леди Санса не могла отравить Джоффри! — Да, на это у неё бы духу не хватило, — признал Джейме, — но она может быть соучастницей, покрывающей истинного преступника. И мы с тобой обязаны её найти и доставить в Королевскую Гавань. А ещё лучше — к лорду Тириону, когда он где-нибудь объявится. Помнится, брат всегда мечтал побывать в Вольных городах. "Надеюсь, что я прав, и он там". Судя по лицу леди Бриенны, она продолжала сомневаться в виновности Сансы. — Но мы не можем отвезти её в Королевскую Гавань. Королева Серсея прикажет казнить леди Сансу. — Значит, придётся скрыть нашу находку. Потом они с Бриенной поужинали и легли спать. Точнее, один дежурил, а другой отдыхал. После полуночи они поменялись местами. А наутро начались те самые странности в поведении Бриенны. Она целыми часами о чём-то размышляла, морща лоб, что её вовсе не красило. Отзывалась невпопад, часто бросала взгляды на меч. Причём не на свой обычный, а на Верный Клятве. В первый день это забавляло, потом стало настораживать. Похоже, честную Тартскую Деву грызла совесть. Или на неё так подействовал рассказ о древних мечах. Какая же она всё-таки дура — до сих пор верит в сказки. Хотя сказки ли это? Вон Джоффри назвал свой новый клинок Вдовий Плач, и королева Маргери в тот же вечер овдовела. Наверняка в тот вечер и ночь она пролила немало слёз. Сам Джейме назвал подаренный отцом меч Верный Клятве — значит ли это, что клинок в самом деле заставит их сдержать данное слово и найти Сансу? Тем более что это осколок Льда. Мог ли меч Неда Старка отомстить за хозяина? Может, не все древние легенды врут?

3.

А теперь эта белобрысая вздумала погулять по лесу, позабыв обо всём. Раньше Бриенна честно сторожила их покой. Джейме уже собрался окликнуть её, когда леди облегчённо выдохнула: — Показалось, — и торопливо забормотала самую странную молитву из слышанных сиром Джейме: — Воин, не оставь сира Джейме своей милостью. Дева, защити леди Сансу от всех бед. Матерь, яви милость свою к юному Подрику. Спаси его из рук Бессердечной. Я не могу сдержать свою клятву, — судя по голосу и вздрагивающим плечам, девушка плакала, — не могу найти леди Сансу. И не могу погубить сира Джейме, хоть он и бесчестный Цареубийца. Подрик? Где-то он уже слышал это имя. Джейме осторожно подбирался поближе. Бриенна ничего не замечала. Но даже если бы он проскакал мимо на своём гнедом, и то бы наверняка не обратила внимания. Бессердечная? Так-так! Кое-что становилось понятным. Сир Джейме отлично помнил виселицы вдоль дорог. Говорили, что это дело рук Берика Дондарриона и Бессердечной, она же Вешательница. Эта женщина ненавидела и уничтожала всех, в ком подозревала сторонника Ланнистеров. А он не просто сторонник, он — сын лорда Тайвина. — Прости меня, отец, — сир Джейме так и не понял, имела ли Бриенна в виду Небесного отца или лорда Сельвина. Потому что он наконец увидел меч. Верный Клятве был глубоко воткнут в землю остриём вверх. Бриенна резко выпрямилась, вздохнула... и Джейме едва успел её перехватить. — Ты сошла с ума, женщина! — она ещё и пыталась лягаться и чуть не попала кулаком в лицо своего спасителя. Нет, ну это же надо додуматься! А потом Бриенна вдруг обмякла в руках и беззвучно заплакала. Раньше бы сиру Джейме и в голову не пришло представлять несгибаемую Тартскую Деву плачущей, но вот, поглядите: ревёт в семь ручьёв, хлюпает носом (а распух-то как от слёз, распух! Нет, леди Тарт нельзя плакать). — Бриенна... что с тобой? — тихо спросил мужчина, проводя пальцами здоровой руки по девичьей щеке. — Что случилось? Сколько женщина смотрела на него? Полминуты? Целую вечность? Потом её губы жалко задрожали, и Бриенна повалилась на землю, колотя по ней кулаками и рыдая взахлёб. Да ведь она же совсем девчонка. Моложе Тириона, — осознал ошеломлённый рыцарь, — только выглядит старше. Девчонка из захолустья. Наверняка с детства заучила, что путь воина — это путь чести, прямой как лезвие меча. А тут сначала объявили в убийстве (интересно, она до сих пор сохнет по Ренли?), а потом заставили сопровождать Цареубийцу. И как мы друг друга не поубивали? Но ведь она поверила мне, когда я рассказал об убийстве Эйериса. Что же случилось с тобой в пути, Бриенна? С чего ты пыталась покончить с собой? Он не мешал девушке плакать. Просто сел поодаль на кстати подвернувшийся пень и делал вид, что ничего не замечает. Наконец Бриенна успокоилась. Поднялась, отряхивая прилипшую землю и травинки, и пошла обратно к их поляне, медленно переставляя ноги. Джейме последовал за ней, прихватив позабытый меч.

4.

Костёр успел прогореть. Бриенна подняла с земли плащ, закутавшись в него. — Почему вы это сделали? Почему спасли меня? Потому что ты дура. Но у тебя ещё есть возможность поумнеть. — Потому что я не для этого дарил вам меч, миледи. — Вы дали его мне, чтобы я нашла леди Сансу. Я искала, искала повсюду. И в Синем Доле, и в Девичьем Пруду, и в Тараторках. — В Тараторках? — Да... это полуразрушенный замок. Меня привёл Дик-Пройдоха. Он уверял, что видел дурака и ещё двоих. Я искала сира Донтоса — ведь миледи должна была быть с ним. Там был дурак. Шагвелл из Бравых ребят. И с ним ещё двое. Пиг и Тимеон. Они убили Дика, а я убила их. С помощью Подрика Пейна, оруженосца вашего брата. — И откуда же он там взялся? — Он следовал за мной. Искал леди Сансу, чтобы доказать невиновность своего господина, — Бриенна слабо улыбнулась, — и Под попросил меня научить драться на мечах. Он смышлёный парнишка. Только вечно смущается. Звал меня сир миледи. — Сир миледи? — Джейме не выдержал и расхохотался. — Не смейте! Тебе всегда смешно, Цареубийца. Может, ты и пари бы на меня заключил? — Какое пари? — полюбопытствовал сир Джейме. Даже в лунном свете было видно, как густая краска смущения заливает лицо и шею воительницы. — Неважно. — Почему? Мне интересно. А хотите, я попробую угадать. А, миледи? — Ты считаешь себя самым умным, Цареубийца? — Самый умный в семье — лорд Тайвин. К несчастью, уже покойный лорд Тайвин. Но мой брат тоже довольно умён. А вот Серсея — дура. Воображает себя полновластной правительницей Семи королевств. Пусть даже она стала леди Кастерли Рок, это ничего не меняет. Первый снег уже выпал, скоро придёт зима, и нужно будет кормить страну. А моя дражайшая сестрица ссорится с дядей Киваном, прогоняет разумных людей, повсюду ищет врагов, — сейчас Серсея не вызывала у брата ничего, кроме раздражения, — она не видит дальше собственного носа. Урожай остался на полях, житницы полупусты. Все приметы обещают суровую и долгую зиму. Люди станут голодать и умирать, и в этом обвинят королеву регентшу и её малый совет, — о письме Квиберна и записке Серсеи вспоминать не хотелось. — Наш лорд отец кормил не только Ланниспорт, но и весь запад и юг. А теперь добрые горожане прославляют Тиреллов и прекрасную королеву Маргери. Лорда Тайвина не любили, но уважали. Он был великим человеком. А теперь, после его смерти Серсея хочет всё разрушить. То, что для отца было важнее всего. Нашу славу, честь нашего рода. Влияние Ланнистеров. Он называл это наследием. И единственное, чем я могу помочь — это побыстрей закончить войну. Риверран сдался, осталось справиться с железнорождёнными. И у меня это получится. Должно получиться. — Ты обещал леди Кейтилин не поднимать оружия против Старков и Талли, — напомнила внимательно слушавшая Бриенна. — Я и не поднял. Обошлось без кровопролития. Лорд Эдмар сам сдал замок и стал нашим заложником. Если бы он ещё не помог бежать Чёрной Рыбе... — Сир Бринден — его дядя. — И старый упрямый осёл. Такие люди никогда не сдаются. В отличие от тебя. — Я не сдаюсь, — запротестовала Тартская Дева. — Нет? А что ты тогда делала на той поляне? Не ты ли обвиняла меня в трусости, помнишь? Кажется, пришёл мой черёд. — Заткнись, Цареубийца! — девушка вскочила на ноги, мгновенно обнажив меч. — Хорошо, что напомнила. Я давно не разминался, — сир Джейме вытащил из ножен свой. — Да не бойся, женщина, я не собираюсь тебя убивать. Просто мне нужно учиться владеть левой. Раньше я упражнялся с сиром Илином, но ты тоже сгодишься... если будешь держать язык за зубами. Он сделал пробный выпад, Бриенна отбила. Удар, лязг столкнувшихся клинков... защита, попытка нападения... Они забыли обо всём, кроме схватки, и остановились лишь когда занялась заря. Оба тяжело дышали.

5.

— А ты неплохо дерёшься, — осторожно заметила девушка. Она помнила их поединок на берегу ручья и понимала, что сейчас легко победила бы Джейме Ланнистера. — Ты забыла добавить: для калеки, — Джейме вогнал меч в ножны. — Поехали. Здесь нам нечего больше делать. — Нет. Я не могу. Больше не могу! — Конечно не можешь. Ты слишком честна для предательства. — Откуда ты знаешь? Святая наивность. Да тут бы любой давно догадался. — Случайно услышал твою ночную молитву. — Вы подслушивали! — Я проснулся, а тебя нет. Что оставалось делать? Но я правда случайно услышал. И даже не знаю, что меня разбудило. Может быть, Верный Клятве? — Нас взяли в плен на постоялом дворе. И хотели повесить, потому что я предала леди Кейтилин. — А при чём здесь покойная леди Старк? — Это она. Она — Бессердечная. — Её убили. На Красной свадьбе. Перерезали горло, как я слышал. — Да! Но её тело нашли, и Берик Дондаррион отдал ей свою жизнь. Я сама так слышала. Леди Кейтилин, она... она выглядит как мертвец. Но она жива! Я просила пощадить Подрика, ведь он ещё так мал, и Бессердечная пообещала обменять его жизнь на твою. — Но ты не можешь. — Думала, что смогу. Но если я приведу вас, сир Джейме, то предам вас. А если откажусь — предам мальчика. — Если вы привезёте меня, мы с вами будем висеть на одном суку, — заметил Джейме. — Но она поклялась! — Леди Кейтилин Старк я бы поверил. Но верить Бессердечной? Они убивают всех. Вы сами видели трупы. Вас повесят вместе со мной, только и всего. И этого Подрика тоже. И ваша клятва не будет исполнена. — Я не знаю, где мне искать леди Сансу. Я шла по следу, но оказалось, что это была Арья. И она тоже пропала. Последний раз её видели с Псом, а тот погиб. Так сказали на Тихом острове. И я сама видела у них жеребца Сандора Клигана. — В Риверране Сансы точно нет. На Севере слишком опасно, да и не пройдёшь туда. Тот — или те, кто помог Сансе бежать, вряд ли хотели её смерти. Вот Донтоса могли и убить, чтобы не разболтал лишнего. Санса может находиться либо за морем, либо в Орлином Гнезде. — Но её тётка мертва! — Но леди Лиза успела выйти замуж за лорда Бейлиша. А наш бывший мастер над монетой чует свою выгоду. Леди Санса — ключ к Северу, а мой брат всё равно что мёртв. К тому же он не успел осуществить свои супружеские обязанности, так что брак Тириона и Сансы можно расторгнуть. — Но не будет же лорд Бейлиш жениться на леди Сансе! — Почему нет? Моего кузена Тирека обвенчали с малюткой, ещё не умеющей ходить. Сир Бронн Черноводный, бывший наёмник Тириона, ради титула и земель женился на полоумной, к тому же брюхатой невесть от кого. А леди Санса хороша собой, учтива, довольно умна — для девицы, разумеется. Да и на вас молодой Коннингтон собирался жениться ради наследства. Лучше было промолчать. — Откуда вы знаете? — Он сам сказал, когда мы были в Харренхолле. Кстати, медведь сдох. Сир Роннет неучтиво отозвался о вас, и я двинул ему в зубы. Золотой рукой. — Мне было двенадцать. Он приехал и оскорбил меня на глазах у отца. Назвал коровой и бросил розу. С тех пор я ненавижу розы, — Бриенна смотрела в сторону. — Тогда, на турнире, устроенном королём Ренли, я их всех победила. Всех, кто смеялся надо мной. И Коннингтона тоже. Я должна была победить! Потому что они заключали пари на твою девственность. Но я никогда не скажу, что догадался. Ведь это было так просто. Джейме стало жаль Бриенну. Под маской грозной воительницы скрывалась обычная девушка. Никому не нужная, кроме отца, никем не любимая, она была достойна сочувствия — но не жалости. Жалость только унизила бы леди Бриенну с Сапфирового острова. Бриенна-Красотка... Из неё бы получилась верная и любящая жена, заботливая мать, умелая и рачительная хозяйка. Могла бы получиться. Бриенна могла бы стать верным другом и любящей младшей сестрой. Той, которой не хватало Джейме. Не близнец, не вторая половина, не любовница, как Серсея, а просто сестрёнка. Как тётя Дженна для покойного отца. — И вы повергли всех противников во прах, — кивнул Джейме. — Даже сира Лораса. Рыцарь Цветов может стать таким, каким когда-то был я. Жаль, что мои турниры остались позади. Между прочим, пора завтракать, — сменил тему белый рыцарь. Не хватало ещё, чтоб его начали жалеть! — Завтракать? — До Орлиного Гнезда путь неблизкий. — А как же Бессердечная? И Подрик? Мы так и бросим его? — Мы непременно что-нибудь придумаем, — пообещал Джейме. В крайнем случае вернёмся с отрядом солдат и посмотрим, оживёт ли леди Старк снова. — Значит, в Орлиное Гнездо? — Бриенна всё ещё сомневалась. — Для начала навестим дикарей Тириона. Может, они что-то слышали. — Думаешь, они согласятся помочь? — Нам — нет, Полумужу — надеюсь. Лорд Тирион произвёл на них впечатление. И завоевал уважение. Если эти дикари узнают, что брата ложно обвинили, то согласятся помочь в поисках Сансы, — говоря это, сир Джейме вовсе не испытывал той уверенности, что старался показать. Но Тартская Дева, кажется, поверила. Они наскоро перекусили остатками припасов и тронулись в путь. Впереди ждало Орлиное Гнездо. И Санса.