Целого части

Я то и дело поглядывал на Толяна, который вел машину в пределах нулевой видимости. Дворники, гоняя воду на всему лобовому стеклу, мирно жужжали, но я не мог усидеть на месте, учитывая, что из-за внезапно хлынувшего дождя мы часто застревали или просто стояли в пробке. Дворники все так же скакали перед глазами, и я не удержался от того, чтобы потереть руки. Все еще влажная кожа неприятно стягивалась, из-за чего я не мог согреться, хотя в салоне было очень тепло. - Ты замерз? Давай я…- предложил Толян. - Не надо, все хорошо,- ответил я.- Давай быстрее. - Ты можешь мне сказать, что происходит? Дворники качались то вправо, то влево, вода текла то по одной стороне, то по другой стороне, что было отчетливо заметно как раз в такие моменты, когда мы стояли на переходе. После того звонка я выскочил на улицу как раз в тот момент, когда с неба хлынули эти бесконечные потоки воды, но мне было все равно. Я немного вымок, выглядывая машину своего приятеля, и даже не заметил этого, пока Толя не затолкал меня в машину. Толя сидел рядом со мной, устало подперев ладонью голову, а другая его рука покоилась на руле, ведь сейчас не надо было смотреть на дорогу и выбирать направление. Перед нами только горели яркие размазанные алые пятна предупреждения, а все звуки тонули в дожде, тарабанящем где-то по крыше и асфальту. - Я сам не знаю… Просто позвонил Диме, а там… - И что же там такое было? Он просил тебя приехать? - Нет. Там были удары. Наверное, его отец… - Ты и про отца знаешь? - Мы немного поговорили об этом. Не более того. - И что его отец? Разве малыш когда-то говорил о том, что его избивают? - А ты бы стал говорить об этом? Он очень замкнутый и стеснительный. Он не стал бы говорить… - Знаешь, коль на то пошло,- Толя развернулся ко мне. Без своих смешных усов он выглядел достаточно молодо, моложе своих лет.- Мне кажется, что ты не до конца понимаешь свою роль. Ты ему не мамочка и не служба защиты детей. Ты просто посторонний человек. - Толя, он плакал! - Что? - Я слышал всхлипы, а потом голос мужчины велел ему не реветь, потому что он не баба!- ответил я, закипая даже от воспоминания об этих словах.- Как по-твоему, стал бы я вызывать тебя, будь это просто шуткой? - Я никогда не говорил о том, что ты шутил бы такими вещами. - Мне это не нравиться. Дима очень часто молчит, одергивает себя… Скорее всего, он сильно запуган. Это корениться еще в детстве… Толя посмотрел на меня. - Что? - Не надо было давать тебе читать психологию,- ответил он, глядя на меня, и я снова почувствовал себя школьником, который просто сидит на уроке и слушает приятеля. Но, в отличии от того времени, когда я увидел Юлю, это чувство было приятным. - Ты понимаешь меня? - Да,- кивнул Толя, устало выдыхая. Поезд, сверкая алыми огнями, видными в темноте, проезжал мимо, но я не мог его услышать, даже сквозь дождь, стук капель о железо и работу дворников и обогревателя в машине.- Сам не верю, что говорю это… - Спасибо,- проговорил я, не сумев сдержать благодарной улыбки. - Но меня это все немного напрягает… - О чем это ты? Почему мы так долго стоим? Неужели нельзя было пустить поезд пораньше? Неужели нельзя было просто взять и перенести это прибытие? Я уже готов был выскочить под дождь и подтолкнуть автомобиль, подтолкнуть поезд, да хоть что-нибудь сделать, чтобы переместиться быстрее! Там Дима… - О том, что мы все равно ничего сделать не сможем. Мы можем забрать малыша, но стоит ли оно этого? - К чему ты клонишь? - К тому, что мы все равно не сможем огородить его от отца, как бы мы не хотели. А если мы просто заберем его, то нас вполне можно будет обвинить в похищении. - Да плевать мне! Я всего лишь хочу его спасти! - Понятно…- проговорил Толя, дергая сцепление, после чего мы сорвались с места. Слава богу! - Что-нибудь еще? - Если все и правда так, как ты говоришь, то вполне можно обратиться в полицию с актом бытового насилия… Или домашнего. - Это не имеет значения. Что будем делать, будем решать, когда во всем разберемся. И не раньше. - Я смотрю, ты серьезно настроен. - Более чем,- ответил я. - Во что ты меня впутываешь…- проговорил он с улыбкой. В его возрасте, не смотря на то, что у него уже два свои ресторана, ему почему-то не хватало того адреналина, которого мы так много получали в детстве, когда лазили по заброшенным домам, недостроенным зданиям и кладбищам. Сам я в той авантюре не участвовал, но слышал, что тогда Шурик заработал более сотни рублей на этом споре. - Вон там, указатель. - Да вижу я и без тебя! - Не смей на меня повышать децибелы! - Еще одно слово, и мы вернемся обратно! Стоило нам выехать на заветную улицу, вглядываясь в ровные ряды домов, как я заметил, что в знакомом доме горит свет, хотя что происходит внутри, было непонятно. - Там! - Да вижу я!- снов повторил Толян.- Может, дашь хоть подъехать! Пока бы мы маневрировали по кочкам, выискивая место, можно было потерять время, а мне этого не хотелось. Я выскочил из машины и понесся в сторону дома, ощущая на лице мокрые капли. Такого сильного дождя я даже не помнил. - Дима! - Да подожди ты, психованный!!! Но моему другу было не понять моего нетерпения и дерганья. Он бы никогда не поддержал меня, зная, что я странно себя чувствую. Я подбежал к воротам, ощущая, какие они мокрые, холодные и противные, и быстро ворвался во двор. Не смотря на то, что это был частный участок, собаки почему-то во дворе я не услышал, что было достаточно странно. Невозможно же было вот так просто войти в чужой двор и не услышать лая собаки! - Дима! На участке стояла гробовая тишина, я почти ничего не слышал, а осточертевшие дворники все еще мелькали перед глазами. Я подошел к крыльцу, понимая, что здесь, похоже, нет ничего живого. Даже цветы на клумбе, и те завяли век назад. С одной стороны это странно. А с другой, учитывая, что отец Димы постоянно работает, а сам он учится, им просто некогда следить за живностью. Я постучал в двери, но, похоже, кроме шума дождя ничего нельзя было услышать. - Простите!- я распахнул двери, Толя как раз влетал в ворота. И стоило мне оказаться в доме, я снова услышал глухой удар, шлепок и всхлип. - Закрой рот, урод! Я даже не удосужился разуться, хотя сам понимал, что обувь у меня не первой чистоты. Бросился в коридор, из него в гостиную, но никого там не нашел. Снова удар, а потом все странно стихло, после чего послышались частные удары по деревянному полу. Я бросился в комнату, чтобы поскорее разобраться, что здесь происходит, оставляя мокрые и грязные следы, и передо мной предстала ужаснейшая картина. Дима, уже порядком избитый, покрытый синяками и ссадинами, с разбитой губой, лежал на полу, над ним сидел какой-то толстый человек и что-то делал, от чего парень хрипел и бил рукой по полу. - Сдохни, пидорас! Я быстро сорвался с места и сам, как будто со стороны, увидел, как моя рука хватает этого бугая за плечо и быстро отбрасывает в сторону, хотя я бы никогда в нормальном состоянии не смог бы так его швырнуть. Пальцы свело судорогой от цепкой хватки, но потом я быстро повернулся к Диме. Тот хрипел, потом схватился за горло и, резко сев, начал откашливаться, хватая воздух и едва не захлебываясь им. На том месте, где он бил рукой, хотя должен был обеими руками отбиваться от своего отца, появились кровавые следы, и я заметил слегка потрепанный замок, почему-то смутно для меня знакомый. - Все хорошо?- я схватил Диму за плечи и прижал к себе, глядя, как мужчина поднимается. По всему своему виду он говорил о том, что он много работает физически, полное отсутствие интеллекта на лице, да еще и перегаром от него несло за версту. - Ты кто такой? - Аналогичный вопрос! - Владимир…- проговорил Дима, одновременно и отталкивая, и обнимая меня.- Зачем Вы..? - Это вообще-то мой дом!- ответил мужчина, приближаясь ко мне. - Владимир… - Так этот самый, которому ты зад подставляешь, малолетний пидорас?!- взорвался внезапно отец, размахивая руками. - Что Вы себе позволяете?!- не выдержал я.- Вы же родитель! - А Вы что себе позволяете?- поинтересовался этот мужлан, перековеркивая мою манеру речи.- А сам-то?! - Владимир… Все хорошо…- проговорил Дима, но его судорожно сжимающие мое пальто руки говорили об обратном.- Вы зря пришли… - Что ты такое говоришь? - Убери от него руки, голубой! - Я не голубой!- ответил я.- То, что я хорошо отношусь к Вашему сыну не говорит о том… Он бросился на меня, вообще не тратя времени на то, чтобы подумать. Удивительная экономия! Я дернулся, но в этот момент мужлана повалил на пол Толян, вовремя подоспевший на помощь. - А я говорил,- проговорил он, когда я схватил Диму за руку, едва не забрасывая его к себе на плечо, чтобы увести его отсюда. - Нет! Подождите! - Тебе здесь нечего делать!- ответил я.- Пойдем! - Но папа… Я посмотрел на него и он, весь избитый и не имеющий возможности отнекаться, умолк, понимая, что со мной спорить бессмысленно. Я быстро распахнул двери салона автомобиля своего друга и усадил туда Диму. Глядя на этого бедного ребенка хотелось вернуться, чтобы размазать того урода по стенке. Уж не знаю, что там делал Толян, но через пять минут он вышел, чтобы сесть за руль. - Я все уладил. Я заметил кровь на его руке и быстро схватил его запястье. - Он порезал тебе руку? - Нет…- со всхлипом ответил парень, упираясь лбом в мою грудь. Я не хотел больше его мучить. Ладно, не хочет говорить, не надо, но я все же нашел в себе силы найти салфетки в салоне и осмотреть его порезы. Оказалось, в его ладонь впилось несколько острых стеклянных осколка. Какие-то они очень толстые… - Давай в больницу?- поинтересовался Толян, глядя на меня в зеркало заднего вида. По его взгляду я понял, что он более не никогда не будет сомневаться в правильности моих слов и решений. А я даже не мог объяснить, почему сорвался. Потому просто кивнул. Мы уже ехали по трассе, когда я вытер ладонь, глядя на неглубокие, но все равно ужасные раны, и вспомнил, что видел тот замок в небольшой снежинке с падающим снегом…