Прямо в глаза

Резко отдёрнув руку от тарелки, Мэтью коснулся губами обожжённого пальца, смачивая его слюной. - Горячо, - прошептал он себе под нос. Скоро сорвавшись с места и добежав до раковины, он включил воду, подставляя горящую кисть струям ледяной воды, стараясь таким способом хоть как-то ослабить боль. По коже, скользя промеж пальцев, побежали холодные капли. Сначала Уильямс зашипел от неожиданных неприятных ощущений, но через некоторое время, чуть привыкнув, спокойно держал кисть под струёй. Левой рукой закрыв кран, он присел на край стола и аккуратно вытер ладонь полотенцем. Пальцы зудели и болели, требуя чего-либо, способного вылечить ожёг. Мэтью быстро встал и сделал пару шагов. Протянув руку вверх и поднявшись на носочки, он не смог дотянулся до верхнего шкафчика, где стояли лекарства. Пару раз подпрыгнув и разочарованно вздохнув, он с досадой развернулся, намереваясь пойти за стулом. - Помочь? - прозвучало со стороны. Иван наблюдал за этой картиной, стоя в дверях и спрятав руки в карманы. Вокруг шеи, как всегда, был обёрнут шарф, будто дразня, постоянно вызывая желание забросить его на плечо хозяину. Светлая свободная майка и коричневые брюки придавали Брагинскому какую-то особую, домашнюю теплоту. Взгляд таких красивых фиолетовых глаз пробежался по телу канадца и остановился на его руках. - Обжёгся? - обеспокоенно спросил он и, вытащив руки из карманов, подошёл к Уильямсу. - Сильно? Русский аккуратно взял ладонь послушного Мэтью и посмотрел на пальцы. - У меня есть мазь, - сказал он как-то неопределённо, но было понятно, о какой мази говорится. Быстро вытянув руку, Иван достал откуда-то с верхней полки небольшой тюбик. Открутив крышку, он сам размазал гель по обожжённым пальцам и сразу убрал мазь обратно. - Спасибо, - тихо поблагодарил Уильямс. - Всегда пожалуйста, - весело ответил Брагинский, по-доброму улыбнувшись. - Думаю, будет лучше, если я тебе ещё и пластырь приклею. Резко кивнув головой, канадец прошептал поспешное "Да, конечно". - Садись пока, - славянин кивнул на стол, больше похожий на барную стойку. Быстро запрыгнув на высокий стул, Мэтью отодвинул от себя блинчики, которые и были виновниками всей этой нелепой ситуации, и стал покорно ждать Ивана. - Прости, - через некоторое время виновато отозвался Брагинский, - но пластыря нет. Я возьму марлю, хорошо? - Угу. Прижимая к себе Кумаджиро, Канада рассматривает свои руки, одна из которых замотана бинтом, боясь поднять глаза и встретится взглядом с Иваном. Но тот сам медленно подошёл к дивану и сел рядом с Мэтью. - Так о чём ты хотел попросить? - с лёгкой улыбкой на губах, спросил Россия. Уильямс тяжко вздохнул. Это должно было случится. Но ведь именно ради этой просьбы канадец и пришёл к Брагинскому. - Я... Хотел тебя попросить кое о чём, - неуверенно начал блондин. - В последнее время, я и Альфред... Мы плохо ладим... - голос Мэтью едва заметно дрожал. И не столько из-за присутствия Ивана, сколько от цели встречи. Канада замолчал, не зная, как сформировать свою мысль. Он не помнит, когда в последний раз обращался к кому-то за помощью. Не помнит того времени, когда ему уделяли столько внимания. А тут... Всё и сразу. Повышенный интерес к нему не был чем-то обоснован. Просто так получилось. ...Джонс. Он вспомнил о своём брате только тогда, когда ему понадобились деньги. Финансовый кризис совершенно выбил его из колеи, а рядом - совсем под боком - оказалась такая процветающая страна, на то время не имеющая ни врагов, ни друзей. Грех этим не воспользоваться. Америка попросил огромных денег в долг у Канады. Тот, естественно, не смог отказать любимому брату. Альфред наигранно благодарил Мэтью, бесстыдно кормя его пустыми обещаниями. Но, когда настало время платить долг, денег Уильямс так и не получил. И через месяц. И через два. И через полгода. А недовольство правительства и народа росло. Мэтью всеми силами старался отговорить своего правителя насильно заставлять США отдавать деньги. Он до последнего момента надеялся на честность Альфреда. Но Уильямс ошибся.