Вот мы влипли!

Уф, большая глава получилась. Надеюсь, она вам понравится. Я работала над ней три дня.

***

Солнце вновь скрылось за серыми тучами, из-за чего утро не казалось таким уж и жизнерадостным. Серая и мрачная погода нагнетала непонятную тоску и печаль. Вот уж и правда, осень наступила. А ведь практически все жители Магнолии рассчитывали на хорошую погоду если не на весь сентябрь, то хоть на полмесяца точно. Но надежды порушились в один миг, когда погода испортилась вчера вечером, предвещая наступление холодной осени. Конечно, были надежды, что это продлится недолго и вскоре распогодится, но никто не мог предугадать поведение погоды. Люси встала с постели часа два назад, разбудила спящего Нацу, с удивлением обнаружив его спящим рядом с собой. Поначалу она, хоть и не хотела этого признавать, не желала подниматься с постели и даже просто шевелиться, ведь находиться в объятиях Нацу было так комфортно, тепло и приятно. Тепло не просто физически, но и душевно. Люси не могла объяснить, что же чувствует, когда находится рядом с ним. Но одно она знала точно, рядом с Нацу ей всегда было тепло. Он словно был для нее светом, огнем, согревающим ее душу изнутри. Рядом с ним было спокойно, весело и хорошо. Люси, будучи начитана и образована в этом вопросе, догадывалась, что именно с ней происходит, но не хотела признавать. Она знала о природе своих чувств, но не хотела верить в это, открещивалась от этих мыслей. Хотя сама очень много прочла книг про это великое чувство, и половина из них прекрасно описывала истинные эмоции, который испытывает человек, когда любит кого-то. Люси давно поняла, что Нацу для нее не просто человек, которого будет легко забыть после того, как она вернется в свое настоящее, в двадцать первый век. Нацу тот человек, без которого ее дальнейшее будущее было невозможным. Тот человек, который заставил ее усомниться в своем решении вернуться в двадцать первый век. Но, не желая об этом думать, Люси продолжала наслаждаться его присутствием, его объятиями еще полчаса. Потом все же она заставила себя встать с кровати и разбудить Нацу. Приняв утренние процедуры и переодевшись в свежую чистую одежду, Люси спустилась в большой зал, где ее уже ждал Нацу. Позавтракав, девушка направилась в библиотеку, где уже полтора часа как заседала. Нацу отказался от предложения Люси пойти с ней в библиотеку, поэтому сейчас заклинательница духов не знала о его местоположении. В библиотеке было тихо и спокойно. А книга, которую она читала, заставляла задумываться над ее сюжетом, поэтому Люси и вовсе не думала о том, что будет потом, где сейчас Эльза и все ли с ней хорошо. Люси обреченно вздохнула, еще раз помотав головой, в надежде выбросить все мысли из головы, перелистывая страницу.

«За мною путь к обители печальной, За мною те, кто мукам осужден, За мною край где вечный плач и стон. Созданье я любви первоначальной И правосудной мудрости Творца, И в вечности пробуду без конца Я, как и все, что в мире безначально. Кто б ни были входящие сюда, Оставьте здесь надежду навсегда!»*

- Божественная комедия? – Внезапно для Люси раздался голос за ее спиной. Девушка вздрогнула и подпрыгнула на месте. - Леви? – Удивленно спросила Люси, поворачиваясь к нарушителю своего спокойствия. Хотя, до конца не осознавая еще, Люси была рада тому, что хоть кто-то ей помешал. Чтение философского романа «Божественная комедия» зачастую сопровождалось у Люси апатией. Строки одного из величайших произведений вгоняли в тоску и депрессию. - Ага, а ты ожидала увидеть кого-то еще? – Весело улыбнулась девушка, отодвинув стул и присаживаясь рядом с Люси. - Да нет, наверное, просто неожиданно, - тихо ответила Люси, несколько рассредоточившись. - Я не знала, что ты любишь такие книги. – Продолжила Леви, глядя на произведение итальянского философа и поэта Данте Алигьери. - Я и не люблю, - Люси прикрыла книгу, сосредотачивая свое внимание на собеседнице, - мне просто захотелось отвлечься. - Не самая лучшая книга, чтобы отпустить свои мысли и расслабиться. - Да я и не расслабиться хочу. Наоборот. Я хочу отвлечься от мыслей о будущем, о войне, об Эльзе, которая до сих пор не вернулась. А отвлечься от всех этих мыслей можно лишь одним способом – занять себя другими мыслями. И философия очень подходит. – Люси перевела взгляд на витражи окон, сквозь которые пробивался свет, искажаясь и окрашиваясь в разные цвета. - Не забивай себе этим голову, - посоветовала Леви бодрым голосом. Хотя, как она не старалась скрыть свои истинные чувства, голос ее все же дрогнул и просквозил неуверенностью. От Люси это не укрылось. - Ты сама не веришь в то, что говоришь, - усмехнулась Люси, вновь возвращая взгляд от узорчатых витражей к глазам и лицу собеседницы, - почему же я должна в это верить? - Я верю, просто… - Просто? – Люси вновь усмехнулась, - нет, скорее здесь нужен антоним этого слова. Сложно. Все именно сложно. И очень плохо. - Не говори так, - Леви, завидев, что собеседница потеряла к ее персоне интерес и незаинтересованно смотрит на витражи, тоже перевела взгляд на узоры, что были нарисованы на стеклах высоких окон. – Нужно надеяться на хорошее, если отпустить надежду, то и бороться незачем. - Надежда, - Люси опустила голову, - как я могу надеяться, когда я оказалась в семнадцатом веке, не зная, как вернуться обратно? Как мне надеяться, когда скоро грянет война и, возможно, те, кого я знаю, погибнут? Как надеяться, когда моя подруга пропала?! Когда я не знаю, жива ли она? Как, если скоро я потеряю возможность быть с любимым человеком?! – С каждым заданным вопросом тембр голоса Люси усиливался. Последний вопрос она выкрикнула на все помещение, едва сдерживая слезы. Ком вновь подступил к горлу, грозя преобразоваться в рыдания. Но Люси, собрав волю в кулак, подавила в себе слезы. Слишком много она плачет в последнее время. Она же, в конце-то концов, не плакса какая! - Я не знала, что ты кого-то любишь. – Тихо сказала Леви. - А что это меняет? Это лишь добавило мне проблем. – Хмыкнула Люси, - прости, я не должна была говорить. – Девушка поправила выбившуюся прядку из хвоста, в который были убраны ее волосы, - это вообще только мои проблемы, и я сама их решу. Нечего загружать голову кому-то другому. - Мне вовсе не в тягость, Люси. - Да нет, все нормально. – Люси улыбнулась в своей привычной манере, от слез и грусти не осталось и следа. – Правда. – Люси захлопнула книгу и поднялась с места, - ладно, Леви, мне нужно идти, поставь книгу на место, пожалуйста, - Хартфалия лучезарно улыбнулась, вручая книгу несколько удивленной МакГарден и, развернувшись, убежала к выходу. Леви продолжала смотреть в сторону удаляющейся Люси. Как только Люси скрылась за стеллажами, Леви опустила глаза на книгу и улыбнулась как-то грустно. - Убежать от проблем всегда легче, чем взглянуть им в глаза, - достаточно громко, в надежде, что Люси услышит, сказала Леви, - и они не исчезнут, их станет еще больше и рано или поздно они настигнут тебя! – Леви вскочила со стула, прокричав последнюю фразу. - Перед кем распинаешься, мелкая? – Грубый, низкий мужской голос застал ее врасплох, - блондинка только что выскочила отсюда как ошпаренная, меня едва не сшибла. – Из-за стеллажа, за которым только что скрылась Люси, показался Гажил. - Она меня хоть услышала? – В надежде спросила Леви, подходя к нежданному гостю. - Ты так орала, тебя вся гостиница слышала, - ухмыльнулся он. - Не утрируй. И вообще, что ты тут забыл?! - Да ведь сама ж просила зайти. - Два часа назад. – Злилась Леви, - а ты что?! Когда захотел, тогда и явился?! Это тебе что, проходной двор? – Леви была практически на пределе, еще чуть-чуть и она начнет бить его книгой. - Мелкая, когда ты сердишься, ты похожа на маленький комок, готовый взорваться в любую секунду, - усмехнулся Гажил. - ПОШЕЛ ВОН!!! – Сапог, что только что находился на правой ноге Леви, полетел в лицо смеющегося мужчины. Закрыв глаза от смеха, Гажил пропустил удар, и сапог, все-таки, достиг своей цели, поразив ее. Быстро придя в себя от произошедшего, Гажил подхватил маленький сапог и, покрутив его в своей мощной руке, перевел взгляд на Леви. - Доигралась, мелкая. – Ухмыльнулся он. - Ты сам напросился, - решительности в голосе Леви поубавилось. - Как и ты, - он медленно двинулся в сторону девушки. - Сам виноват! – Закричала она и, что есть сил, бросилась бежать в противоположную от него сторону. Но Гажил был в разы быстрее ее. Леви и опомниться не успела, как ее схватили за руку и, развернув, прижали к первой попавшейся стенке шкафа. - Попалась? – Спросил Гажил, наклоняясь к лицу девушки, перехватив обе руки и прижав их по разные стороны от головы Леви, тем самым отрезав ей путь к отступлению. На щеках Леви заиграл румянец. - Я не старалась убегать, - хмыкнула Леви, отворачиваясь, пытаясь скрыть смущение. - Ну да, - Гажил отпустил ее руки, но не отошел, оставаясь все так же опасно близко к ней, - чего звала хоть? – Уже серьезно спросил он. Леви подняла на него свои карие глаза и тоже серьезно ответила. - Хотела поговорить. - И о чем же? – Мужчина отступил от, все еще, смущенной девушки. - Честно, когда ты не пришел, я даже обрадовалась, потому что не знаю, как сказать. Вернее, с чего начать разговор. – Леви отошла от стенки шкафа. - Говори, как есть. Ты никогда не страдала неспособностью выразить свои мысли. - Просто… - Леви запнулась, замолчав, - Гажил… - ее голос дрогнул. Она устремила пронзительный взгляд на мужчину. Редфокс вздрогнул, но вида не подал. Она никогда так на него не смотрела. Значит, то, что она хочет ему сказать это нечто серьезное, – …мне страшно. – Прошептала она. В глазах инквизитора читалось удивление. Ей страшно? От чего? - Скоро грядет война. Мне так… страшно. Я привыкла жить здесь. Когда я была ребенком, мои родители умерли, и моя жизнь утратила смысл. Но потом я встретила Миру, и она привела меня сюда. Она, Лисанна, Эльфман, Венди, мастер Макаров, Джет и Дрой, Ромео, Кинана, даже Лексас, все они стали моей семьей. Людьми, которые приняли меня с моими способностями. Я не переживу, если с кем-нибудь из них что-то случиться. – Леви всхлипнула, силой воли подавляя слезы, - Люси говорила, что делиться своими проблемами с другими неправильно, потому что у каждого свои проблемы и трудности, и мои переживания не нужны никому. Но… - по щеке покатилась предательская слеза, - я не могу так. Я не такая сильная, как Люси, я слабая, я… Внезапно для Леви, Гажил крепко обнял ее, прижимая к своей груди. Тяжелая мужская ладонь тихо легла на ее макушку. - Делиться проблемами с друзьями, с дорогими тебе людьми, с семьей, отнюдь не слабость. Если тебе грустно, друг, любимый человек, или кто-то родной всегда будет готов разделить с тобой печаль, помочь тебе, утешить. В этом нет слабости. Напротив. Это сила. Ведь ты находишь в себе силы довериться кому-то. А если заклинательница думает иначе, она просто глупая. – Тихо, но четко и уверенно произнес Гажил. – Леви, - он очень редко называл ее по имени, - ты сильная. Вокруг тебя столько людей, которые тебя любят, которым ты доверяешь, которые тебя всегда поддержат. Я очень рад, что ты решила довериться мне и поделилась тем, что тебя гнетет. Значит, я действительно для тебя что-то значу. И я очень рад этому, ведь ты тоже для меня многое значишь. - Гажил… - Прошептала Леви. - Никто не умрет, вот увидишь. – Улыбнулся Гажил, - ты ведь знаешь этих сумасшедших ребят, от них не избавиться, - по-доброму усмехнулся он, - так что, прекращай лить слезы, - он опустил глаза на девушку, которая внимательно слушала, уткнувшись ему в грудь, - мелкая, - закончил он. - Чтоб тебя... – прошипела Леви, поднимая голову и устремляя взгляд на него, - такой момент испортил. - Ахах, да, и отцепись уже от меня, а то стоим тут, как персонажи той книжки, которую написал этот, как его, Вильгельм Шукспир. – Положив ладони ей на плечи, Гажил аккуратно отстранил ее от себя. - Уильям Шекспир! – Раздраженно выкрикнула Леви. Но тут же успокоилась, - как можно проявлять неуважение к такому великому человеку?! - Ахахах, опять ты за свое, мелкая, - смеялся Гажил, отходя от Леви. Раздражение на лице его собеседницы сменилось некой взволнованностью. И это не укрылось от Гажила. - Ну чего ты? - А я правда для тебя многое значу? – Тихо спросила Леви, опуская голову, чтобы ее собеседник не заметил ее пунцового лица. - Чего?! Ты только это запомнила из того, что я тебе говорил?! – Леви не видела, что Гажил тоже слегка смутился, однако отчетливо слышала это в его голосе. - Так это правда? – Она хитро улыбнулась, поднимая голову. - Ну, я… о, сколько уже времени, мне пора! – Придумывая предлог на ходу, Гажил поспешил ретироваться. - Ахах, - засмеялась Леви.

***

Люси выбежала из библиотеки, чуть не сбив Гажила на своем пути. Пробормотав на ходу извинения, девушка умчалась прочь, стараясь выкинуть из головы последние слова Леви. Она сбегает от проблем? Нет, она не бежит от них, наоборот, Люси думает, как их решить. Она хочет их решить. Но у нее не получается. Нет решения. Столько всего навалилось в последнее время. Незачем Леви думать о ее проблемах, у нее и своих по горло. Зря Люси открылась ей. Зачем было говорить про любимого человека и про свой страх расстаться с ним? Вырвалось. Накипело. Да еще и эта война, будь она неладна. И Эльза. Что же с ней? Зажмурив глаза, Люси продолжала бежать вперед. Она не осознавала, что слишком быстро бежит и может кого-нибудь сбить с ног, или врезаться в стену. Она просто бежала, не разбирая дороги. Выбежав на улицу, Люси неожиданно ударилась о что-то на своем пути. Повалившись на землю, девушка, наконец, пришла в себя. Перед ней стоял человек. Мужчина. Подняв глаза на его лицо, Люси с удивлением обнаружила Жерара. - Фернандес? – Несколько грубо, но, в тоже время удивленно, спросила Люси. - Ты не ушиблась? – Не обращая внимания на грубость, спросил он, опускаясь, чтобы помочь Люси подняться. - Нет, и я сама могу подняться, - девушка отстранилась от его рук, которые так заботливо помогли встать на ноги, и пристально посмотрела на него, - ты был с Эльзой в ту ночь, на утро которой она пропала?! – На прямую задала вопрос она. - Люси, - устало вздохнул он. - Отвечай! – Громко и несдержанно прервала его заклинательница духов. - Да, был. – Ответил он. - Ты ее чем-то обидел, что она сбежала? – Правая рука Люси легла на связку золотых ключей, готовая в любой момент вызвать помощь. - Давай пройдемся, и я тебе все расскажу. Не хочу, чтобы нас слышали. Да и Эльза не хотела бы, чтобы кто-то узнал. – Жерар повернулся спиной к Люси и направился в сторону окраины леса, где располагался дикий пляж. Люси, не раздумывая, пошла за ним. Опасаться было нечего, ведь с ней были все двенадцать золотых ключей, да и сама она не рохля, а достаточно сильный противник. Отойдя от гостиницы на приличное расстояние, Жерар все продолжал идти, вот только уже не молча. Тяжело вздохнув, он начал разговор. - Эльза сильно напилась в тот злополучный вечер. Я тоже был не трезв, но вполне вменяем. Она подошла к нам с Лексасом, чтобы забрать бутылку виски, упала на меня. И я повел ее в комнату, чтобы уложить спать. Она не соображала, что происходит, где она находится. Переступив порог комнаты, Эльза начала вести себя более раскованно. – Жерар замолчал, устремляя взгляд в сторону виднеющегося моря. - Она обняла меня и начала целовать. – Продолжил он, нехотя. – Я сначала попытался отстранить ее от себя, но потом ответил. Что-то… что-то щелкнуло в моей голове, и здравый смысл отошел на второй план, уступая место… желанию. – Жерару было тяжело подбирать подходящие слова, ему было стыдно и омерзительно вспоминать свою несдержанность. - Мы… мы сами не поняли, как все произошло. Мы… - он обернулся к девушке, что шла позади него, и посмотрел ей в лицо, не зная, как сформулировать то, что собирался сказать. - Вы переспали, - закончила за него Люси, устало вздохнув. Она догадывалась, что Эльза могла убежать в такой опасный момент, в момент приближения войны, только по случаю чего-то очень серьезного. Люси не раз думала, что в ее уходе не обошлось без Жерара. Переведя взгляд на Жерара и, заметив его легкое замешательство, Люси поспешила пояснить, - так у нас говорят в двадцать первом веке. Переспали, занялись сексом, перепихнулись, покувыркались, - начала она подбирать синонимы, но, завидев удивление на лице своего собеседника, усмехнулась, и продолжила, - то есть у вас была интимная связь. Все эти глаголы означают интимную близость. - Эм, получается так. – Все еще находясь в культурном шоке от того, как это называется в двадцать первом веке, ответил Жерар. Вновь отвернувшись от Люси, он продолжил идти вперед. Люси все следовала за ним. - Люси, - подал голос он, - прости меня. В том, что Эльза ушла, виноват я. Она была пьяна в тот вечер. А по сравнению с ее неадекватным состоянием, я был относительно трезв, я мог не допустить этого, но желание быть с ней, любить ее было сильней. Если бы я только меньше выпил, ничего бы не было. Я виноват… - Перестань. – Прервала его Люси, догоняя его. – В двадцать первом веке секс, - Люси осеклась, ведь Жерару такое обыденное употребление этого слова, ничуть не стыдясь, было в новинку, - то есть интимная близость, - исправилась она, - обычное дело. Люди спят, - вновь осеклась девушка, - вступают в интимную близость не только по любви. В большинстве случаев, чтобы получить удовольствие. Во всей Европе в целом, и Франции в частности, люди бывают интимно близки не для того, чтобы завести детей, а именно получить наслаждение. Но это не афишируется так сильно, как в двадцать первом веке. В мое время существуют такие заведения, как ночные клубы. Можно просто прийти, познакомиться с кем-нибудь и обеспечить себе приятное времяпрепровождение на ночь. И на этом все. Люди могут не знать имен друг друга, чтобы вступать в интимную близость. Люди не умирают в таком количестве от венерических болезней, как в семнадцатом столетии, потому что наша медицина развита. В каждой больнице есть венеролог, есть отдельные венерологические центры, гарантирующие полную конфиденциальность. Вспышек сифилиса и гонореи, в отличие от вашего времени, практически нет. Двадцать первый век – век свободы личности, свободы убеждении. Люди с нетрадиционной ориентацией не прячутся, для них есть отдельные заведения, клубы, парикмахерские, кафе. Да что там, с помощью медицины можно запросто пол поменять. Многие обвиняют Европу в падении нравственности, и я в некоторых аспектах согласна с этими обвинениями, но мне нравится жить в двадцать первом веке. Свобода личности вовсе не означает, что абсолютно все в нашем времени занимаются сексом направо и налево. Все зависит от воспитания. Некоторым детям с детства твердят о целомудренности, и они слушают. А некоторым об этом не говорят, но они все равно идут по пути целомудренности. А кто-то пускается во все тяжкие. И происходит это по разным причинам. Родителей нет, или что-то случилось. Все люди разные, со своими жизненными убеждениями, которые никто не имеет права осуждать. Но если, все-таки, девушка в нашем времени лишилась девственности не с мужем, а с парнем, или по пьяни, ее никто не будет за это осуждать. Приоритеты в нашем времени отличаются от ваших. Женщины наравне с мужчинами в своих правах. И для многих из них важна в первую очередь карьера, а потом уже дети и семья. Поэтому браки у нас заключаются в среднем возрасте тридцати лет. Есть и раньше, конечно, и таких людей много, но большинство именно около тридцати или после тридцати. Когда жизнь устроена. Есть дом, работа, деньги. И большинство женщин выходят замуж уже не девственницами. И в этом нет ничего такого. Сама девственность потеряла ту ценность среди девушек, которую имеет в ваше время. Я не говорю, что абсолютно все девушки не ценят свою невинность, но в большинстве своем девственность не имеет особо важного значения. Все то время, пока Люси говорила, Жерар внимательно ее слушал и поражался тому, на сколько отличаются принципы людей семнадцатого века от принципов людей двадцать первого века. - Ты говоришь, что все зависит от воспитания, что одни девушки ценят свою невинность, другие нет. – Оправившись от шока, начал Жерар. - Да, именно так. - А что Эльза? Какого ее отношение к этому? - Эльза не считает интимную близость до свадьбы чем-то зазорным. Она говорила, что не представляет своего будущего мужа и тот возраст, когда она выйдет замуж. Но интимная близость у нее в любом случае будет, она не отрицала этого. Эльза говорила, что настанет тот день, когда она лишится невинности. И ее не особо заботило, до свадьбы это будет, или после. Она говорила, что девственности лишится лишь с тем человеком, кого сочтет достойным. И этот человек мог встретиться ей и до свадьбы. Она не спешила потерять свою невинность, не думай. Эльза просто не думала об этом. Когда произойдет, тогда и произойдет, говорила она. Единственное, она хотела, чтобы это случилось после двадцати лет. До двадцати, как она утверждала, она еще не готова. В такие моменты, мне она всегда казалась взрослой, рассудительной женщиной, до которой мне еще расти и расти. Хотя она не на много старше меня. Всего на пару месяцев. - Ну а ты? – Не переставая идти, спросил Жерар. - А что я? Мои взгляды отличаются от взглядов Эльзы. Я не осуждаю тех, кто вступает в интимную связь до свадьбы, но для самой меня это недопустимо. Мама воспитывала во мне целомудренность. И я буду верна этому принципу до конца. Хотя, в двадцать первом веке тех, кто действительно выходит замуж девственницами, очень мало. Пока мне не встречались парни, готовые принять мой принцип. - Понятно. Но, раз Эльза относится к интимной близости абсолютно нормально, почему же она убежала? - Ну, ей всего восемнадцать. Девятнадцать исполнится в декабре. Она любит есть сладкое, ходить в кино и просто гулять. Она не была готова к этому. Для Эльзы интимная близость должна была случиться на трезвую голову, с полным осознанием того, что она делает. А получилось с точностью до наоборот. По пьяне, она не осознавала того, что совершает. Вы оба не осознавали. Да и ты, честно сказать, ей не безразличен. Она, видимо, испугалась твоей реакции. Подумала, что теперь ты будешь относиться к ней, как к легкодоступной девке. - Но это не так. - Это же Эльза, если вбила себе что-то в голову, то бесполезно это что-то оспаривать. Так-то. А кстати, вы ведь не предохранялись? – С большим любопытством поинтересовалась Люси. - Нет. - Хах, еще лучше. Учитывая ту скорость, с которой бредовые мысли в результате вашей связи посещают ее, она, небось, уже нафантазировала себе, что будет делать с ребенком, когда тот родится. - Ребенок? - Жерар, не тупи! Сам ведь сказал, что вы не предохранялись! В первый раз забеременеть маловероятно, но Эльза, скорей всего, уже решила, что умудрилась залететь. Кхм, - посчитав, что и это слово не знакомо Жерару, Люси поспешила подобрать синоним, - оказаться в положении. - Ты думаешь? - Уверена. Эльза уже нафантазировала себе, что будет делать при таком раскладе. Поскорей бы она вернулась. Не знаешь, где она может быть? - Нет, ты же ее подруга, не я. - Я не знаю. Мы с Нацу обошли весь город вчера, но не нашли ее. – Люси вновь поникла. - А на пляж ходили? - Нет, - удивленно начала она. И тут Люси вспомнила, что один из снов, что ей снился, был именно про тот пляж. – Жерар, идем скорее, - воодушевленно крикнула Люси, срываясь на бег. Жерар побежал за ней. Люси бежала так быстро, как только могла. На пшеничном поле, через которое они шли, бежать было сложно, платье постоянно мешалось. Но Люси продолжала усиленно пробираться вперед, поднимая подол платья. Хоть в большей части поля пшеницу скосили, эта малая часть поля была дикой, поэтому ее не трогали. Здесь росла не только пшеница, но и трава. Посему, идти было очень трудно. Но Люси, казалось, это совершенно не волновало. Наконец, добежав до маленького обрыва, Люси спрыгнула вниз, приземляясь на песчаный пляж. Жерар последовал ее примеру. Осмотревшись, Люси с удивлением обнаружила одежду. - Жерар, Жерар! – Закричала она, подбегая к одежде. Опустившись около нее, Люси подхватила платье и рассмотрела его. Жерар опустился рядом с Люси. - Это ее платье. Платье Эльзы. – По щекам заклинательницы покатились слезы, - она… - Успокойся, Люси! – Жесткий голос Жерара разом подавил нарастающую истерику, - то, что мы нашли ее одежду, вовсе не значит то, о чем ты подумала. Ночью был дождь и сильный ветер. Море было неспокойно. Случись бы то, о чем ты подумала, оно вынесло бы ее тело на берег. Но его нет. Значит, Эльза жива. - Она ушла без своей одежды?! - Необязательно. Ветер дул на северо-восток**. Значит, Эльзу выбросило на другой дикий пляж, что располагается севернее этого. Идем, - Жерар поднялся с колен и направился к протоптанной крутой дорожке, по которой можно было подняться наверх. Люси, прихватив в собой платье и обувь Эльзы, поспешила за ним.

***

Сознание медленно возвращалось. А с ним и головная боль, и тяжесть во всем теле. Эльза попыталась открыть глаза, но веки словно налились свинцом. Однако, благодаря усилиям железной силы воли, ей это все же удалось. Сначала картинка расплывалась, но вскоре зрение пришло в норму, и Эльза видела все достаточно четко и ясно. Над ней склонялись раскидистые ветви деревьев, листва которых шелестела на ветру. Погода была мрачной, дождя не было, но было пасмурно. Серое тяжелое небо просматривалось сквозь листья. Эльза почувствовала холод и влажность. Девушка приняла сидячие положение и обнаружила себя в одном лишь белье. Эльза тут же покраснела, обняв себя руками, пытаясь прикрыть грудь. Обернувшись, девушка увидела большой ствол дерева, на который она опиралась. Потрогав кору дерева, Эльза обнаружила, что она вся пропитана влагой. Как и почва, на которой спала Эльза. Видимо, нехилый дождик поливал, когда она спала. Потрогав свои волосы, Эльза обнаружила, что высохла лишь челка и корни волос. Остальные патлы, именно патлы, потому что из-за ужасного состояния, в котором они находились, их нельзя было назвать иначе, прилипли к спине, создавая дискомфорт. Поднявшись с влажной земли, Эльза попыталась отряхнуть себя, но лишь запачкала ладони. Ноги были испачканы в разводах от дождя и грязи по колено. Ступни и вовсе все были в грязи. Отжав волосы, Эльза заплела тугую косу и откинула ее назад, чтоб не мешалась. Осмотревшись, девушка медленно направилась в сторону гостиницы. Ее опять тошнило. Она ничего не ела и не пила со вчерашнего утра. Нет, со вчерашней ночи. Вспомнив о том, что было ночью вчера, Эльза покраснела. Она бы лучше пережила тысячу сегодняшних ночей, ночуя под деревом и дождем, чтобы избежать того позора. Что теперь Жерар о ней будет думать? Что она доступная пьяница. И ведь некого было обвинить, кроме себя. Эльза прекрасно помнила, что сама набросилась на Жерара. Сама полезла к нему целоваться. Сама соблазнила его. Обняв свой живот, который очень болел от того, что она наглоталась вчера соленой воды, Эльза пошла по направлению к гостинице. Хотя, в таком виде идти туда не представлялось возможным. Поэтому оружейница решила держать курс на дом Полюшки. Развернувшись в противоположную сторону от своего начального направления, Эльза двинулась с места. Пройдя несколько шагов, осматриваясь и ориентируясь на месте, девушка начала углубляться у лес. Она помнила, что дом Полюшки располагается где-то неподалеку. Но терять из поля зрения берег и море Эльза не собиралась. Она с легкостью могла потеряться. Внезапно послышался хруст большой мокрой ветви, что проломилась под чем-то тяжелым. Резко обернувшись, Эльза увидела фигуру в плаще, стоящую на расстоянии нескольких метров от нее. - Ой, а я хотела подкрасться незаметно. Нехорошо получилось, - послышался звонкий женский голос. Фигура сбросила капюшон, открывая Эльзе миловидное личико молодой девушки. Каштановые волосы были распущены. Выправив свои волнистые локоны, девушка как ни в чем не бывало начала приближаться к Эльзе, говоря какую-то безобидную ерунду. - Ну, вот опять они завились, - сетовала девушка, теребя прядь своих волнистых волос, - ты только взгляни, как они завились. Вот всегда эти непослушные патлы вьются, стоит лишь пройти дождю. А ведь так усердно укладывала их вчера вечером, а все без толку, представляешь? – Продолжала возмущаться она, подходя к Эльзе, - ой, красивое белье. Где купила? И почему ты в таком виде в такой глуши? – Поинтересовалась она. - Кто вы?! – Не теряя бдительности, строго спросила Эльза, предусмотрительно отступив назад. - Меня зовут Милианна. А ты Эльза Скарлет, будем знакомы, - улыбнулась Милианна. - Откуда тебе известно мое имя?! – Грубо и требовательно спросила Эльза. - Ах, не будь такой грубиянкой, я же с тобой по-доброму, по-хорошему, по-дружески. Мне Минерва сказала, как тебя зовут. Она сказала найти тебя и убить. Твоя смерть, как и мое появление здесь, будет означать начало войны, - услышав это, Эльза заняла оборонительную позицию, отступив еще на несколько шагов назад, - но я так не люблю это делать, поэтому мы с Минервой договорились. Я должна привести тебя к ней, и не нужно никого убивать. Поэтому сделай милость, пошли со мной. Мы, может быть, примем тебя в свои ряды! – Заявила она, примирительно продолжая улыбаться. - Минерва?! Темная волшебница?! Так значит ты ее приспешница. - Ну, приспешница звучит грубо. Скорее, последовательница, или подружка! Хочешь, мы с тобой тоже будем подружками? - Иди к черту! Я никогда не присоединись к вам! - Фи, как грубо, - Милианна заправила волнистую прядку за ушко, - что ж, значит по-хорошему не получается. Придется с тобой обойтись по-другому. – Ее взгляд утратил ту детскую наивность, приобретая сталь и решительность. – Попрощайся с жизнью. – Сказала она и сбросила плащ, обнажая свой откровенный вид, состоящий из облегающих сапог по колено, черных перчаток в сеточку и черного коротенького костюма из обтягивающего верха без лямок и коротких шортиков, совсем не похожих по своей минимальной длине на шорты. Сжав руки, облаченные в длинные перчатки, Милианна понеслась на Эльзу. Эльза с легкостью увернулась. Но Милианна не остановилась, продолжая делать выпады. Эльза блокировала удары, и сама делала выпады, благодаря Бога за то, что ее противница дерется с ней на физическом уровне. Если Милианна воспользуется магией, Эльза ответить не сможет. Ее силы не восстановились. Отбив очередную атаку противницы, Эльза увернулась от следующей и нанесла сильный удар в живот Милианне. Рассредоточившись, Милианна пропустила еще один удар кулаком по лицу, чувствуя, как что-то горячее вытекает из носа. Эльза, воспользовавшись ее замешательством, нанесла удар по ногам противника, сбивая с равновесия. Милианна повалилась на землю. Ее волосы тут же испачкались в грязи, как и ее одежда, и ее кожа. Попытавшись подняться, она получила еще один ощутимый удар в ребра. Милианна повернулась на бок, пытаясь облегчить боль. Эльза, наплевав на принцип «лежачего не бьют», со всей силы нанесла Милианне удар ногой в под дых. Милианна сжалась еще сильнее, закашлявшись кровью. Перед Эльзой встал выбор. Скарлет знала, что ее противница наверняка волшебница, и, если она оклемается, ей, Эльзе, придется туго. Если добить дезориентированного противника сейчас, она, Эльза, спасет свою жизнь. Убить, тем самым спасая свою жизнь, или оставить ее здесь, а самой убежать, уповая на то, что успеет добежать до Полюшки быстрее, чем Милианна придет в себя. Эльза была не способна убить. Отойдя назад на пару шагов, оружейница бросилась бежать в сторону Полюшкиного дома. Целительница могла возвести вокруг своего дома купол, который не пропустит кого-либо внутрь. Нужно лишь успеть добежать. Однако, сбыться планам Эльзы было не суждено. Пробежав буквально несколько метров, оружейницу оглушил мощный раскат грома. Упав на землю, Эльза закрыла уши ладонями, чтобы не слышать. Когда все прекратилось, девушка уже было хотела подняться, как ощутила мощный удар в спину. Она вновь упала на сырую землю. Найдя в себе силы обернуться, Эльза увидела Милианну, возвышающуюся над ней. - Ты ужасный человек, Эльза Скарлет, - четко и громко проговорила Милианна. Ее голос отдавался эхом в голове Эльзы. Казалось, голос этой девчонки везде, - тебе знакомо правило «лежачих не бьют»? Или «не поворачивайся спиной к врагу»? А такой принцип «не спускай глаз со своего врага, пока не убедишься в том, что он обезоружен»? Ну и самый главный «не недооценивай своего врага». Придется тебя проучить, - протянула Милианна последнее слово. Эльзу вновь оглушил раскат грома. Не успела она и глазом моргнуть, как Милианна, сконцентрировав энергию в своей руке, направила ее на свою противницу. В нее, в Эльзу, понеслась молния. Эльза зажмурилась, понимая, что это конец. Прошла секунда, еще одна. И еще. Ничего не происходило. Приоткрыв глаза, Эльза с удивлением обнаружила огромную, розовую пушистую стену, что заслонила ее от молнии и от Милианны. - Эльза! – Воскликнул до боли знакомый голос. - Люси? – не до конца понимая, что происходит, произнесла Эльза. К ней со стороны Милианны подбежали Люси и Жерар. Люси была в обличии овена. Она недавно научилась перенимать силу звездных духов. - Жерар, хватай Эльзу и беги к Полюшке! Быстро! – Крикнула Люси, вставая в боевую стойку напротив Милианны. Эльза не успела сообразить, что происходит, как почувствовала крепкие мужские руки на своем теле. Жерар подхватил обескураженную девушку и, беспрекословно слушая, что говорит Люси, бросился бежать к Полюшке. Милианна, оглядев Люси с ног до головы, потеряла к ней всякий интерес и, развернувшись, уже было хотела последовать за Эльзой, как ощутила жесткий и сильный удар ногой в спину. - А как же правило «не поворачивайся спиной к врагу»? – Насмешливо спросила Люси, наблюдая, как Милианна медленно пытается подняться с колен, - или ты сама не так хорошо владеешь этими правилами? Придется мне хорошенечко разъяснить тебе все эти правила в целом, и одно из них в частности. «Не недооценивай своего врага». – Хмыкнула Люси, нанося той еще один ощутимый удар ногой, вот только на этот раз удар пришелся в бок, под ребра. Милианна повалилась на землю. - Я твой противник, - отчетливо произнесла Люси, - ты пожалеешь о том, что у тебя вообще хватило смелости приблизиться к Эльзе. – Люси расплылась в устрашающей ухмылке.