R - 052.

**************** … У великолепного отеля, похожего на многогранный огромный сталагмит, устремленный в черное небо, сверкающий огнями, Вейдера встретил сам Орландо Вайенс. Хитрец велел шоферу везти его пассажира в объезд, а сам кратчайшими путями первым достиг цели. Ситх ступил на мостовую, запорошенную снегом, и поднял голову, разглядывая величественную громаду здания. - Добро пожаловать, лорд Вейдер! – с самой обаятельной улыбкой произнес Орландо, протягивая ситху руку. – Надеюсь, вам у нас понравится! Ситх протянутую руку коротко пожал (не думаю, чтобы Орландо был рад этому рукопожатию), и молча двинул ко входу в отель. Ева была рядом – ситху не нужно было даже высматривать ее в толпе, чтобы знать это наверняка. Ему казалось, что в морозном воздухе витает аромат ее кожи, который учуял юный бессовестный офицер. Вайенс, скорчив комическую рожицу, последовал за молчаливым ситхом, растирая помятую кисть руки. В конце концов, он был хозяином, и негоже было оставлять гостя одного! Внутри отель был еще роскошнее, чем снаружи, но Вейдер не стал рассматривать его великолепие, и шел, не сбавляя шага, туда, куда его вели его видения. Если честно, то он даже забыл спросить, где ему отведут апартаменты; он погрузился с головой в мысли, и Сила сама показала ему апартаменты, на двадцать пятом этаже, откуда как на ладони был виден город, и снег, разыгравшуюся метель в вышине, лижущую огромное, во всю стену стекло, отделяющую мрак и холод от уютного света комнаты. - Лорд Вейдер! – Орландо догнал Вейдера и, приноравливаясь к широкому шагу ситха, засеменил рядом. – Позвольте проводить вас. - Не стоит, - коротко отрезал ситх. – Я и сам в состоянии найти свои апартаменты. - Даже так? – наигранно весело произнес Вайенс, и Вейдер, скинув с бритой головы капюшон, глянул на него своими желтыми глазами. - Ах, да! – продолжил беспечно щебетать Вайенс. – Сила и видения ситхов, в самом деле. Но все же нам нужно поговорить. Я должен вам сказать кое-что. - Да? – Вейдер ничуть не замедлил шаг, и Вайенсу, который был куда ниже Вейдера, приходилось едва ли не рысью бежать вслед за ним, чтобы поспевать за ним. - Завтра, когда вы передохнете после путешествия, - начал Вайенс, - ближе к вечеру, я планирую провести прием… знаете, светский раут. - Я не посещаю подобные мероприятия, - отрезал Вейдер. - Нет, вы не понимаете! – вкрадчиво произнес Вайенс, и Вейдер остановился. Видения темной фигуры в капюшоне, скрывающейся в темноте, настигло его. Между тем Орландо продолжал. – Я устраиваю этот прием в вашу честь. О вас много говорят. И многие хотели бы с вами познакомиться. Вейдер смотрел в лицо Вайенса, и темная фигура в его видениях начинала приближаться, а смеющиеся плутоватые глаза Вайенса превращались в холодные и пустые мертвые глаза. Он нанял убийц по заданию Альянса? Хотел бы Вейдер посмотреть на тех идиотов, что взяли деньги за его убийство! - Кто, например? – прямо спросил Вейдер. Вайенс, сбросив маску простецкого парня, так же внимательно и серьезно смотрел на ситха. - Этого я не знаю, - произнес он твердо. – Но желающие будут – надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю? Ах, вот оно что… гости из самого сердца Альянса. - Акбар? Мон Мотма? - Я действительно не знаю, - ответил Вайенс. – Но одно знаю точно: вам нужно будет там быть. Альянс сделает вам предложение, от которого будет трудно отказаться. Но кто и когда его выскажет – я не знаю. - Я умею говорить «нет», - отрезал Вейдер. - И все же, - продолжил Вайенс настойчиво (так с Вейдером давно никто не разговаривал). – Вам нужно быть там. Поверьте. Мужчины обменялись долгим взглядом. - R-052? - Нет больше R-052; она оставила службу…. По личным причинам, - Вайенс поклонился, скрывая взгляд, и Вейдер понял, что тот его в чем-то обманывает. Ева была рядом, и, вероятно, сейчас просто ожидала, когда Вейдер войдет в лифт и поднимется на свой этаж, чтобы потерять его из виду навсегда. - Ваш этаж двадцать пятый, - произнес Вайенс. - Я знаю, - огрызнулся Вейдер. Вейдер, закрыв глаза, лихорадочно искал файл R-052. Он взывал к Силе, поднимаясь в скоростном пневмолифте наверх, он просил увидеть Еву, но всякий раз в его видениях было одно и то же – исчезающие электронные цифры… ************************* С утра Орландо Вайенс принес Еве подписанный Советом приказ о переводе ее на Риггель. Ева, рассматривая бумагу, ощутила, как ее сердце замирает, и понимание того, что она сама отказалась следовать за Вейдером, страшной болью отозвалась в ее душе. Ну, вот и все. Полгода, не больше. Орландо говорил – и того меньше. - Не надо переживать, - Орландо, внимательно изучающий ее реакцию, - ничего страшного не произошло. У вас и тут будет предостаточно работы, поверьте мне! «Работы! – мрачно подумала Ева, кое-как справляясь с собой. – Работы…» - Если хотите, я могу устроить вам небольшую экскурсию по Ригелю, - предложил Вайенс бодро. Ева глянула в окно – за окном мела метель. - Сейчас?! – удивилась она. – Но что я увижу в этой пурге? - Там, куда я вас поведу, пурги нет, - ответил Вайенс. – Там горячая земля, и снег испаряется, не долетая до поверхности. Ну, так что? - Пойдемте, - решительно ответила Ева. Действительно, не нужно думать о том, что потеряно! Отель не спал ночью; эта участь постигла не только команду «Небесной крепости». Нервозность охватила весь персонал огромного здания; проходя мимо консьержей и менеджеров, Ева видела, что у тех покраснели глаза от бессонницы, и лица такие, словно в подвале вот-вот рванет вулкан. При виде Орландо, шагающего по коридору, весь персонал устремлялся к нему. И нельзя было сказать, что они бежали к нему с каким-то определенным вопросом – нет. Они облепляли его и тянули к нему руки, как души из Леты хватали бы за одежду Харона в надежде, что он захватит и их с собою. - Да прекратите! – зло отмахивался от гомонящих служащих Орландо. – Лорд Вейдер отдыхает! Ничего страшного! Но людей этими отговорками было не успокоить, и они провожали их – Орландо, торопливо шагающего по коридорам отеля, и Еву, спешащую за ним. – до самых дверей, за которыми разыгралась пурга. - Не обращай внимания, - сердито бросил Вайенс, когда они, наконец вышли на улицу, оставив позади себя перепуганный персонал. – Эта паника действительно сродни дикости! Пойдем, я покажу тебе сектора. Риггель – 2, как уже упоминалось, был разделен на сектора. В каждом секторе жили и работали заключенные – пролетая в челноке Вайенса над разделительными границами, Ева видела копошащихся на далекой земле людей в белоснежных костюмах. Земля внизу и в самом деле была черной, совершенно не укрытая снегом. Снежные хлопья танцевали в воздухе в вышине, а у самой земли дрожало горячее марево. - Под землей работают плавильные цеха, – пояснил Вайенс, глядя, как она с неким страхом рассматривает горячую черную пустыню.- Альянс не одобряет смертную казнь, но что делать с теми кто ее достоин? Им назначают длительные сроки отправляют на самую тяжелую работу, в горячие рудники. Если выживет – что вряд ли, - то достоин жизни. Нет – значит, поделом. Ты будешь работать в секторе, где разрабатывают железную руду. Там люди поспокойнее. Я сейчас все тебе покажу. Вайенс развернул свой челнок и направил его к разделительной стене. - Там нам выдадут защитные костюмы, и мы сможем спуститься на землю, - пояснил Вайенс. В охранном пункте, куда приземлился челнок Вайенса, солдат в снежно-белом костюме, с очками в пол-лица, бесстрастно потребовал у них документы. - Это обязательная процедура, - пояснил Вайенс, предъявляя пропуск. – Даже если охранник узнает меня, он все равно требует пропуск. Иначе никак, - разделительная затворка поднялась, и Вайенс кивнул головой. – Идем. Охрана из четырех солдат тщательно обыскала их и их челнок; затем старший смены выдал им пару белых костюмов, защитные очки, похожие на стрекозиные глаза, и шапочки с передатчиками. - Костюм закрывает все лицо, - пояснил Вайенс, - и без передатчика вместо разговора получится невнятное бормотание. Надевайте, надевайте! Идемте, я покажу вам ваш пост. До места пришлось снова добираться на челноке. Вообще, над сектором, в котором предстояло работать Еве, сновало много транспорта, и в некотором Ева замечала людей в грязных коричневых комбинезонах. - Да, это заключенные, - ответил на ее немой вопрос Вайенс. Его голос из передатчика, закрепленного в шапочку, казалось, вкручивается в мозг шурупом. – Это те, кому скоро освобождаться. Они пользуются доверием среди охраны, имеют право на свободное передвижение по всему сектору. Вон там, смотри, вход в шахту. Около него административное здание – там ты будешь работать. Потом тебя ознакомят с инструкцией, и ты приступишь к выполнению своих обязанностей. Ничего сложного. Челнок проносился в мареве над черной землей, и Ева смотрела вниз, на черную металличекую пыль. - И это все, ради чего ты меня сюда позвал? Орландо молчал, поворачивая штурвал. - Вообще-то, нет, - ответил он. – Давай поговорим. Он направил челнок вниз, и черная земля начала быстро приближаться. У самого входа в шахту они приземлились, и Орландо, убрав руки со штурвала, открыл кабину и выпрыгнул наружу. Ева последовала за ним – хотя, наверное, она могла бы этого не делать, ведь у нее был передатчик . - Я кое-что хочу показать тебе, - прошептал Орландо, и его глаза вспыхнули странным светом. В них была гордость, радость и отсвет какой-то высшей мечты. Словно он владел каким-то сокровищем, обладание которым наполняет его душу счастьем, и вот теперь он хотел поделиться с Евой своей тайной. – Я не хотел, чтобы нас нечаянно услышали по передатчику в челноке. Он улыбнулся, и Ева, заинтригованная, тоже не смогла сдержать улыбки. - Это тайна? – спросила она. Вайенс, задумчиво глянув вдаль, на копошащиеся на черной поверхности маленькие фигурки, задумчиво пожал плечами: - И да, и нет. Просто я не хотел бы, чтобы мои подчиненные заподозрили меня в мягкости и сентиментальности… - А это тоже так?! – со смехом вскричала Ева,и Вайенс снова рассмеялся, мотая головой: - Я выдал себя с потрохами, о, боже! Ну, хорошо. Это так. Я хотел показать тебе самую свою сокровенную тайну. Собственно, для этого я тебя и позвал сюда. Инструкция и шахта – это просто предлог, с ним ты ознакомилась бы потом, и без моего участия. Обещай, что ты не выдашь меня, и никому ничего не скажешь. - Обещаю, - произнесла заинтригованная Ева. - Ну, тогда летим! Он прыгнул в челнок - гибкий, сильный, тренированный человек. Еве почему-то подумалось, что он не раз, загоревшись своей мечтой, соскучившись по чуду, о котором знает только он один, так же вот по-мальчишески ловко прыгал в крохотный корабль, и один пересекал мертвую пустыню, дышащую зноем, чтобы добраться до сокрытого в ее просторах чуда. - Пойдем! Ева, заинтригованная, повиновалась. - Не бойся, - произнес Орландо, угадав ее мысли. – Там почти нет радиации, а на наши костюмы сделаны с расчетом на радиацию в руднике. Опасаться нечего. Челнок летел вперед, оставляя позади себя километры дымящегося песка, под толщей которого шли разрушительные реакции, и где-то на горизонте, в желтой дымке, вставал огромный, как небесный замок Фата Моргана, то ли мираж, то ли город. И чем ближе они были к чудесному миражу, тем сильнее замирало у Евы сердце. - Это старинный храм, - произнес Орландо, и в голосе его послышалась улыбка. Из-за защитной маски не было видно его лица, но она была уверена, что сейчас Орландо просто сияет. – Те, кто его строили, давно ушли с этой планеты. А он остался. Смотри, как он прекрасен! Орландо направил челнок вокруг величественного строения, и Еве показалось, что это огромное сказочное животное, громоздкое, блестящее на солнце, полускрытое дымкой и далекими снегами, кружащимися там, в вышине, ворочается, стараясь разглядеть крохотную точку, кружащуюся над ним, воинственно встопорщив иглы тонких резных башенок, ажурных, насквозь просвеченных желтым светом солнца. Желтый камень с коричневыми, черными и красными прожилками, из которого был выстроен этот громадный и прекрасный храм, был отполирован его древними создателями до блеска. Прекрасные колонны, поддерживающие террасу над укрытым полумраком входом, были украшены тонкой резьбой, а длинная лестница, ведущая к сумрачному входу вовнутрь, казалась рекой красного живого света. - Боже мой, какая красота! – воскликнула Ева, и Орландо засмеялся от счастья. - Это самое красивое, что есть на этой планете, - произнес Орландо, направив челнок к подножию лестницы. – Пойдем, посмотрим внутри? Ева ступила на красные отполированные ступени с трепетом. - Наверное, эту лестницу выстроили для того, чтобы боги по ней поднимались, - пробормотала она, и Орландо рассмеялся снова. - А разве мы не боги? – ответил он озорно. – Как думаешь, как мы выглядели бы в глазах тех, кто его выстроил? Пошли! Внутри еще красивее. Поднявшись по засыпанным песком ступеням, они вступили в полумрак храма, и у Евы дух захватило от великолепия. Изнутри холл здания был опоясан галереями, которые так же поддерживали стройные, гладко отполированные колонны. Сквозь маленькие окошки в стенах галереи пробивались солнечные лучи, образуя в полумраке тонкий узор из света. Пол под ногами был выложен мозаикой их светло-желтого камня, и блестел, как змеиная кожа. Стены были украшены резьбой и тонкими рисунками, а далекий темный потолок поблескивал в темноте каплями драгоценных камней, вкрапленных в породу, из которой он был сделан. И в этой звенящей тишине, в торжественном полумраке ее шаги слышались тихим шелестом, словно стайка листьев пролетела, увлекаемая ветром. - Это невероятно! – прошептала Ева, в восторге рассматривая величественную громадину. - Скоро, через несколько лет, когда здешние рудники будут выработаны, и территория будет зачищена и обеззаражена, его увидят все, - произнес Орландо, проводя ладонью по колонне. Казалось, он гладит камень, как гладил бы бок животного, любимого животного, которое сам вырастил и которым гордишься. – Ты себе не представляешь, сколько сил я потратил на то, чтобы сохранить его. Неподалеку есть шахта, полная руды – так вот там хотели взрывать. Представляешь? Обрушились бы башни наверху, колонны могли не выдержать. Я настоял на другом методе добычи, и храм остался стоять. - Он прекрасен, - ответила Ева. – Как странно, что все это находится тут, на Риггеле, где это никто не может оценить… Орландо упрямо мотнул головой: - Смогут! – ответил он, и в голосе его была такая уверенность, что не поверить ему было невозможно. – Обязательно смогут! Ты просто не видела, как здесь все выглядело всего десять лет назад. На месте того отеля, где ты теперь будешь жить, стояли бараки из грубых камней, и охрана, получая назначение на Риггель, просто считала, что их заживо хоронят. А я, - Орландо посмотрел Еве в глаза, и взгляд его был как нельзя более серьезный, - я не хотел провести свою жизнь в мертвой пустыне. Ты себе не представляешь, насколько Риггель богатая планета! Урановая руда лежит чуть ли не на поверхности. За богатства, что таятся в недрах Риггеля, можно купить весь Корусант со всеми его дворцами. Так почему же такая планета должна быть всего лишь кучкой шахт? Нет, этого не будет! Тут тоже живут люди. И если уж они попали сюда, то они не должны страдать и прозябать в далекой провинции. Я хочу, чтобы Риггель стал центром жизни на этом конце Галактики. Посмотри на наш город – там есть все, что нужно для жизни, и даже больше. Есть куда сходить развлечься; есть приличные люди, с которыми можно составить недурную компанию. Говорят, наши офицеры, служащие в охране, имеют самые роскошные квартиры. Я ничего не пожалею для того, чтобы к моменту, когда Риггель выработают, он полностью превратился в планету, бурлящую жизнью. Это – моя планета; я – ее хозяин. И я не хочу зря растрачивать и упускать все те возможности, которые можно здесь реализовать. - Какие честолюбивые мысли, - Ева чуть улыбнулась – А почему Риггель? Говорят, вы сами выбрали его. Почему же вы не выбрали другую планету, поближе к центру? - Зачем? – произнес Орландо. – Риггель - такая же планета, как и все прочие, разве что побогаче. Конечно, преобразовать ее трудно, но я не боюсь трудностей. Мне не нужны поблажки, я уверен – все зависит от человека. Если человек хочет, нет ни одной вещи, которую он не смог бы взять, и нет ни одного проекта, который он не смог бы воплотить в жизнь. Мне даже нравится смотреть, как Риггель преображается, и из голой дымящейся пустыни превращается в современный город, созданный по моему желанию и представлению. - Вы очень целеустремленный человек, - произнесла Ева, чуть улыбнувшись. Честолюбивые и смелые планы Орландо в какой-то степени даже понравились ей. - Да! – он кивнул. – Я привык идти к своей цели. Я рожден для того, чтобы идти к своей цели! «Знать бы наверняка, для чего мы являемся в этот мир», – с усмешкой подумала Ева. Ева еще раз оглядела внутреннее убранство храма. Да, с такой горячностью Орландо, скоро в этих стенах будут слышны голоса людей, и перед красной рекой ступеней будут останавливаться такси, а по ступеням будут подниматься люди, гуляющие парочки, или назначившие встречу деловые люди. - Едемте обратно, - произнесла Ева. – Вечером прием; я хочу подготовиться к нему. Она шагнула к выходу, но Орландо удержал ее, схватив за руку. Ева обернулась, с недоумением взглянув на него. В прорези его маски, за защитными очками, его глаза горели страстно, одержимо. - Ева, - произнес он, и голос его чуть хрипнул от волнения и сдерживаемой страстности. – Ева, послушайте! Я хотел вам сказать… Вы нравитесь мне, Ева. Я не хочу, чтобы вы думали, что я кинулся на первую попавшуюся женщину – вечером вы убедитесь, что женщин на Риггеле много, и среди них много красавиц… - Я так и не подумала бы, - мягко произнесла Ева, но Орландо тряхнул головой, как бы упрашивая ее помолчать, и продолжил: - Мне вы понравились сразу. В вас я увидел то, что редко встретишь сейчас в женщине – верность. Я понял, что смогу верить любому вашему слову, потому что все ваши слова крепче титана. И вместе с этой твердостью в вас есть необыкновенная женственная мягкость. Это невероятное сочетание. Ева, я действительно увлечен вами. Я не зря показал вам это место. Очень скоро его увидят все… Я хочу, чтобы город Риггеля расширился, и этот храм стал самым его сердцем. А вам я хотел бы предложить… предложить стать хозяйкой Риггеля, и владелицей самого его сердца. Я зову вас замуж, Ева. - Но… - пробормотала Ева, совершенно ошеломленная.- Но Орландо! Я же.. я не люблю вас. Я вас едва знаю. Как можно… - Я знаю! – ответил он с пылом. – Я знаю это, Ева, и я не требую ответа от вас сию минуту. К тому же, зная вас, и ваше трезвомыслие, я не требую от вас пламенной страсти. Я говорю вам о некотором трезвом расчете. Я, с моими амбициями и целеустремленностью, и вы, с вашей твердостью и вашей верностью – вместе мы добьемся многого! И у нас будет наше взаимное уважение, а это не так уж и мало. И на основании этого, и моих к вам чувств, я смогу, я сделаю все, чтобы и вы почувствовали ко мне симпатию, и, возможно, любовь. Ева, потрясенная, снова оглядела прекрасное до головокружения здание. Сердце Риггеля в обмен на ее сердце, или в обмен на ее верность и жизнь – наверное, это очень равноценный обмен, или даже слишком щедрый. Орландо можно верить – он сможет заставить цвести пустыню, он расцветит ее драгоценными камнями ночных огней огромного и прекрасного мегаполиса. Он созидатель; только вот одного он не сможет сделать точно – все то же самое построить в ее сердце. Ева вызвала в своей памяти образ темного ситха, и его уверенный шаг на обледеневшей площадке, его развевающийся под порывами ледяного ветра черный плащ и яростные глаза. Что он может ей дать? Ничего. Он несет впереди себя только разрушение и смерть. Если его рука сомкнется на рукояти лайтсайбера, он отвернется от нее и уйдет прочь, туда, где взрывы и стрельба, туда, где Космос расчерчивают стремительные истребители. И, наверное, он никогда не сменит свою любовь – власть и бой, - на любовь ни одной из женщин. Господи, кого?! Кого она полюбила? Зачем ему ее любовь, если его жизнь – это ярость и ненависть?! Встреться они в бою, и он, не колеблясь, вонзил бы свой лайтсайбер в ее сердце, глядя ей прямо в глаза… И все же, одним своим прикосновением, он смог заставить в ее сердце родиться то, что разглядел и оценил другой – верность. Ева поняла, что, несмотря на то, что между ней и Вейдером всегда будет пропасть, несмотря на то, что она никогда не станет ни его подругой, ни его женой, она не сможет разлюбить его. И если бы она всегда слушалась только своего сердца, и поступала только так, как велит оно, она с радостью надела бы свою серую форму и стала бы вечным ординарцем Вейдера, только для того, чтобы быть рядом с ним, и навсегда поменяла бы драгоценные огни Риггеля на мигание датчиков на приборной доске корабля, пилотируемого Вейдером… И, если б она находилась рядом с ним, звуки самой жестокой схватки были бы для нее слаще, чем звуки музыки на светском рауте. - Я подумаю, Орландо, - ответила она. – Я действительно подумаю. И еще… я хочу, чтобы вы знали. Вы мне симпатичны, и я действительно глубоко уважаю вас, но полюбить вас я не смогу никогда. И прежде, чем я вам отвечу, мне нужно закончить мою миссию. Я должна выполнить свой долг перед Советом, и завершить дело с Вейдером. Неизвестно, что за выражение промелькнуло в глазах Евы, но Орландо тотчас все понял. «Ах, вот оно что! – с изумлением подумал он, не показывая своих чувств. – Девочка Вейдера… мрачный главнокомандующий вскружил вашу юную головку своей харизмой. Да, надо признать, ситхи обладают определенной страшной притягательностью. Они выглядят так, будто весь мир лежит в их ладони, и им достаточно сжать пальцы, чтобы раскрошить его. А в отношении Вейдера это когда-то было еще и правдой. Но ничего; это пройдет. Теперь ты тем более должна быть моей, Ева!»