Любой ценой.

POV Джонин. Подведем итоги: 1. Сухо. Ненавидит меня так как я первый и пока последний парень Лэя. Считает что я испортил его жизнь тем что влюбился в его пару. Наркоман. 2. Лэй. Наивный, доверчивый парень с невероятной способностью не взаимно любить, который устал от холодности Чунмёна и готов броситься в мои объятья только что бы почувствовать себя любимым. 3. Кенсу. Наивный, легко внушаемый омега, готовый посочувствовать и помочь всем и каждому. Знает что имеет свою пару (меня), но из-за добросердечности влюбился в Сухо. 4. Джонин (я). Долбоящер. Ну, с характеристиками всех нас я определился. А что делать дальше? Дальше надо успокоить ревущего в три ручья Исина. Я уговаривал, умолял и даже прикрикивал так, что самому хотелось плакать. Останавливало меня только страх перед этим делом. Многие парни (альфы) боятся показываться слабыми при любой омеге - это не я так решил, а природа. Потому в обязанности всех мужчин входит быть жилеткой для чувствительных представителей омегаверса. - Лэй, ты же сам говорил что он тебе больше не интересен. Эти слова послужили волшебной палочкой для убитого горем парня, новым толчком к очередной истерики не более чем на пятнадцать минут. Сначала мне внушали что Сухо тоже человек и ему надо помочь, но буквально через мгновение наркоман-альфа превращался в тирана который все это заслуживает. Только от Исина я понял насколько Чунмён многогранен и многосторонен. Поразительно, но именно Лэй плевался желчью доказывая что все муки его пары это расплата за его холодное отношение к нему, но тут же защищал преподавателя перед самим собой. Я не на шутку перепугался. Сложно видеть лучшего друга в таком состояние, но что я мог сделать? Только одно. Я бежал по общаге как в последний раз. Легкие нещадно рвало, но останавливаться не решался. Казалось, минута промедления и рыдания Лэя настигнут меня как непрошеная головная боль. Падая на каждом повороте как подстреляный что служило мне маленькой передышкой, я жадно хватал ртом воздух пытаясь ухватиться за тонкую нить запаха Сухо. Пока Исин занимался грубым и беспощадным сексом с моим мозгом я отчетливо осознал что это все должен выслушивать именно Чунмён. И если кто-то скажет что мне просто надоели слезы друга будут отчасти правы. *** Я нашел их в спортивном зале. Их ароматы сплелись подобно двум обнаженным телам отдавая манящим вкусом сладкого чая с корицей. Я остановился у намертво закрытых дверей качалки, прислушиваясь к ужасающей и ни о чем не говорившей тишине. Невозможно было даже разобрать дыхание людей находившихся там. Пытаться войти туда - преступление, на которое я не способен. Пусть там и мой Кенсу с Сухо, но испортить им момент я не смогу. Наверное, у них все уже произошло, а сейчас просто нет смысла врываться туда и портить психику моей омеги бесполезными драками и криками. А еще я понял точно - я не смогу больше существовать, если увижу их вдвоем голыми спящими на матах. Самое ужасное, что я никак не предотвратил всё это. Можно сказать, что отчасти я толкнул их на близость. Меня передернуло. С одной стороны я понимаю - это всего лишь физиологическая потребность, которую сложно игнорировать. Тем более Сухо и Кенсу и так долго терпели - у моего совенка вообще не было секса, а Чунмён, вроде, после знакомства с Лэем перестал обращать внимание на других омег. Вполне ожидаемо что эти двое найдут утешение в друг друге. Я не виню их за это и не буду убиваться из-за того что произошло. Не буду даже думать об этом. Но, несмотря на всю мою решимость, запах карамели постепенно меняется, превращаясь в топленный сахар. Слишком сладко для меня, но как раз во вкусе Сухо. Я могу даже ощутить плавный переход всего букета. Это нестерпимо красиво - до боли в зубах. Я помню как запах Лэя так же переливался, наполняясь постепенно мной. Я упивался чувством собственичества и благоговейным страхом перед такой большой ответственностью - это означало, что Исин теперь целиком и полностью мой, и он с этим согласен. Наши ароматы делились яркостью вкуса друг с другом, оставляя отпечаток обязательства. Это похоже не на обычный секс, а на медовый месяц, когда не только тела, но и души находят полное взаимопонимание и доверие. То же сейчас происходит с Кенсу и Сухо. Но нельзя переламывать этот момент на середине - сохранится след постороннего вмешательства, который в последствии превратится в чуть кислый шлейф чего-то незавершенного. Но вместо того что бы покинуть это место, я продолжаю стоять и с мазохистским трепетом впитывать искренность и чистоту парней. Глупо, но я просто не мог пошевелится. Такое чувство, будто своим уходом я смогу нарушить переплетение Чунмёна и Кенсу, а может мне казалось, что если уйду то навсегда потеряю свою пару, которую совсем недавно приобрел. *** Я совершил ошибку, когда вернулся к Исину, принеся с собой благоухания чувств наших пар. Они как радужные птицы разнеслись по помещению и осели прямо на плечи Лэя. Он вздрогнул. По его лицу пробежала тень недоверия, но, взглянув на меня, её сменила грустная усмешка. Слезы на его щеках высохли, но из глаз не пропала боль внезапного одиночества. Я всего лишь хотел привести Сухо сюда, что бы помочь омеге, а вместо этого принес только больше горечи. И не только ему. - Теперь мы квиты. - Куда-то в тишину прошептал Исин. Когда-то, мы с Исином полюбили друг друга, теперь пришла очередь наших пар повторять наши поступки.