Глава 7. Разбитые мечты
25 марта 2012 г., 00:23
- Лав-отель? – Нишикидо удивленно посмотрел на здание, к которому его привел Уэда.
- Да. Кей сказал, что после клуба Кота пойдет сюда. – Татсуя щелкнул пальцами и стал невидимым для человеческих глаз.
- Только не говори мне, что ты прямо сейчас собрался пойти туда и найти его. – Рё не понаслышке были прекрасно знакомы такие заведения, а вот Уэда, видимо, не совсем понимал, что это за место, раз так уверено направился в сторону входа. – Татсуя, может уже хватит на сегодня приключений? Вернись обратно!
- Любовь моя, ты такой скучный! Сам же хотел с ним поговорить, вот сейчас и поговоришь. – Пройдя сквозь дверь, черт подошел к ресепшену и заглянул в журнал, просматривая последние записи. Имя Коты нашлось в самом низу с пометкой “ VIP”. Запомнив номер комнаты, Уэда направился вверх по лестнице.
Рё надеялся, что Татсуя одумается и вернется обратно, но, простояв с минуту у входа в отель, он понял, что его ожидания не оправдаются. Придется Нишикидо этого черта самому сегодня доставлять, на крыльях. Чертыхнувшись, Рё щелкнул пальцами и направился внутрь. Заметив, что его напарник уже почти поднялся по лестнице, ангел кинулся его догонять.
- Татсуя, остановись! Не заставляй меня бегать за тобой!
- Рё, прекрати изображать из себя послушного ангелочка. Тебе это не идет. – Найдя нужную комнату, Уэда решительно вошел внутрь.
Картина, заставшая его за дверью, заставила черта замереть на месте и широко раскрыть глаза. Двое обнаженных парней творили такое, чего Татсуя себе даже и представить не мог.
- Ну что за идиот?! – Нишикидо шагнул следом за напарником. Ему даже смотреть не надо было в сторону кровати, чтобы понять, что тут происходит. Аурой страсти была пропитана вся комната. Рё тут же отмахнулся от нахлынувших на него чувств. Все же для бывшего черта эта аура привычна. А вот для Уэды это совершенно ново, и сейчас он очень напоминал губку, которая впитывала в себя эмоции и чувства людей. Нишикидо видел, как темнеют глаза его напарника, как загораются в нем чужие желания. Вот только этого ему сейчас не хватало. Татсуя пока не может контролировать поступающие чувства, и ангелу остается только перенимать их на себя, а это значит… Он окажется во власти страстей, и ему нужно будет их куда-то выплеснуть. Единственное, что Рё мог сейчас сделать, это поскорее увести отсюда Уэду. – Детка, видишь, как мы не вовремя, зайдем завтра. – Нишикидо попытался ухватить черта за руку, но тот отскочил в сторону.
- Рё... ты чувствуешь это? Мне так хорошо... Зачем уходить, разве тебе это не нравится? – Уэда посмотрел на своего напарника, который сейчас выглядел еще желаннее. К нему так хотелось прикоснуться… - «Ну почему он хочет забрать меня отсюда? Нет, я не позволю себя увести!»
- Татсуя, я это очень хорошо чувствую, а еще я чувствую, что ты не можешь с этим справиться. Тебе срочно надо выйти отсюда, пока не поздно. Мне негде искать того, кто смог бы тебя удовлетворить. – Нишикидо почти поймал Уэду, но тот успел телепортнуться ему за спину.
- Зачем искать? Разве ты не можешь сделать это? - Вновь скачок, и Татсуя уже стоит возле кровати, с интересом разглядывая обнаженную парочку. Кота, изогнувшись, громко стонет, ухватившись руками за плечи своего любовника.
- С ума сошел?! Ты хоть понимаешь, что говоришь?! Уэда, детка, возьми себя в руки! – Два быстрых шага вперед, но руки опять ловят пустоту. Нишикидо начал злиться. Хорошо что парочка так увлечена друг другом. Иначе любовники могли бы почувствовать их присутствие.
- А что если я хочу, чтобы ты взял меня в свои? – Оказавшись за спиной Нишикидо, Уэда подул ему в ушко.
- Так! С меня хватит, я ухожу. А ты делай, что хочешь! Пусть потом Смотрители тебе башку оторвут, мне все равно! Я тебе в няньки не нанимался! – Развернувшись, Рё обошел напарника и направился к выходу. Он почти вышел, но Татсуя, ухватив его за руку, резко потянул ангела в сторону и с силой прижал к стене, не давая тому возможности вырваться.
- Ты такой красивый, когда злишься. Мне так нравится твой взгляд и твои губы… Рё, тогда на танцполе, ты же был не против меня поцеловать? И я не против, я очень даже за! – Проведя языком по своим губам, Уэда заглянул в глаза Нишикидо, и тот сразу же отвел взгляд в сторону.
- Прекрати! Ты не понимаешь, что творишь! Татсуя, тебя захватили чужие эмоции. Ты сам потом об этом пожалеешь, когда придешь в себя. – Рё не мог смотреть на Уэду, это было выше его сил, чертик был слишком соблазнителен. Но нужно сопротивляться, потому что это все обман. Татсуя не ведает, что творит, и если это случится, будет потом жалеть. Нишикидо мог бы плюнуть на все, но им еще работать и работать вместе, а слушать постоянные упреки в свою сторону совсем не хотелось.
- Хватит думать о том, что будет потом, лучше подумай, что будет сейчас! Рё, я прошу только поцелуй. Такой же, как и те, что были раньше. Разве это сложно? Просто поцелуй меня так же как всегда. – Уэда прикоснулся своими губами к губам Рё, нежно целуя и обнимая напарника за шею. Нишикидо все же внимает просьбе Татсуи и отвечает. Нежный поцелуй перерастает в более страстный и глубокий. Руки Рё касаются бедер Уэды, скользят вверх к талии, стискивая напарника в объятиях.
Тем временем двое молодых парней дойдя до пика, тонут в сладостном стоне. Каждый получил желаемое, им больше нет смысла находиться рядом. Всего лишь секс и ничего больше. Не тратя время на ненужные разговоры, они собирают раскиданную одежду и быстро одеваются. Если бы они не были так погружены в свои мысли то, наверное, могли бы почувствовать, что не одни в этой комнате. Но каждый из парней думает о своем. Пойти ли домой или, может, вернуться в клуб? Стоит ли им встретиться еще раз или это ни к чему? С этими мыслями, ничего не замечая, молодые люди покидают номер.
Разумные мысли отходят на второй план, когда пробуешь на вкус манящие пухлые губы. Нишикидо почти потерял контроль, он уже готов поддаться на соблазнительные уговоры Уэды. Перехватив инициативу в свои руки, Рё сам прижимает парня к стене и, оторвавшись от его губ, целует шею, медленно расстегивая пуговицы на рубашке Татсуи. Звук закрывшейся двери доходит до слуха Нишикидо, и накативший морок отпускает его мысли. Рё понимает, что тоже находится под влиянием страсти, но вовремя справляется с ней и, отпустив Уэду, отходит от него. Сердце все еще бешено колотится, и дышать тяжело. Так хочется продолжить, но это не их желания.
- Ты получил свой поцелуй. Тот, кого мы искали, ушел. Думаю, на сегодня можно закончить. Пойдем домой, Тат-чан…
- Рё, у меня все тело горит, я хочу твоих прикосновений, пожалуйста, не останавливайся. – Татсуя еле держался на ногах, голова кружилась, ему вновь хотелось оказаться в крепких объятиях Нишикидо.
- Нет. Я не могу продолжать. Ты сейчас не понимаешь, о чем просишь, я не хочу пользоваться твоим состоянием. Если бы ты был ангелом, этого бы не произошло. Черти чувствуют страсть намного сильнее, потому что это их стихия. Мы учимся справляться с ней, отгораживаясь и держа себя под контролем. Тебе, новичку, это не под силу, и поэтому ты позволяешь страсти управлять собой. Может ты и мог бы хоть как-то с ней справиться, если был бы трезв. Но нет, сегодня у тебя крайне удачный день, и ты с радостью принимаешь в себя все человеческие пороки, которые так близки чертям. Я понимаю, как тебе сейчас хочется повторить то, что делала здесь та парочка, но это не то, чего ты хочешь на самом деле. Ведь ты меня на дух не переносишь. Не думаю, что хоть когда-нибудь ты думал о том, чтобы переспать со мной.
Сильно хотелось курить, а еще сильнее хотелось поскорей покинуть эту комнату. Рё сбросил с себя невидимость и посмотрел на Уэду, который тоже стал видимым и стоял, опустив глаза в пол и нервно покусывая губы. Скользнув взглядом по его телу, Нишикидо заметил, что Татсуя до сих пор возбужден до предела. Если Уэда с этим что-нибудь не сделает, то завтра ему будет очень-очень не хорошо. Вот проклятье! И ведь тут есть и вина Рё, зачем он только согласился его поцеловать? Есть только два варианта. Либо Нишикидо продолжит и поможет напарнику справиться с нахлынувшим возбуждением, либо Татсуя сам себя успокоит. Может он и девственник в плане близости, но дрочить-то себе он наверняка должен уметь. – Кстати, сходи-ка ты в душ и сними напряжение руками. Не хочу завтра смотреть на то, как тебе хреново.
Уэда прекрасно понимал, что он хочет, а точнее кого. Только вот дурак Нишикидо не мог этого понять и говорил полную ерунду. Заботиться о его душевном состоянии? С каких пор чертей это волнует? Похоже, ангельская оболочка стала действовать на него. Как не вовремя она это решила сделать! И что это Рё ему предлагает? Что значит снять напряжение? Татсуя хочет, чтобы это сделал Рё, и ни на что другое он не согласен.
- Зачем в душ? Я не понимаю, как мне это поможет?
- Глупый вопрос. Ты что никогда не мастурбировал? – Вот те раз, неужели это правда? Рё не мог поверить.
- Нишикидо! Ты вообще думаешь, что говоришь? Я не такой извращенец, как ты! – Ну, уж нет, таким Уэда точно заниматься не будет. Он никогда этого не делал и пробовать не собирается. Стыд какой! Хотя то, чем он хочет заняться с Рё, тоже не лучше, но все же мысли о ласковых руках Нишикидо сильнее какого-то там чувства стыда.
- Что естественно, то не безобразно. Причем тут извращенцы? Я ведь о тебе беспокоюсь. Завтра сам поймешь, как я был прав. – Этот бывший ангел настолько помешан на своей правильности, что даже в удовольствиях себе отказывал. Нишикидо был поражен его ненормальностью.
- Рё… я не знаю как это делать. Я не пробовал ни разу. - Какой стыд! Уэда уже был краснее помидора. Но что делать, если Нишикидо такой упрямец? Татсуя не врал, говоря, что не занимался этим ни разу. Он считал это чем-то постыдным, поэтому в те моменты, когда его организм требовал разрядки, он старался на что-нибудь отвлечься. Это помогало. В принципе, он знал, что нужно делать, но в ситуации с Рё нужно показать себя полным неумехой. Он же ангел, должен проявить чуткость и попытаться помочь напарнику.
- Шутишь? Нет, ты это серьезно сейчас? Там же нет ничего сложного. Татсуя, у тебя прямо талант шокировать меня. – Рё пребывал в легком шоке, хотя легким его можно было назвать с натяжкой. Уэду надо заносить в красную книгу как редкий и исчезающий вид девственников. Таких, наверно, на всем свете по пальцем пересчитать можно.
- Кому не сложно, а кому даже очень! Покажи, как это делается, раз такой умный. – Татсуя посмотрел в глаза Рё и заметил, что тот неожиданно смутился. Уэда даже и представить не мог, что этого засранца можно смутить.
- И после этого ты меня извращенцем называешь? Да мне, похоже, у тебя еще и учиться придется, я вот до такого не додумался. Показать… Охренеть! Не буду я ничего на себе показывать. – Отвернувшись от Уэды, Рё мысленно честерил себя на чем свет стоит. Если бы он был чертом, то хрена с два произошла бы такая ситуация. Ну, а если бы и произошла, то он бы просто, без угрызений совести, переспал бы с Татсуей.
- Ну и все тогда! Можешь валить на все четыре стороны! Перетерплю как-нибудь. Тебе же, конечно, все равно, ты только доводить до такого состояния можешь. Наверное, сам будешь рад завтра посмотреть на мои страдания. – Отойдя от стены, Уэда подошел к кровати. Сорвав с нее покрывало Татсуя кинул его на пол. Стараясь не смотреть на Нишикидо, он сел на кровать и принялся разглядывать свои ноги.
Проследив за действиями напарника, Рё глубоко вздохнул. Мерзкое чувство вины раздирало изнутри, даже отмахнуться не получалось. Нишикидо надеялся на то, что когда он вернется обратно в личину черта, эти отвратительные чувства оставят его.
- Хорошо, я покажу тебе, как это делать. Только использую тебя для примера. Уж прости, но сам себе я это делать не стану. Снимай обувь и быстро на кровать.
- Что? Но… – Татсуя удивленно уставился на Рё.
- Не нокай! Делай, что говорю, иначе передумаю, – перебил парня Нишикидо и довольно улыбнулся. Теперь и Татсуя в шоке, хоть какая-то радость. Не все ему пребывать в этом состоянии.
Послушно кивнув, Уэда скинул обувь и забрался на кровать. Внутри все затрепетало от предвкушения.
Подойдя к кровати, Рё снял свои ботинки. Больше не говоря ни слова, Нишикидо подсел к своему напарнику и, посмотрев ему в глаза, провел рукой вниз от его груди к животу, скользнул ниже, кладя ладонь на пах. Уэда был уже не так возбужден, как вначале, но Рё чувствовал, что это лишь вопрос времени. Сжав пальцы, он в этом убедился.
Когда Нишикидо сжал руку, стало очень-очень жарко. И этот внимательный взгляд, которым изучал Уэду его напарник, заставлял тело Татсуи пылать все больше и больше. Закрыв глаза, он пытался сосредоточиться на ощущениях.
Расстегнув пуговицу и молнию на джинсах Уэды, Нишикидо, приподняв его за бедра, стянул их вместе с бельем, освобождая напряженный член. Прикусив губу, Рё попытался не думать о том, что у него в штанах сейчас тоже кое-кто проснулся впечатленный происходящим. Нишикидо поднес руку к губам Татсуи и коснулся их пальцами. Уэда тут же провел по ним языком.
- Тат-чан, детка, сделай тоже самое и с моей ладонью. Проведи по ней своим язычком.
Голос Рё звучал надломлено с легкой хрипотцой, что возбуждает Уэду еще больше. Он послушно облизал ладонь Нишикидо, медленно скользя по ней языком и обдавая ее теплым дыханием. Показалось ли Татсуе, или Рё и правда только что охнул? Судя по тому, как поспешно он убрал руку, не показалось. Додумать мысль дальше Уэда не успел, - Рё, сжав ладонью его член, провел вдоль него, сорвав с губ напарника сладостный стон.
Кажется, у Рё сейчас сорвет крышу. Если Уэда и дальше будет так стонать, он точно не выдержит. Нужно его заткнуть, и вариант только один… Но как бы от него еще хуже не стало. Хуже ему, Рё, а не Татсуе.
- Ааах... - только и успел выдохнуть Уэда, когда его губы накрывают настойчивым поцелуем. Пальцы зарываются в густые волосы Нишикидо, не позволяя тому отстраниться. Ощущение его руки на себе, вкус желанных губ и язык, нагло шарящий во рту, - все это сводит с ума, и заставляет тело дрожать.
Он же просто хотел показать и потом заставить Уэду продолжить без его помощи. А что получилось? Рё делал все сам и при этом сгорал от желания овладеть своим напарником. Как же ему сейчас хотелось войти в такого податливого Татсую, заставить прогибаться и стонать от его движений внутри него. Оторвавшись от сладких губ, Нишикидо впился зубами в нежную кожу на шее Уэды. Тот вскрикнул и, прогнувшись, кончил, бурно изливаясь в руку Рё. Парня всего трясло от оргазма, Рё тоже, только не от оргазма, а от чувства неудовлетворенности.
Тяжело дыша, Татсуя пытался прийти в себя. Мысли упорно не хотели собираться воедино. Им было сейчас очень хорошо, и они устроили целый хоровод в голове Уэды, распевая о том, как офигенно только что было. С этим Татсуя поспорить не мог и, позволив своим мыслям продолжать в том же духе, расслабленно откинулся на подушки. Хотелось спать.
Убрав руку, Нишикидо наблюдал за блаженным выражением на лице Уэды и злился. На него, на себя… короче, на всех. Помог называется. А кто теперь поможет ему? Он теперь тоже очень-очень сильно хочет! Только вот с Татсуи сейчас спрашивать что-либо бесполезно. Он, получив желаемое, расслабился и уснул. Замечательно! Сомневался, вот и получил – большую фигу. С трудом поднявшись с кровати, Рё направился в ванну. Холодный душ в подобной ситуации был самым лучшим решением.
Стоя под прохладными струями воды Нишикидо пытался думать на отвлеченные темы. Получалось хреново, сознание постоянно подкидывало образы стонущего под его руками Уэды. Сопротивляться этому не было больше сил, и, опершись о стену, он сжал себя ладонью и стал медленно двигать рукой, с каждым движением ускоряя темп. Закинув голову назад, Рё с силой прикусил губу, выдохнул, сжал пальцы и содрогнулся от накатившего оргазма.
Холодные капли приятно холодили кожу, сознание потихоньку возвращалось на положенное ему место, оттесняя ненужные мысли в дальний угол. До чего его довел этот взбалмошный бывший ангел! Заставил дрочить на свою персону, как какого-то прыщавого подростка. Это все атмосфера помещения виновата, ведь на самом деле, Нишикидо его не хочет… Или хочет? Закрыв кран, Рё вылез из душа. Если и думать об этом, то только не здесь. Он потом решит, что же все-таки значит для него Уэда.
Вернувшись в комнату, Нишикидо подошел к кровати и сел рядом с мирно спящим на ней чертом. Проведя ладонью по его лицу, Рё подумал, что во сне тот все еще похож на ангела. Затем он настойчиво потряс парня за плечо.
- Химе, подъем! Утро почти наступило, скоро горничная придет убирать номер, нам нужно выметаться отсюда.
- Ммм… Нишикидо, ты козел! Разве так будят принцесс?! Почитай сказки на досуге и в следующий раз сделай все правильно. – Нехотя разлепив глаза, Уэда сел на кровати и сладко зевнул. – Я спать хочу!
- Дома поспишь! Одевайся, и телепортируй нас к себе. – Поднявшись с кровати, Рё отвернулся. Встречаться взглядом с Татсуей ему сейчас хотелось меньше всего, еще свежи были в памяти события ночи.
Быстро собравшись, Уэда оглядел номер, вроде ничего не оставил. Подойдя к Нишикидо, он обнял его со спины, положил голову напарнику на плечо и, улыбнувшись, телепортировал в свою комнату. Отпустив Рё, Татсуя быстро разделся, запрыгнул под одеяло. Обняв подушку рукой, он посмотрел на все еще стоявшего посередине и молча размышлявшего над чем-то Нишикидо.
- Рё, поспишь со мной?
Когда Уэда обнял его, у ангела на секунду все замерло внутри. В это трудно было поверить, но Рё понял, что ему нравится, когда Татсуя к нему прикасается. Ему вообще стало нравиться, как тот себя ведет, - раскованный, сексуальный, соблазнительный. Интересно, когда он опять станет ангелом, вновь превратиться в ту жуткую холодную принцессу? Может, стоит пока ловить момент? Проклятые сомнения разъедали Нишикидо изнутри.
- Лучше я пойду к себе, сегодня мы и так достаточно времени провели в обществе друг друга. Спокойной ночи, Тат-чан!
- Вернее будет сказать, спокойного утра. До вечера, Рё! – Закрыв глаза, черт улыбнулся. Ему сейчас было так хорошо, жаль Нишикидо не захотел остаться. Засыпать в его объятиях было бы, наверное, очень приятно.
Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, Рё прислонился к ней спиной и провел рукой по лицу.
- Что со мной происходит? Неужели на меня так влияет божественная аура?
***
- Что значит перепутал? Пи, ты охренел?! Я буквально час назад вернулся, только заснул и тут нате! На мою кровать телепортируется тело! – Джин толкнул в плечо улыбающегося Ямашиту и встал с кровати. - Джиииин, ну не сердись, я, правда, не специально. Перебрал лишнего вот и напутал с координатами. – Пи подложил под голову подушку Аканиши, устраиваясь поудобней. - Томохиса, это мне сейчас кажется или ты на самом деле собрался спать прямо здесь? – Черт рассержено посмотрел на друга. - Да. А ты что, против? Можешь перенести меня ко мне, если не нравится, а то я уже все, не в состояние стоянии, – довольно протянул Ямашита, прикрывая глаза. - Сейчас помогу, я тебе так помогу, в благодарностях до конца недели будешь рассыпаться. – Аканиши принялся угрожающе закатывать рукава. В дверь кто-то постучал, потом, видимо, понял, что совершил глупость, и тут же резко ее открыл. На пороге стоял Нишикидо. - Если я скажу “Прощу прощения”, можете кинуть в меня фаербол… Рё, закрыв дверь, прошел в комнату и сел на стул, не обращая внимания на охреневших друзей. - Нишикидо, ты ли это? Прости, не могу тебя признать из-за твоей сверкающей ауры. – Джин оскалился. - Ооо, ангелок пришел. Составишь мне компанию, прелесть яркокрылая? – Пи похлопал по одеялу рядом с собой, приглашая Рё. - Было бы смешно, если было не так грустно… Уже виден мой свет? – Ангел вытянул руки, кладя их на стоящий рядом стол и упираясь о них головой. - Он и раньше был виден, но сейчас стал ярче, хотя для настоящего ангела слабоват. Для любого демона ты не препятствие, прибьет одним щелчком. У тебя что-то произошло? – Ямашита сел на кровать и, облокотившись на подушку, серьезно посмотрел на друга. В голове все еще царил сумбур от выпитого, но соображал он нормально и прекрасно осознавал, что происходит вокруг. Нишикидо понимающе кивнул, задумавшись, стоит ли говорить друзьям о том, что происходит или лучше промолчать. Решил все же рассказать. - Произошло… Я чуть не переспал с Уэдой. - Чего? – Пи аж протрезвел. - Чуть? У тебя что, не встал? – удивился Джин. - Татсуя превращается в неуправляемого черта, то, как он себя ведет, это ужасно! Он соблазняет меня, и если раньше я хоть как-то мог отгородиться от этого, то сейчас не могу. Сегодня я сдержался, частично... Мы не занялись сексом, но я ласкал его своими руками и довел до оргазма… а потом… потом я дрочил на него в душе! Я знаю, что он сам не ведает, что творит, но я-то понимаю… и я хочу его… Хочу, чтобы он был моим… Что со мной? Какого лешего меня это так волнует?! – Ударив кулаком по столу, Рё посмотрел на Пи, желая получить от него ответ. - А теперь давай сначала и поподробнее. Все что ты мне сейчас наговорил, имеет вид сумбурного изложения. – Потерев виски, Ямашита пересел и спустил ноги с кровати. - А чего подробнее? Рё - идиот, тут и так все ясно! Надо же было додуматься, отказаться от такого предложения! – Аканиши покрутил пальцем у виска. - Джин, заткнись! – рявкнул на черта Пи. - Подробнее? Хорошо. – Вздохнув, Нишикидо рассказал друзьям все, что произошло, начиная с прошлого вечера. Аканиши откровенно зевал, Томохиса же внимательно слушал, хмуря брови. Закончив, Рё замолчал, ожидая, что скажут друзья. - И ты считаешь, что он так повел себя, потому что атмосфера в номере его к этому вынудила? – дослушав до конца, поинтересовался Ямашита. - Ну да, разве это не очевидно? – Рё не понял, почему Томохиса сомневается. Пи бросил недовольный взгляд на усмехнувшегося Джина и продолжил: - Рё, ты походу не только обожествился, но и поглупел. Вас с Уэдой точно только аурами поменяли? Хотя нет, Уэда не был глупцом. Значит, ты сам по себе отупел. - Томо, давай конкретней, мне и без твоих подколов тошно, - попросил того ангел. - Хорошо, объясняю. Я согласен, что как бывшему ангелу ему сейчас сложно справляться с окружающими его чертовскими пороками. Они его манят, это слишком большой соблазн, и первое время с ним сложно справится. Но дело в том, что даже в этом случаи он может себя контролировать, если захочет. Понимаешь? Если бы его отношение к тебе было таким, какое он демонстрировал будучи ангелом, то этого никогда бы не произошло. – Поднявшись с кровати, Пи подошел к Нишикидо. - То есть ты хочешь сказать... – уже догадываясь, произнес Рё. - Что он сам этого хотел. Мне кажется, он влюблен в тебя. Ну, или ты ему нравишься, я не знаю, но точно знаю, что он тебя не ненавидит! – закончил за друга черт. - Охренеть… Только этого мне не хватало! – Нишикидо схватился за голову, зарываясь пальцами в волосы. - И не только этого… - Пи развернул его к себе лицом и заглянул в глаза. – Рё, тебя тоже к нему тянет, иначе бы ты на это не поддался. Я тебе как твой лучший друг советую, гони эти мысли прочь! Он тебе не пара, вы по разные стороны этого мира. - Что за бред ты несешь, Ямашита? Почему они не могут любить друг друга? Что-то я не слышал о том, что ангелу и черту запрещено быть вместе, – вмешался в разговор Джин. - Его нет, он негласен. Ты видел хоть одну такую пару? Я даже представить боюсь, что произойдет, если они переспят. Другое дело люди. Для них секс с чертом это греховная страсть, вкус запретного наслаждения, а с ангелам - подарок судьбы, вера в прекрасное и светлое. Я видел, как девушка, потерявшая смысл жизни, после ночи с Тегоши обрела надежду на лучшее, он подарил ей свой свет. А теперь подумай, как эти две противоположности могут быть вместе. – Пи перевел взгляд на Аканиши. - Видел, нормально они могут быть вместе. Ощущения в миллионы раз лучше, чем с людьми или со своими. - И где же ты это видел, откуда такие познания? - Оттуда. Это я и Каме! – Джин приготовился к бурной реакции, которая не заставила себя ждать. - ЧТО?!! – выкрикнули Рё и Пи. - Мы уже давно вместе, но Каме просил никому об этом не говорить, иначе он пообещал оторвать мне голову и насадить ее на кол. Но думаю, в связи со сложившейся ситуацией, можно и раскрыть эту тайну. – Подумав, Аканиши решил, что хоть Казуя и будет ругаться, но потом он все равно согласится с тем, что Джин поступил правильно, рассказав об их отношениях. - И как ты только смог столько времени держать это в тайне? Хотя от тебя это вполне ожидаемо, у тебя нет целей, ты не стремишься ни к чему и можешь делать, что пожелаешь, даже спать с ангелом. Не сравнивай Рё с собой, у него есть то, к чему он стремится, и если Нишикидо позволит себе любить ангела, то никогда не сможет достичь желаемого. – Положив руки на плечи Рё, Пи улыбнулся. – Теперь я понимаю, почему Каме так отреагировал на мои слова. Нишикидо тоже натянуто улыбнулся, глядя другу в глаза и мысленно обдумывая слова Томохисы насчет его отношений с Уэдой. Джин, слушая Ямашиту, погрузился в свои мысли. В чем-то Томохиса был прав. Связывая свою судьбу с ангелом, нужно будет от чего-то отказаться, и наверняка от того, что было очень важным. Но так ли не правилен этот выбор? Разве он хоть раз пожалел об этом? Нет, Аканиши всегда был уверен в своем решении. Рё тоже должен сам решить, что для него важно. Додумать до конца Джин не успел, слова Пи заставили его отвлечься. - Как отреагировал? Ты о чем сейчас? - Я рассказал Рё, что слышал, как ты и Уэда у тебя в комнате занимались не пойми чем, шумели, смеялись, кричали. Каме в тот момент рядом был и, услышав мои слова, стал каким-то странным, накричал на нас. Но теперь я понимаю причину, видимо, он тебя ревнует. – Ямашита громко рассмеялся. - Вашу мать! Так вот почему он меня избегает и игнорирует! А я-то уж чего только не напридумал. Ну, Пи, козел ты! Рё, слушай себя, ты как никто другой знаешь, что лучше для тебя. - Сказав это, Аканиши телепортнулся из комнаты. - Джин, прости, если бы я знал о ваших отношениях, я бы обязательно что-нибудь покруче ему рассказал, – все еще смеясь, проговорил Томохиса. Жаль только Аканиши этого уже не услышал. – А ты чего опять загрузился? – обратился Ямашита к Нишикидо. - Задумался… Мне кажется, сейчас я уже ничего не знаю. Перенесешь меня домой? – Ангел поднялся из-за стола и встал рядом с другом. - Как скажешь. – Взяв Нишикидо за руку, Пи переместился в комнату, которая сейчас принадлежала Рё. - Я не знаю, о чем ты сейчас думаешь, но хочу сказать, выбирая для себя правильное решение, помни о том, что с Татсуей ты никогда не добьешься тех высот, о которых мечтаешь. - Ты прав Томо, тут я с тобой согласен. Не волнуйся, я сделаю правильный выбор. – Хлопнув черта по плечу, Рё улыбнулся. - Вот и молодец! Скорей возвращайся обратно, хочу видеть тебя прежним, друг! – Улыбнувшись в ответ, Пи покинул комнату. - Я тоже хочу видеть себя прежним…***
Оказавшись в комнате своего возлюбленного, Джин застал его спящим. Тихо подойдя к кровати, он сел рядом с Каме. Тот тут же зашевелился и открыл глаза. - Я вроде просил, чтобы ты не заявлялся ко мне в комнату без предупреждения. Неужели так сложно это уяснить? - Не сложно, но мне нужно с тобой поговорить. – Улыбнувшись, Джин провел рукой по его щеке. - Нам не о чем разговаривать! – Каме увернулся от руки Аканиши. - Не знал, что ты такой ревнивец, но это приятно. - Выражение лица Каменаши заставило черта рассмеяться. - Я не ревнивец! Мне на тебя глубоко параллельно! И вообще вали отсюда к своему Уэде! – Казуя уперся руками в грудь черта и попытался столкнуть его со своей кровати. - Ага, я вижу! Казу-чан, успокойся, между мной и Татсуей ничего нет, я просто помогал ему. - Улыбнувшись, Джин повалился на Каме, прижимая его своим телом к кровати и перехватывая руки, не давая себя ударить. - И как же ты ему помогал? Джин, из тебя помощник, как из меня слон! Ты только шалить умеешь, вот и все твои способности. – Каме понял, насколько глупо сейчас себя повел. Он уже давно признал то, что влюблен в этого раздолбая, но вот признаваться в том, что ревнует его, не хотел. - Уэде нравится Рё, но он сей факт упорно отрицал. Я помог ему понять это. - Черт заглянул в глаза своего возлюбленного. – Я сейчас кое-что скажу и хочу попросить тебя воздержаться от криков и дать мне нормально все объяснить. - Я всегда подозревал, что у Татсуи к Рё какая-то тяга, да и у Нишикидо кажется тоже… Я не могу давать обещаний, не зная, о чем пойдет речь, но хорошо, я постараюсь, – со вздохом произнес Каме. - Ты прав, у Рё к нему тоже, но Пи пытается влиять на него, говоря о том, что это не возможно. Типа это противоестественно. И поэтому мне пришлось им рассказать о нас. Казу, не смотри на меня так, мне надоело уже скрываться, ведь они мои друзья. – Даже не смотря на то, что Каменаши сейчас испепелял его взглядом, Джин был уверен, что он поймет его. - Идиот! Ты мог вначале это со мной обсудить! Если об этом узнает кто-то из верхних... я тебя убью! Лично, своими же руками! – Ангел был зол. Ну почему он полюбил такого идиота? А ведь когда они впервые встретились, Джин показался ему весьма сообразительным, но потом он увидел его настоящего, придурка, который заставил себя полюбить… - Они никому об этом не скажут, не волнуйся. И знаешь, я готов принять смерть от твоей руки! – Коснувшись губ Каме и не почувствовав сопротивления, Джин углубил поцелуй. Какой смысл злиться на него? Тем более Каменаши и сам прекрасно знал, что Ямашита с Нишикидо действительно об этом промолчат. Разорвав поцелуй, он ухмыльнулся. - Кстати, симпатичная пижамка! - Ээ? – Аканиши поначалу не понял о чем тот, но потом вспомнил, что так быстро покинул комнату, что даже переодеться забыл. Он вернул улыбку Каме. - Я думаю, ты ее больше не увидишь, раз нас раскрыли, то я теперь спокойно могу сменить черепушки на черепашек. Давно об этом мечтал! - Джиин... ты не выносим! – Скинув черта с себя, Казуя сам залез на него сверху и, закрыв его рот поцелуем, принялся растягивать пуговицы на пижаме. Его руки коснулись обнаженной груди, заскользили вниз, к животу. Оторвавшись от губ Джина, Каме легкими поцелуями спустился к его ключицам, провел по коже языком, заставляя Аканиши сладко выдохнуть. - Мой ангелок, как же я люблю тебя, - улыбнувшись, тихо произнес черт. Ему нравилось, когда Каме, устав ждать, сам начинал соблазнять его.***
Проспав до вечера, Татсуя, потянувшись, открыл глаза. Черт посмотрел на свое отражение в зеркальном потолке и улыбнулся ему. Он до сих пор ощущал на себе ласкающие руки Рё, прикосновения его нежных губ. А какие сны снились Татсуе! Они просто обязаны были сбыться. Ведь Нишикидо почти перестал ему сопротивляться, и Уэда уверился, что все будет хорошо, он завоюет Рё, и тогда они проведут не одну потрясающую ночь вместе. В таком приподнятом настроении он провел оставшееся время до встречи со своим ангелочком. Когда Уэда пришел на то место, где они обычно встречались, Рё уже был там. Он выглядел очень задумчивым и не замечал ничего вокруг. Воспользовавшись этим, Татсуя подкрался к нему сзади, обнял за плечи и прошептал на ухо: - Скучаешь? Нишикидо вздрогнул, приятные мурашки пробежали по телу от щекочущего дыхание Уэды. Он постарался отогнать от себя эти ощущения и, освободившись от объятий, развернулся к черту лицом. - Тат-чан… нам надо поговорить. У меня есть вопрос, на который я бы хотел получить честный ответ. - Спрашивай, обещаю, отвечу правдиво, без лукавства. - Уэда не понимал, что за выражение лица у Рё. Он что, чего-то боится? С минуту Нишикидо молчал, не решаясь задать волнующий его вопрос, а Татсуя его не торопил, терпеливо ожидая. - Ты что-то чувствуешь ко мне? - Да. - Что? - Я люблю тебя. Вот и все, он услышал то, чего боялся услышать. Уэда действительно в него влюблен, и от его слов сердце Нишикидо рухнуло куда-то вниз. Татсуя так просто в этом признался, а он не мог ответить ему взаимностью, потому что это не правильно! Потому что Рё понял, что тоже в него влюблен. Потому что он всегда тайно думал о своем напарнике, но никогда не признавался себе в этом и именно поэтому он каждый раз его задирал, хотя думал, что причина в другом. Он просто врал себе. Так же как и Уэда. И лишь их новые облики помогли им осознать то, от чего они бежали. Как много этих проклятых “потому что”!! И как же бесит то, что благодаря этим событиям, Нишикидо открыл в себе еще одну черту, таившую в себе сочувствие и понимание. Его сделали слишком мягким и добродушным. И если он согласится ответить на чувства Татсуи, то окончательно потеряет себя. Пи был прав. Ангелы и черти не могут быть вместе. Жертва слишком велика, Рё не готов бросить все и стать таким, как Джин, мелким пакостником, ни на что негодным из-за своей любви к светлым силам. Поэтому, отбросив все чувства, он сделал то, что следовало сделать. - Выкинь это из головы. Мы не можем быть вместе. Мы находимся по разные стороны, и какие-либо чувства между нами это путь к падению. Ты готов ради меня пожертвовать своими идеалами? Я нет. - Я готов! Готов, потому что ты нужен мне! Рё, ты же чувствуешь то же самое, я уверен! Но почему ты упрямишься?! Ты можешь следовать своим идеалам, я просто хочу быть рядом. Разве это не возможно? – Слова Нишикидо прозвучали выстрелом в самое сердце. Как же больно было это слышать. Только что мечты Уэды разбились о грубую реальность. Неужели это конец? А ведь все так хорошо начиналось… - Не возможно. Прости, Татсуя, но рядом с тобой я быть не могу, потому что это раз и навсегда отдалит меня от выбранного пути. Поэтому давай оставим все как и было прежде. Будем только напарниками. - Тяжело, слишком тяжело выносить на себе этот взгляд. Рё действительно было трудно принять это решение, но так будет лучше для них обоих. Уэде тоже надо помнить о своих стремлениях и следовать за своей мечтой. - Как прежде не будет никогда, Нишикидо! И ты это сам должен прекрасно понимать! И знаешь что?! Возвращай все на свои места сам! Я умываю руки! Если ты отказываешься быть рядом со мной, то я отказываюсь снова становиться ангелом! – Высказав все это, Татсуя решил уйти и, проходя мимо Ре, задел его плечом, сильно толкнув. - Желаю удачи! – выплюнул он напоследок. Сказать было нечего, и Нишикидо позволил ему уйти. Оставалось надеяться на то, что Уэда сейчас просто сильно разозлен и, немного остынув, придет в себя и откажется от своих слов.***
- Тат-чан, мне кажется, тебе на сегодня уже хватит, - обратился к парню бармен, стоящий напротив за стойкой и протирающий стаканы. Ему кажется! Мне тоже много чего казалось! Думаешь, помогло?! Заткнись и налей мне еще, Джунноске! – стукнув стаканом по барной стойке, приказал Уэда. - Я же о тебе беспокоюсь, завтра будешь умирать от головной боли. Хотя, что тебе сейчас объяснять? Мне, наверно, проще будет убедить зайца в том, что он лев, чем тебя отговорить. - Вздохнув, Тагучи наполнил стакан и вернул его Татсуе. - Джунно, ну почему так? Почему он так со мной? Я же люблю его… он нужен мне… я же на все был готов ради него… наверно… но я бы точно постарался! – Весь вечер черт говорил только об этом. Ему было жутко тошно, хотелось забыться, но не получалось, мысли постоянно возвращались к этой теме. - Может, хватит так убиваться? Дай ему время, я думаю, он поймет, от чего отказался. Если бы я был на его месте, то обязательно бы тебя вернул. Твоя кислая мина распугивает не только моих клиентов, но и меня расстраивает. Мне так нравится твоя улыбка. Когда я ее впервые увидел, сразу влюбился в нее. Порадуй меня и подари мне эту прелесть этим вечером. – Протянув руку через стойку, бармен коснулся пальцами уголков губ Уэды. - Если бы ты был на его месте, то тоже бы не вернулся, ты просто не понимаешь, как все сложно на самом деле… Джунно, я не хочу возвращаться сегодня домой. Можно я останусь с тобой? Ты же не будешь против? – Когда пальцы Тагучи коснулись его губ, Татсуя улыбнулся. Ему нравился этот бармен, с ним было так легко. Весь вечер он стойко выслушивал его нытье и старался подбодрить, он даже на клиентов забил, уделяя все свое внимание только ему, Уэде. - Я не буду против при одном условие, если ты пообещаешь мне, что перестанешь грустить и злиться. Договорились? – Улыбнувшись, Тагучи подмигнул парню. - Вот я на тебя накричал, а ты даже не обиделся. Я полвечера ныл, а ты не ушел. Ты такой хороши-и-и-ий! Обещаю исправиться! Вот сейчас еще выпью и точно развеселюсь! – Посмотрев на свой стакан, Татсуя одним глотком осушил его. - Я удивляюсь, как ты еще не вырубился... Крепкий, однако, у тебя организм, - удивился бармен, глядя на то, как парень одним махом расправился с выпивкой. – Моя смена заканчивается в четыре, после можно будет поехать ко мне. Оставайся у меня насколько пожелаешь. Твое общество мне только в радость, я все равно один живу. - О-о-о, так мы будем одни? Я уже могу начать бояться? Я же нравлюсь тебе, да? – Татсуя растянул губы в широкой улыбке, лукаво глядя на молодого человека. - Нравишься, и вот именно по этой причине я не буду пользоваться твоим состоянием. Предпочитаю, когда это обоюдное согласие, а не пьяное решение минутных желаний. Я знаю, что ты хочешь совершенно другого человека и я, к сожалению, не он. – Легонько щелкнув Уэду по носу, Тагучи улыбнулся. - Хороший ты парень, Джунно, из тебя бы вышел отличный ангел! – Потерев нос, выдал черт, чем заставил Тагучи задорно рассмеяться. - Кого я вижу! Уэда, неужели это ты? – Рядом с Татсуей присел парень, широко ему улыбаясь. - Ммм..? Такизава? Что-то не припомню, что мы с тобой когда-нибудь вели дружеские беседы. - Черт настороженно посмотрел на новоприбывшего. - Мы их не вели, потому что рядом с тобой всегда ошивался Нишикидо. Видишь ли, мы с ним… не совсем приятели… – Хидеаки кинул взгляд на бармена, который, отойдя чуть в сторону, принялся протирать бокалы. – Эй, бармен, плесни мне бренди! - Ага, я помню, «не совсем приятели», лучше сказать злейшие враги. Погоня за властью, преданность идеалам. Неужели это настолько важно для вас, что вы даже не можете найти среди всего этого место чему-то другому?! – Уэда вперился взглядом в глаза черта, требуя ответа. - Давай ты не будешь меня с ним под одну почву ровнять? Ты, между прочим, меня совсем не знаешь. Если он описывал меня как самое последнее и отвратительное существо на всей планете, то это еще не значит, что я являюсь таковым. Вот возьмем, к примеру, тот факт, что я в достаточно хороших отношениях со своим напарником, в отличие от Нишикидо. Чувствуешь разницу? – Такизава говорил, не отводя глаз от лица Уэды, тем самым показывая, что он абсолютно честен с ним. - Чувствую.. Может ты и прав… Но проверить это можно лишь поближе познакомившись с тобой, – неуверенно произнес бывший ангел. Хоть он и был сейчас не совсем в состоянии нормально размышлять, но внутренний голос подсказывал, что полностью доверять Такизаве не следует. - Так в чем проблема? Давай познакомимся! Я, правда, уже собирался уходить, так как мой знакомый не смог прийти, а одному здесь скучно. Но, заметив тебя, я решил задержаться, приятно увидеть знакомое лицо. Как смотришь на то, чтобы провести этот вечер вместе со мной? Я тут одно интересное место нашел, но одному неохота туда идти, а вдвоем будет в самый раз. – Хидеаки принял поданный ему напиток. Благодарно кивнув, он сделал глоток и выжидающе уставился на Уэду. - Ээ… ну как бы... я уже договорился со своим другом, что сегодня останусь у него. - Татсуя посмотрел на Тагучи, который делал вид, будто их не слушает. - Всегда ведь можно передоговориться, тем более с другом. Ты же не с каким-нибудь чужаком идешь, а со старым знакомым. Разница есть. Думаю, он это поймет, ведь так? – Такизава вопросительно глянул на бармена. - Тат-чан, если хочешь, иди конечно, я не против. Мы можем и в другой раз провести вместе время. - Джунноске доброжелательно улыбнулся обоим. - Хорошо, спасибо! – Уэда поднялся со стула и, перегнувшись через стойку, обнял парня. - Тат-чан, ну что ты творишь! – рассмеявшись, произнес бармен. Опершись руками о его грудь, он незаметно положил в карман рубашки небольшой свернутый листочек бумаги и тихо прошептал ему на ухо: - Карман потом проверь. Кивнув, Уэда его отпустил и, повернувшись к Такизаве, произнес: - Ну, веди меня, куда ты там хотел.***
Проводив взглядом ушедшую парочку, Тагучи недовольно бросил полотенце на стойку. В кармане запиликал мобильный. - Ночи доброй… Только что ушел… Откуда я знаю куда!.. Вот именно, что не один.… С кем? Давайте я сейчас вас удивлю! Его увел Такизава… Это хороший вопрос, откуда он тут взялся. Я бы тоже хотел знать ответ на это. Наверняка неспроста… Да, я зол, ненавижу, когда мои планы рушат!.. Я не идиот, чтобы связываться с ним, прекрасно понимаю, что при данных обстоятельствах я не угроза для него… В общем, как вы и просили, я подружился с Уэдой. Не знаю, как насчет доверия, но другом он меня уже считает… Думаю, он еще придет ко мне… Да куда я от вас денусь? Конечно, сообщу, вы же меня откуда угодно достанете!.. Хорошо, до связи. Убрав телефон, Тагучи подозвал охранника, попросив его минут пять постоять около стойки, а сам, взяв ключи от подсобки, направился за недостающим алкоголем.
